Космический инженер 3 (СИ), стр. 24
Алекс нахмурился, пытаясь понять смысл прочитанного. Симбионты… высокая концентрация… Внезапно его осенило. Мидихлорианы.
Он продолжил поиск, углубляясь в архивы. Постепенно складывалась картина масштабных генетических экспериментов, проводившихся Раката десятки тысяч лет назад. Они пытались привить некоторым рабам гены, способные к использованию Силы на высоком уровне.
Исследовательские отчеты главного генетика, чье имя было утрачено, содержали еще более поразительные детали. Естественная концентрация симбионтов редко превышала тысячу единиц на клетку даже у наиболее одаренных субъектов. Но ракатанские модификации позволяли стабильно поддерживать уровень в три-четыре тысячи единиц, что открывало принципиально новые возможности взаимодействия с силой, которую они называли термином, не поддающимся переводу.
Особенно интригующими были упоминания о гибридизации с неким генетическим материалом — данные об источнике были повреждены. Линия двадцать три показывала не только высокую концентрацию симбионтов, но и уникальные нейронные паттерны, позволяющие… файл обрывался на самом интересном месте.
Алекс попытался восстановить поврежденные данные, но безуспешно.
Он откинулся в кресле, размышляя над прочитанным. Значит, он был носителем искусственно созданной генетической линии, результатом экспериментов древней цивилизации. Линия 23 — это просто номер версии генетической модификации. А что означала буква «A» и что за гибридизация упоминалась в отчетах, оставалось загадкой.
* * *
За окном дождь усилился. Капли теперь барабанили по стеклу с большей настойчивостью, создавая белый шум, который помогал сосредоточиться. Алекс потер уставшие глаза и взглянул на хронометр — половина четвертого утра. Он даже не заметил, как пролетело время.
Но самое поразительное заключалось в том, что система больше никем не контролировалась. Она работала как гигантский автомат, выполняя программы, написанные десятки тысячелетий назад, дополненные модификациями загадочной женщины-джедая.
Никто не знал о существовании этой системы. Никто не мог ее остановить или изменить. Она просто существовала, формируя сознание квадриллионов разумных существ в соответствии с древними алгоритмами и скрытыми планами Треи.
В этот момент зазвонил коммуникатор. На дисплее высветилось знакомое имя — Верена.
— Алекс? — ее голос звучал сонно, но с нотками беспокойства. — Ты где? Я проснулась, а тебя нет.
— В лаборатории, — ответил он, внезапно осознав, как сильно соскучился по ее голосу. — Работаю над теми данными.
— Снова? — в ее тоне появились нотки упрека. — Ты же обещал, что сегодня проведешь время со мной. Уже четвертые сутки ты практически не выходишь из этой лаборатории.
Алекс посмотрел на экраны вокруг себя, на ракатанский интерфейс, на бесконечные строки данных. Верена была права — он действительно погрузился в исследования с головой, забыв обо всем остальном.
— Слушай, — сказал он, принимая внезапное решение. — А не хочешь приехать сюда? Есть кое-что, что я хочу проверить. Это касается и тебя тоже.
— Меня? — удивление в ее голосе было неподдельным. — Что ты имеешь в виду?
— Объясню, когда приедешь. Пожалуйста приезжай.
Пауза. Алекс слышал, как она тихо вздохнула.
— Хорошо. Но только потому, что мне любопытно и ты так вежливо меня просишь. За это ты заплатишь обниманиями и я не приму отказа!
Связь прервалась. Алекс отложил коммуникатор и принялся готовить генетический анализатор. Если его подозрения верны, у Верены тоже должна быть модифицированная генетическая линия. Возможно, не 23-A, но что-то связанное.
Верена появилась в лаборатории ровно через полчаса, как и обещала. Ее синяя кожа слегка блестела от дождевых капель, а в больших глазах читалось любопытство, смешанное с легким раздражением. Она была одета в обтягивающую одежду и выглядела потрясающе…
— Ну что, безумный ученый, — сказала она, оглядывая лаборатория. — Объясняй, зачем ты вытащил меня из теплой постели в такую погоду.
