Кошмар у Врат (ЛП), стр. 16

И мне они нравились.

И он это знал.

Я положила руки ему на плечи и оседлала его, устроив колени по обе стороны от его бедер. Я не позволяла себе полностью навалиться на него, но мои ногти царапнули по выбритому затылку, пока пальцы не нащупали и не вплелись в длинные пряди на макушке. Я потянула, и его голова откинулась назад, мои губы замерли в миллиметре от его губ.

Он не шелохнулся.

Я еще никогда не была к нему так близко. Я не ожидала, что места, где мы соприкасались, нальются жаром. Мое тело словно вело внутреннюю войну: становилось податливым, но в то же время натягивалось как струна.

— Ну что, Захария? — тихо спросила я. — Ты удовлетворен?

Мои губы приоткрылись в судорожном вдохе, когда ладони Захарии сжали мою голую задницу. Он выпрямился, прижимая нас еще ближе друг к другу. Его глаза метнулись к моему рту, когда он заговорил.

— Будешь танцевать в клетке, — грубо произнес он. — Остаешься в маске и одежду не снимаешь.

Его пальцы впились в мою кожу, словно подчеркивая слова.

— Никаких приватов и никакой гребаной магии, — продолжил он своим мрачным тоном. — Ты меня поняла?

Он пытался звучать властно, но я не могла сдержать улыбку.

— Ты хочешь сказать, что я получила работу?

Уголок его рта пополз вверх, хотя он и предупредил:

— До тех пор, пока ты не нарушишь мои правила.

Я проигнорировала скрытую угрозу в его словах и издала нечеловеческий визг, обвивая руками его шею.

— Спасибо, спасибо, спасибо!

Я крепко его сжала, и его руки скользнули на мою талию. Он меня не оттолкнул, но явно старался держать на расстоянии, и это меня вполне устраивало. Мне все равно нужно было идти, чтобы сообщить Коко отличную новость.

Я уже начала отстраняться, чтобы спросить, когда могу приступать, но рука Захарии вдруг стальной хваткой сжалась на мне. Он с силой отшвырнул меня в сторону, и я в шоке приземлилась на диван. Я смотрела, как он вскакивает на ноги и выхватывает пистолет ровно в тот момент, когда штора в нашу комнату резко отодвинулась. На пороге стояли двое мужчин, элегантно одетых в одинаковые темно-серые костюмы и до блеска начищенные черные туфли. На одном была светло-голубая рубашка на пуговицах, на другом — бежевая.

На лацканах их пиджаков блестели одинаковые золотые значки в форме креста. Это по сути, представляло их как ищеек из Первого Храма — нечто вроде местной полиции. Я могла догадаться, зачем они здесь.

— Остынь, Захария, — произнес мужчина в светло-голубой рубашке. Он поднял руки раскрытыми ладонями вперед. Он был моложе того, что в бежевой.

— Ты на моей территории, Берк, — процедил Захария. — Не указывай мне, что делать.

— Мы услышали шум, — пояснил головорез. — Решили проверить.

— Звук долетел до самого Хирама? — изогнул бровь Захария.

— Мы приехали из Хирама, чтобы поговорить с вами. Нам показалось, мы услышали, что женщина попала в беду, — вступил в разговор тот, что постарше. Его взгляд скользнул с Захарии на меня. Он кивнул. — Мисс Левиафан.

Блядь. Блядь. Блядь.

— Если тебе показалось, что это звуки попавшей в беду женщины, то я искренне переживаю за твою жену, Коваль.

Захария опустил пистолет.

— Если вы дадите нам минутку, — бросил он. — Мы уже почти закончили.

Силовики переглянулись. Мне захотелось пробить ему печень. Он должен был отрицать их обвинения, а не подтверждать.

— Разумеется, — кивнул Берк и задернул штору.

Я поднялась на ноги, когда Захария повернулся ко мне:

— Одевайся.

— Не указывай мне, что делать, — огрызнулась я, взбешенная его приказом. В котором, к слову, я совершенно не нуждалась. — Думаешь, я горю желанием выходить туда в таком виде? То, как они нас застукали — уже пиздец. А если они расскажут моему отцу? Он и так сегодня уже угрожал убить тебя.

Захария приподнял бровь, но спрашивать почему не стал. Скорее всего, потому что ничуть не удивился.

