Пустой (ЛП), стр. 36

Насмотревшись вдоволь, я швырнул ей карту обратно, и Фэррис поймала листок, злобно глядя на меня.

— Ты сказал, что она тебе не нужна, — прорычала она.

— А ты сегодня дерзкая, как я погляжу, — протянул я. — Я решил, что в дневнике мертвого человека можно найти нечто полезное. Так что вперед, светлокрылая, давай посмотрим, сможем ли мы поймать Дракона.

С этими словами я развернулся и ушел, позволив ей решать, как поступить. Было очевидно, что она последует за мной. Дурацкие идеи загонят ее в тупик в поиске духов, и это меня полностью устраивало. Мне хотя бы не было нужно силой тащить приманку за собой, раз уж она по собственной воле шла за мной навстречу опасности.

Пройдя по замку, я вышел на улицу, где отовсюду доносился мерный, высокий стрекот цикад. Мелкие зверьки и птички тоже шумели, а значит, никакая магия не нарушала их покой.

Духов поблизости не было.

Моя человеческая игрушка появилась не сразу. В свое удовольствие прогулявшись по коридорам, она наконец присоединилась ко мне, таща сумку, готовую лопнуть от спрятанных внутри припасов. При необходимости я мог днями обходиться без еды, но конечно, люди не были способны на подобное.

Какие хрупкие создания.

А еще Фэррис и шагу ступить не могла без своих драгоценных книг. Если в них были такие же полезные сведения, как и в той, что она только что изучала, то мне стоило повнимательнее приглядеться и к остальным. Но прежде чем на самом деле начать доверять человеческим каракулям, я собирался проверить, будет ли Дракон там, где его нарисовали на карте.

Я быстрым шагом пошел к северной части леса, и Фэррис поспевала за мной, сжав челюсть.

Более трех часов мы шли в тишине, и ничего, кроме звуков дикой природы не нарушало наш покой. Девчонка ни разу не попросила остановиться, ни одной жалобы не сорвалось с ее губ, когда я повел ее вверх по крутому холму. Она молчала, даже когда мы принялись спускаться по другой его стороне, направляясь к опасной долине, обрамленной камнями. Но ее фиолетовые глаза не упускали ни одной детали, разглядывали каждое дерево и лиану, мимо которых мы держали путь. Но она никогда не поделилась бы тем, что творилось в ее голове. И меня раздражало, что я вообще об этом думаю.

Мы были уже близко. Нужная пещера была всего лишь на другом конце долины. Возможно, Дракон был у меня в руках.

— Погоди, — прошипела Фэррис, наконец прерывая тишину между нами.

Я со скучающим видом посмотрел на нее, ожидая, что она начнет жаловаться, что болят ноги и требовать сделать привал.

— Пустые, — выдохнула она. Нотки страха заставляли ее голос дрожать.

Резко обернувшись в направлении ее взгляда, я заметил существ у подножия холма. Из-за бледной кожи и поношенной одежды они сливались с пейзажем. Я должен был заметить их первым. Я был умнее многих фэйцев, что уж говорить о людях, особенно когда дело касалось сраных Пустых. Но Фэррис и ее умопомрачительные глаза снова отвлекли меня.

Блядь.

Мертвецов было много, минимум пятнадцать, и еще больше точно шлялись среди деревьев неподалеку.

— Они блокируют вход в пещеру, — прошипела Фэррис, низко пригибаясь, чтобы ее не заметили.

Посмотрев за спины Пустых, заполонивших каменистую местность, и снова обнаружил, что она права. Нужный нам проход был там, и между ним и нами толпились Пустые.

— Пригнись, — потребовала Фэррис.

Я лениво опустился на корточки рядом, заметив страх в ее глазах. Глубоко поселившийся внутри нее и любого другого существа на свете ужас, вызванный этими монстрами.

— Нужно как-то отвлечь их, выманить из пещеры, — сказала Фэррис, сжимая камень и взвешивая его на ладони. Она задумчиво нахмурилась.

— Да, и правда, — мрачно ответил я, все еще купаясь в ее страхе. — Ты встречала их раньше, светлокрылая?

Ее взгляд нашел мой, горло сжималось и разжималось.

— Да. Они охотятся на землях людей так же, как и на ваших.