Алекс подошел к ней и обнял. Ее тело было теплым и мягким, пахло дождем и тем особым ароматом, который он так любил.
— Прости, что заставил тебя приехать, — сказал он. — Но это действительно важно. Я обнаружил кое-что о себе… о нас, возможно.
Он коротко рассказал ей о своих находках, о генетической линии 23-A, о связи с мидихлорианами и способностью к использованию Силы, о древней системе контроля сознания. Верена слушала внимательно, не перебивая.
— И ты думаешь, что у меня тоже есть что-то подобное? — спросила она, когда он закончил.
— Возможно. Твилеки подвергались серьезным генетическим модификациям. Если Раката действительно проводили эксперименты по созданию чувствительных к Силе существ, логично предположить, что они работали с разными видами.
Верена кивнула.
— Хорошо. Проверим.
Генетический анализ занял несколько минут. Алекс наблюдал, как сканер обрабатывает образец крови Верены, чувствуя странное волнение. Результаты появились на экране, и он ахнул.
Генетический код Верены был испещрен модификациями. Десятки маркеров, указывающих на искусственные изменения. И среди них — знакомое число 23, но с другими буквенными обозначениями: 23-K.
— Сила, — прошептала Верена, глядя на результаты. — Что это все значит?
— Это значит, что мы оба — продукты древних экспериментов, — сказал Алекс мрачно. — Наши предки были генетически модифицированы для взаимодействия с Силой.
Верена молчала, переваривая информацию. Наконец она посмотрела на него и улыбнулась — не весело, но с пониманием.
— Знаешь что? — сказала она. — Хватит уже сидеть здесь как в склепе. Когда ты наконец побудешь со мной? Я имею в виду — по-настоящему побудешь, а не будешь думать о генетических кодах и древних цивилизациях.
В ее тоне не было упрека, только легкая ирония и много нежности. Алекс посмотрел на нее — на ее красивое лицо, на изящную фигуру, на то, как свет мониторов играет на ее синей коже — и понял, что она права. Он действительно слишком погрузился в исследования.
— У меня есть идея, — сказал он. — Дождь почти прекратился. Хочешь покататься на спидерах? Давно не были в лесу.
Глаза Верены загорелись.
— Отличная идея! — она подошла ближе и игриво толкнула его плечом. — Хотя я думала о чем-то другом… но покатушки тоже неплохо. Для начала.
В ее словах был намек, который Алекс не мог не заметить.
— Тогда пошли, — сказал он. — Спидеры в гараже.
Через час они мчались по лесным тропам Терсика. Дождь действительно прекратился, оставив после себя свежий воздух, пропитанный запахом мокрой листвы и земли. Алекс ехал впереди на своем спидер-байке, Верена следовала за ним на расстоянии нескольких метров.
Лес был прекрасен в предрассветном полумраке. Высокие деревья образовывали зеленый туннель над тропой, их ветви переплетались, создавая причудливые узоры. Листья все еще капали дождевой водой, и воздух был наполнен звуками пробуждающейся природы.
Алекс чувствовал себя живым впервые за несколько дней. Скорость, свежий воздух, ощущение свободы — все это смывало усталость и напряжение. А еще он чувствовал присутствие Верены позади себя, как теплое пятно в своем сознании.
Внезапно он понял, что это не просто знание о том, где она находится. Он действительно чувствовал ее — ее эмоции, ее концентрацию, даже ее дыхание.
Тропа впереди раздвоилась. Алекс инстинктивно выбрал левый путь — более узкий и извилистый, проходящий между плотно растущими деревьями. Обычно он бы никогда не поехал по такому маршруту на высокой скорости, но сейчас что-то подсказывало ему правильную траекторию.
Он наклонился над рулем, увеличивая скорость. Деревья мелькали по сторонам, ветви хлестали по лицу, но он чувствовал каждый поворот, каждое препятствие заранее. Словно лес сам показывал ему дорогу.
Позади раздался восторженный крик Верены. Она тоже ускорилась, следуя за ним по опасной тропе. Алекс чувствовал ее азарт, ее радость от скорости и риска. Они двигались в полной синхронизации, как два танцора, исполняющих сложную хореографию.