— Они ничего не расскажут твоему отцу, — уверенно заявил он.

— Они церковные псы, Захария, — буркнула я, влезая в юбку. — Если не расскажут отцу, то доложат гребаной церкви.

Боже, и о чем я только думала?

— И церкви они тоже не доложат, — отрезал он.

— Откуда тебе, блядь, это знать, Захария?

Ему было так легко оставаться безмятежным. К нему не предъявлялись те же моральные стандарты, что ко мне. Если об этом поползут слухи, позором заклеймят меня, а не его. И что еще хуже: меня силой вернут домой и, скорее всего, запрут в комнате, пока отец с матерью не подыщут мне мужа.

— Потому что Берк годами ворует деньги из церковной казны, а Коваль изменяет своей жене, — язвительно усмехнулся Захария. — Они и пикнуть не посмеют, Лилит.

Хоть его слова и принесли некоторое облегчение, его раздражение заставляло меня быть настороже. На пару секунд я совсем забыла, кто передо мной стоит.

— Прости, — выдавила я. — Я не хотела тебя злить. Просто я…

Просто я подумала, что только что потеряла все.

— Я не злюсь, — бросил он, но раздражение в его голосе говорило об обратном.

Его взгляд скользнул по моему телу вниз. На мгновение мне показалось, что я заметила в нем вспышку сожаления. Мне хотелось вцепиться в нее и выдоить досуха, но она исчезла так же быстро, как и появилась.

— Одевайся, — повторил он.

Я торопливо застегнула пуговицы на рубашке и сменила каблуки на балетки. Хоть теперь я и выглядела приличнее, ничто не могло смягчить то смущение, с которым мне предстояло выйти из этой комнаты вместе с Захарией навстречу церковным ищейкам.

Приведя себя в порядок, я подошла к Захарии. Теперь, когда в голове немного прояснилось, я могла обдумать истинную причину их визита.

— Что ты сделал с Эфраимом? — спросила я.

— Ничего, — ответил он.

— Захария, — протянула я с ноткой неодобрения, хотя и не думала, что он откровенно лжет. Он просто уходил от ответа.

Его губы дрогнули.

— Осторожнее, любовь моя. Ты начинаешь звучать прямо как моя матушка.

Он отдернул штору, я вышла первой, но пропустила его вперед, чтобы он шел по коридору первым. Меньше всего мне хотелось приветствовать головорезов первой.

Мы нашли Берка и Коваля у барной стойки. Судя по их лицам, я подозревала, что они подслушали то, что Захария рассказал мне про их грешки.

— Чего вам надо? — спросил Захария.

— Мы хотели бы обсудить с вами одно очень важное дело, мистер Зареф. Желательно наедине.

— Не выйдет, — жестко отрезал он.

— Это не по правилам, Захария…

— Давай не будем делать вид, будто во всей этой ситуации есть хоть что-то правильное, Берк.

Я ненавидела краснеть, но ничего не могла с собой поделать. Ему-то, может, и плевать, настучат эти двое на нас или нет, но мне безумно хотелось, чтобы он перестал подпитывать их грязные мыслишки.

— Вы уже потратили впустую ценные секунды моего времени. Даю вам еще одну, чтобы ответить на мой вопрос, иначе прикажу вышвырнуть вас с моей территории.

— Мы ищем этого человека, — сказал Коваль, открывая папку, которую держал под мышкой. Он протянул Захарии лист бумаги.

Это была фотография Эфраима.

Захария посмотрел на меня.

— Тот самый, что был прошлой ночью? — уточнил он.

— Да, — кивнула я и посмотрела на двоих ищеек. — Он сказал, что убил человека.

— Он вам в этом признался? — переспросил явно удивленный Коваль.

— Мне нужно повторить?

— Ну что вы, конечно нет, мисс Левиафан, — стушевался он.

Я постаралась не скривиться от такого обращения. Это лишний раз напоминало мне, что он прекрасно осведомлен, кто я такая.

— Пожалуйста… не могли бы вы рассказать поподробнее?

Я не собиралась выкладывать всю правду. Одно дело — быть застуканной полуголой в компании Захарии, и совсем другое — признаться в использовании магии без отцовского присмотра.

Я перевела взгляд на Захарию, и хоть мы не обменялись ни единым словом, он понял, о чем я думаю. Он ободряюще кивнул.