— Они не охотятся, — ответил я холодным, угрожающим голосом. — Они убивают слепо, без каких-либо чувств и мыслей. Те, что голодны, набрасываются без разбора, стоит им только действительно себя потерять. Если их покормить, они будут чуть разумнее.

— Ну, эти выглядят обезумевшими от голода, — сказала Фэррис, снова глядя на небольшую проблемы в долине, и одновременно рисуя пальцами «Х» на земле.

— Они хоть раз гнались за тобой, Фэррис? Ты чувствовала, как их когти впиваются в кожу? Вдыхала вонь, идущую из их ртов? Видела безумную пустоту в их глазах?

Поморщившись, она снова повернулась ко мне.

— Да, — ответила она шепотом. — А ты?

Я посмотрел на Пустых и ничего не ответил.

О, Фэррис, знала бы ты, через что мне пришлось пройти. Какая жестокая судьба была мне уготована. Духи знают, как ты будешь дрожать, находясь рядом со мной, когда узнаешь правду.

Приподнявшись, Фэррис прокралась к огромному камню и спряталась позади него, доставая рогатку. Я смотрел, забавляясь, как она вложила в нее камень и прицелилась.

Камень с шуршанием полетел вперед, пронесся над головами Пустых и врезался в деревья в вышине. Но этого вряд ли будет достаточно, чтобы отвлечь их. Я встал, готовый сам с ними разобраться. Но к моему удивлению, над головой пролетел второй камень, что угодил прямо в пчелиное гнездо, висящее на дереве, мимо которого пролетел первый камень. Гнездо упало, рой пчел вырвался наружу, и их жужжание привлекло Пустых. Они побежали на звук, отчаянно спотыкаясь, и освободили проход в пещеры.

Ничего не сказав, Фэррис помчалась вниз по склону холма, ловко огибая острые камни на пути к проходу. Мне не оставалось выбора, кроме как рвануть следом, и пока я догонял девчонку, и груди у меня вырвался хриплый смех.

Она была умницей и снова умудрилась меня удивить.

Мы вместе подбежали к пещере и одновременно погрузились во тьму, оставив Пустых искать пропитание где-нибудь еще. Фэррис подхватила мой смех, и мы обменялись взглядами, как только сбавили темп. Мерцание светящихся червей, ползавших по потолку, освещало наши лица.

Наш смех стих, и я шагнул ближе к Фэррис. Меня необъяснимо к ней тянуло, а вокруг пульсировала магия.

Дух был близко, его сила была невероятно густой и могучей, что волоски у меня на затылке встали дыбом. Но ничего в тот момент не влекло меня так, как стоящая рядом человеческая девочка. Ее темные волосы разметались по плечам, глаза были такими яркими, что почти горели от еще непрожитых дней.

Я подошел еще ближе, так близко, что она прижалась спиной к стене пещеры. Я загнал ее в угол, но она не пыталась убежать. Может, я совсем сошел с ума за проведенные в одиночестве годы. Но я был готов поклясться, что она смотрела на меня так же, как я на нее, опьяненная энергией этого места, и кажется, нашей близостью в каком-то невероятном смысле.

— Прелестное создание, если бы ты только знала… — я приподнял ее подбородок большим и указательным пальцем.

— Знала что? — ее хриплый голос был полон и мольбы, и требования.

— Каким монстром я могу быть.

— Я все еще тебя не боюсь, Хендрикс.

— Значит, ты глупая.

— Я боюсь тех, кто причинит мне боль. Но ты этого не сделаешь. Я слишком тебе нужна, — она схватила меня за запястье так, будто хотела отвести руку от своего лица, но вместо этого лишь сомкнула пальцы на моей коже.

Фэррис нахмурилась, будто сама не понимая, почему продолжала касаться меня.

У меня ответа тоже не было.

— И что будет, когда я перестану в тебе нуждаться? — прорычал я.

Осознание того, что ждет нас впереди, было слишком резким.

— Ты меня отпустишь, — уверенно ответила она, приподнимая подбородок.

— Я этого не хочу, — признал я.

Греховная правда была в том, что Фэррис стала моей пленницей. И я не желал давать ей свободу.

Между нами больше не было расстояния. Губы застыли в дюйме друг от друга. И Фэррис не поморщилась, как должна была. Она даже не пошевелилась, пока взгляд ее фиолетовых глаз проник в меня, в самые глубины души и нашел там лишь гниль. Но даже тогда она не отвернулась.