Яблочный август. Песец койоту! (СИ), стр. 13

— Если вы правы в своих догадках, это очень печально, — тяжело вздохнул Свон. — Пожалуй, Леоноре не нужно знать таких подробностей. Пусть всё остаётся, как есть.

— Что ж, вам виднее, — развёл руками верховный жрец.

— Следует ли нам ожидать новых жертв? — на прощание поинтересовался Свон.

Дермонт отрицательно качнул головой:

— Не думаю. Более того, мне кажется, что исковерканный ритуал и разрыв связи истинных мог рикошетом ударить и по нему. В ближайшее время я свяжусь с орденом шаманов-хранителей и выясню, как обстоят дела. Возможно, Виториану всё-таки удалось разорвать связь с материальным миром.

— Лучшая новость за сегодняшний день! Звучит настолько обнадёживающе, что я боюсь поверить в подобный исход, — признался Свон.

— Всё в руках высших сил мироздания, — склонил голову верховный жрец.

[1] на самом деле, вендиго, но я несколько изменила не только название, но и суть этого злого духа

Глава 19. Поломанная душа

Леонора

В последние дни у неё всё валилось из рук. Поначалу Леонора списывала своё состояние на перенесённый стресс. Доля правды в этом была, однако она и сама понимала, что откат несоизмерим с произошедшим инцидентом.

Как-никак, она — не кисейная барышня, а сотрудник силовых структур, подготовленный боец. Опять же, чёрный пуховый пояс — его не дают кому попало за красивые глаза.

Медикаментозная терапия, включающая витамины, антидепрессанты и общеукрепляющие микстуры, силовые тренировки, и даже прогулки на свежем воздухе не помогали улучшить самочувствие и боевой дух полевого агента Лаппы. Всё чаще Леоноре казалось, что она забыла или потеряла что-то важное.

Она медленно, но верно скатывалась в депрессию. Врачи разводили руками, коллеги смотрели с плохо скрываемой жалостью, шеф хранил угрюмое молчание.

Промаявшись несколько месяцев, Леонора решила, что дальше так продолжаться не может, и написала заявление на долгосрочный отпуск. Как ни странно, (а может быть, наоборот, закономерно) Люпус Свон не стал отговаривать её и безропотно подписал приказ об отпуске.

— Поедешь куда-нибудь? — как бы между делом поинтересовался шеф.

Честно говоря, иногда его одолевали тревожные мысли. Правильно ли он поступил, скрыв от Леоноры важную информацию? Имел ли он вообще этическое право не сказать ей правду о Кальдере Фросте? Помаявшись в сомнениях, он в очередной раз приходил к выводу, что это было единственно верное решение. Ни Леонора, ни кто-то другой не могли изменить положение вещей, а осознание упущенного счастья умножило бы её тоску.

Он задал вопрос не просто так. У Свона зародились подозрения, что Леонора каким-то мистическим образом узнала про истинную связь и решила отправиться в Хинно к Кальдеру Фросту. Свон полагал, что их встреча не закончится ничем хорошим, а только принесёт ненужные страдания его подчинённой. Однако не в его силах было запретить поездку.

Было и ещё одно обстоятельство. До него доходили слухи, что альфа койотов заключил помолвку. Следовательно, для Леоноры в любом случае было всё кончено.

И теперь он с опасением ждал её ответа.

— Поеду, — кивнула Лео.

— Куда, если не секрет? — внутренне напрягся Свон.

— К морюшку, вы ведь сами говорили, что самый лучший отдых — исключительно на море, — хмыкнула Леонора.

— При условии, что это море — тёплое, — неловко пошутил Свон, не к месту припомнив, что в округе северных койотов тоже есть море.

— Не переживайте, не простыну, — успокоила Леонора, — я еду в Кальяни. Надеюсь, конспиративный дом остался за нашим управлением?

— Остался, — подтвердил шеф, чувствуя невероятное облегчение от того, что она едет совсем в другую сторону.

— Ну и отлично, — изобразила радость Лео, — отдохну, позагораю, малины поем. Вы не представляете, какая там в лесу шикарная малина!

