"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 976
— Ещё! — крикнул Зураб.
Кор-Дум ударил молотом по уже сдвинутому шарниру. Клык вместе с двумя сталкерами затянул на второй ноге заранее брошенную петлю и дёрнул её через каменный выступ. «Цербер» потерял опору. Он упал боком. Зураб не полез к голове. Он вогнал топор в открытый сервисный отсек и провернул рукоять. Внутри лопнуло что-то стеклянное или кристаллическое. Свет на груди машины мигнул и погас. Никто не закричал о победе. Все просто отступили на несколько шагов и ждали, не поднимется ли она снова.
Не поднялась.
— Щуп там, — выдохнул Лекс.
Кор-Дум посмотрел на лежащую машину.
— Если переживём остальное, заберём. Если нет — железка нам не понадобится.
Бой вокруг них ещё не закончился: Вэл’Шан был жив.
Магистр появился из пыли не с криком и не с поднятым над головой посохом. Он шёл вместе с четырьмя стражниками, используя каменную стену как прикрытие. Посох у него оставался в руке. На одежде была пыль, на виске — кровь, но движения сохраняли ту же точность, с которой он когда-то задавал вопросы в мастерской. Лекс увидел его и остановился. Вэл’Шан тоже увидел Лекса.
— Достаточно, — сказал магистр.
Голос не был громким, однако ближайшие эльфы начали отступать к нему, перестраиваясь вокруг новой точки.
— Прикажите сложить оружие. Вы пойдёте со мной. Остальных можно оставить в живых.
Лекс коротко рассмеялся и сразу пожалел — рёбра прострелило болью.
— После всего этого вы всё ещё думаете, что я соглашусь?
— Я думаю, что вы умеете считать потери.
— Умею. Двадцать три могилы у нас уже есть благодаря вашей прошлой попытке.
На лице Вэл’Шана ничего не изменилось.
— И потому следующая должна закончиться иначе.
— Тогда уходите.
— Нет.
Вокруг посоха магистра начали собираться тонкие световые линии. Айрин оказалась справа от Лекса. Она не встала за его спиной — вышла на одну линию, меч в руке, лук уже отброшен.
— Он пустой, — сказала она, кивнув на винтовку.
Вэл’Шан отметил пустую винтовку и снова сосредоточился на Лексе.
— Это упрощает задачу.
— Не настолько, — ответила Айрин.
Клык подал короткий свист. Из-за камней появились люди, обходя позицию магистра полукольцом. Шило остался выше и положил арбалет на камень, чтобы не держать вес раненым плечом. Зураб и Кор-Дум стояли у поверженного «Цербера». Вэл’Шан быстро оценил расстояния.
— Последний раз, Лекс. Живым вы представляете большую ценность.
— Для кого?
— Для тех, кто способен понять, чем вы стали.
— А вы способны?
— Поэтому и спрашиваю.
Эта фраза была опаснее угрозы. Лекс почувствовал, как дар отзывается на растущую магическую структуру вокруг посоха. Не смыслом. Не готовой схемой. Только давлением, от которого засвербило в носу и заломило виски. Он не стал открывать эфирное зрение полностью.
— Айрин, вправо.
Она шагнула ещё до того, как Вэл’Шан закончил движение. Первый импульс ударил в камень между ними. Осколки хлестнули по ногам. Клык дал команду, и люди начали сближаться, но магистр поставил короткий щит. Болты и стрелы вспыхнули на поверхности и упали. Кор-Дум рванулся вперёд.
— Не лезь! — крикнул Лекс.
Поздно. Вэл’Шан развернул посох, и волна силы отбросила дворфа на несколько шагов. Кор-Дум ударился спиной о камень, но почти сразу поднялся на локоть. Зураб не пошёл тем же путём. Он швырнул топор не в магистра, а в ближайшего стражника, заставляя того закрыться, и этим открыл Клыку проход слева. Айрин двинулась справа. Вэл’Шану пришлось поворачивать щит. По движению посоха было видно: магистр больше не контролировал всё поле одновременно. Щит появлялся там, куда он направлял оружие, а на другом краю истончался.
— По очереди! — крикнул Лекс. — Не вместе!
Шило выстрелил сверху. Вэл’Шан поднял защиту. Айрин пошла в шаг. Магистр развернул щит к ней. Клык бросил нож. Стражник принял его на плечо, но строй вокруг Вэл’Шана распался окончательно. Где-то дальше люди теснили остатки эльфийского отряда к выходу из ущелья. Песня уже не звучала единым хором; отдельные строки вспыхивали то справа, то слева, как перекличка тех, кто ещё держался.