Леонора осеклась, пытаясь понять, чем её зацепило упоминание малины. Люпус Свон украдкой бросил на неё полный сожаления взгляд и преувеличенно бодро подхватил:

— Ну конечно, малина! Твоё любимое лакомство!

— Да-да, — рассеянно кивнула Леонора. — Я, пожалуй, пойду. Ещё вещи нужно собрать.

— Ступай, Норочка, и ни о чём не волнуйся. Мы будем ждать тебя столько, сколько потребуется, — воодушевлённо заверил шеф.

Леонора нисколько не кривила душой, когда уверяла, что хочет уехать в Кальяни. Что-то необъяснимое тянуло её туда. Как преступника тянет на место преступления, или как неумолимо влечёт туда, где когда-то был счастлив.

Леонора даже себе не могла объяснить причину этого влечения. Во время проживания в Кальяни противоправных деяний за ней не числилось, но и большого счастья не припоминалось. В самом деле, не могла же она просто забыть? Подобное не забывается, ведь правда же?

По здравому рассуждению, ей должен быть глубоко отвратителен город, в котором чуть не оборвалась её жизнь, и тем не менее, она рвалась именно туда. Короче, как ни крути, внятной причины не было, а потребность ехать в Кальяни была.

***

Кальяни встретил её противной моросью, характерной для южного города на исходе зимы, пронзительными криками чаек и голыми ветвями яблонь.

— Ничего, дождёмся весну, а там вместе возродимся к новой жизни, — пообещала она саду, смахнув непрошенную слезу.

Глава 20. Порядок, долг, и никаких чувств

Кальдер

Первые несколько месяцев после возвращения домой он занимался разгребанием накопившихся проблем.

Почти полностью сменил службу безопасности. Вычислил крысу, которая сдала его прихвостням главы преступного синдиката.

Кстати, ею оказалась руководительница пресс-службы, тихая и неприметная гиена Юко Сасси. Мягко говоря, Кальдера потрясла эта новость. Поначалу он категорически отказался верить результатам расследования, проведённого новым начальником секьюрити. Однако, факты неумолимо свидетельствовали, что виновата именно Юко.

Причиной её вопиющего поступка стала… болезненная любовь к Кальдеру. Причём, болезненной она была в самом прямом смысле. В процессе дознания выяснилось, что девушка страдала синдромом Окелло. [1] Не сумев привлечь внимание объекта обожания и реализовать свои матримониальные планы, она предпочла физически устранить Кальдера, действуя по принципу: «так не доставайся же ты никому!»

Не желая марать лапки и будучи утончённой натурой, она занялась поисками исполнителей. Как нарочно, мисс Сасси стала свидетельницей разговора альфы койотов с осведомителем. План созрел моментально. Руководителю пресс-службы не составило труда отыскать контакты членов синдиката. Навестив в тюрьме одного из них, она передала информацию о предстоящей встрече.

***

За полгода Кальдер разрулил все проблемы и затосковал. Нет, он и до того постоянно ощущал эту тянущую изматывающую пустоту, что поселилась в душе, однако не позволял себе расслабляться, с головой погрузившись в дела. Но когда самые сложные задачи были решены, виновные — наказаны, а отличившимся воздано по заслугам, наступила пора рутинных будней. И его с головой накрыл сплин.

— А я говорю: жениться тебе надо! — полушутя, предложил Джек Грейхарт, когда они встретились на торжестве по случаю рождения его первенца.

— Как только встречу пару, так и женюсь, — угрюмо отмахнулся Кальдер.

— Удачи в поисках, — искренне пожелал до крайности счастливый Джек.

— А если не встретишь? — допытывался его советник по связям с общественностью. — Альфе не пристало быть без пары, предлагаю договорной брак. У западных майконгов есть подходящая кандидатура, дочь главы клана, Сирилла Мирха.

— Что, реально хороша? — равнодушно поинтересовался Кальдер.

— Более чем! — обрадовался советник, расценив вопрос шефа как интерес и призыв к действию.

В результате его кипучей деятельности через месяц на празднике весеннего равноденствия Кальдера познакомили-таки с Сириллой. Он вежливо, но довольно сухо пообщался с девушкой, смотревшей на него восторженными оленьими глазами, и распрощался с твёрдым намерением не продолжать знакомство.