— Встанем, братья…
— …кто не хочет жить рабом!
Вэл’Шан отступил на шаг и на мгновение посмотрел мимо Лекса — на поверженного «Цербера», людей Клыка и дорогу, где эльфийские подразделения отходили разрозненными группами. Лекс видел только это; что решил магистр, оставалось за пределами его знания. Затем всё изменилось: Вэл’Шан опустил посох — не капитулировал, а перестал пытаться удержать Лекса живым. Это выдало само заклинание: давление вокруг посоха исчезло из широкого щита и собралось в одну узкую точку.
— Лекс! — голос Айрин сорвался.
Он успел повернуться. Удар пришёл почти без света. Холод врезался в грудь сильнее молота. На один миг исчез звук, потом боль прорезала тело изнутри, словно между рёбрами протянули ледяную проволоку. Лекса отбросило на камни. Он не сразу понял, что лежит. Небо было слишком ярким. Айрин появилась над ним, её губы двигались, но первые слова не дошли. Потом звук вернулся рывком.
— …дыши! Лекс, смотри на меня! Дыши!
Он попытался вдохнуть. Получилось наполовину. Во рту появился металлический вкус. По подбородку потекло тёплое. Вдалеке Клык кричал:
— Не гоняться! Держать людей! Он уходит подготовленным путём!
Лекс повернул голову. Вэл’Шан уже отступал к боковой расщелине вместе с двумя оставшимися стражниками. Перед проходом на секунду вспыхнула заранее подготовленная световая завеса. Болт Шило вошёл в неё и исчез в белом свете. Когда завеса погасла, магистра за ней уже не было. Никаких проклятий. Никакого торжества. Только выполненное решение и отход. Зураб сделал шаг к расщелине.
— Не смей, — сказала Айрин.
Он остановился. Она даже не посмотрела на него — обе руки уже были на груди Лекса. Пальцы быстро проверяли рану, дыхание, пульс.
— Клык! Носилки!
— Уже!
— Кор-Дум?
— Жив! — отозвался дворф хрипло. — Спина цела. Лекса смотри!
Лекс попытался сказать, что всё нормально, и закашлялся кровью. Айрин побледнела.
Кровь была тёмной и шла не из разбитой губы: она поднялась из груди вместе с кашлем и легла на подбородок густыми брызгами. На вдохе внутри что-то влажно захрипело. Пальцы левой руки начали неметь от мизинца вверх, хотя сама кисть оставалась целой, а холод под рёбрами расползался так, будто удар продолжался уже после того, как заклинание погасло.
— Молчи.
— Цер…
— Молчи.
— Щуп… остался…
— К чёрту щуп.
Это прозвучало так яростно, что Лекс почти улыбнулся. Потом стало холодно. Не снаружи. Внутри груди. Айрин распорола ткань на его рубахе. В месте удара кожа серела вокруг небольшого тёмного следа, хотя открытой раны почти не было. Именно это испугало её сильнее крови — Лекс увидел по тому, как на мгновение застыло её лицо.
— Нужна крепость, — сказал Клык. — Западный отрог. Для здорового час. С носилками — больше. Там старый дворфийский узел, каменные помещения, вода. Я был у внешних ворот два года назад.
— Веди, — сказала Айрин.
— А люди здесь?
Она подняла голову.
— Раненых, которых можно нести, забираем. Остальные отходят группами в Механос под командой Шило. Никаких трофеев. Никакой погони. Кто задержится ради железа — останется без прикрытия.
Клык уже повернулся отдавать приказ, но задержался и указал на край площадки, где двое его людей перевязывали оглушённого эльфа в дорожной броне лесного дома — того нашли живым у обрушенной боковой линии, далеко от ушедшего Вэл’Шана.
— Этого тоже, — сказал он. — Живой пленный — не трофей, а источник. В Механосе разберёмся, кто он и почему оказался здесь.
Айрин коротко согласилась: добивать беспомощного она не собиралась, а оставлять его на поле означало почти то же самое.
Клык сразу повернулся к людям. Лекс услышал её решение и впервые за весь день перестал пытаться что-то исправить сам. Его подняли на носилки. Мир качнулся. Зураб появился рядом и молча поднял с земли доработанную винтовку. Проверил магазин, убедился в пустоте и закинул оружие себе за спину.