"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 906

Кор-Дум сделал один шаг, затем второй и остановился сам.

— Всё, — сказал он.

Грым удивлённо посмотрел на отца.

— Даже не пойдём?

— Сегодня — нет.

— Но там…

— Именно.

Дворф подошёл к ближайшей ремонтной нише. На панели висели несколько ручных приспособлений, большую часть которых он не тронул. Один серый брусок он долго рассматривал, затем спросил дроида:

— Это что?

— Ручной абразив для обслуживания режущих кромок.

Кор-Дум провёл большим пальцем по боковой поверхности.

— Камень?

— Состав отличается от природного камня. Назначение соответствует.

— Его можно вынести?

— Да.

Дворф взял брусок.

— Вот это уже вещь, которую я понимаю.

— А всё остальное? — спросил Грым.

Кор-Дум посмотрел в глубину промышленного сектора.

— Остальное сначала надо понять. Потом трогать.

Лекс запомнил слова Кор-Дума именно потому, что сам слишком часто поступал наоборот. Дальше они не пошли: закрыли промышленную дверь, отметили вход на локальной схеме и вернулись в «Убежище».

Айрин открыла им после условленного сигнала. Первым делом посмотрела не на оружие, а на лица.

— Все целы?

— Да, — сказал Лекс.

Только после этого её взгляд опустился на длинный короб.

— Нашли?

Кор-Дум поставил его на стол.

— Четыре винтовки. Двести снарядов. Пять гранат. Три клинка почти без заряда.

Зураб присвистнул с лежанки.

— Богато.

— Нет, — сказал Кор-Дум. — Сосчитано.

— Это хуже?

— Это честнее.

Айрин села рядом со столом.

— Пользоваться умеем?

Лекс посмотрел на винтовки.

— Пока нет.

— Тогда оружием их пока не считаем.

Кор-Дум одобрительно хмыкнул.

— Нравится мне эта женщина.

— Я рядом, — напомнил Лекс.

— И что?

Грым засмеялся.

Они записали весь новый запас на той же упаковочной пластине: четыре винтовки, десять обойм по двадцать снарядов, пять гранат, три частично разряженных клинка. Ничего не распределяли окончательно. Ничего не прятали по личным сумкам.

Сначала нужно было понять, чем они вообще завладели.

Лекс попросил дроида добавить на локальную схему две отметки — «Склад» и «Промышленный вход». После сохранения Старый Город всё ещё оставался почти целиком неизвестным, но эта неизвестность уже начала делиться на понятные участки: медицинский сектор, вода, «Убежище», склад и промышленная зона, в которую они пока не вошли дальше первого порога.

И красный коридор, который всё ещё никто не собирался открывать.

Кор-Дум положил найденный абразивный брусок рядом со своей сумкой.

— После следующего сна посмотрю, что там за рабочие места.

Грым тут же поднял голову.

— Я с тобой.

— Если бок не потечёт.

— Не потечёт.

— Тогда дроид решит.

Молодой дворф оскорблённо посмотрел на машину.

— Почему он?

— Потому что он хотя бы не врёт, что ему не больно.

Зураб тихо рассмеялся.

Лекс сел у стены.

Перед ним на столе лежало оружие Древних, а он понятия не имел, как оно устроено внутри, каким усилием отдаёт, как ведёт себя снаряд и можно ли доверять системе, которая пролежала без хозяев неизвестно сколько лет.

Раньше такая осторожность раздражала бы его; теперь она казалась нормальной: сначала увидеть, потом понять и только после этого пользоваться.

За закрытой дверью «Убежища» стоял целый мёртвый город.

Но на этот раз между ними и городом была не только перекладина.

У них уже были вода, еда, точный счёт оружию и следующий участок, который они собирались открыть не потому, что он манил, а потому, что был нужен.

Глава 12. Айрин

Месяц Келемвар, 2000 год Эры Синода / 800 год Торговой Эры

За несколько следующих периодов сна и бодрствования «Убежище» перестало быть просто комнатой, в которой они однажды закрыли дверь, хотя до настоящего дома было слишком далеко. У стены уже стояли фляги, которые наполняли в санитарном узле; на столе лежала пластина с угольными отметками запасов; серые брикеты из пищевого узла делили заранее, чтобы не тратить сырьё лишний раз. Четыре кинетические винтовки из служебного склада оставались в длинном коробе под стеной, десять обойм лежали отдельно, пять гранат — в жёстких ячейках, куда никто без необходимости не лез, а три почти разряженных энергетических клинка дроид велел хранить выключенными. Оружие у них уже было, понимания, как им пользоваться, — ещё нет; за это время изменилось и состояние Зураба.

Не чудом и не настолько, чтобы забыть о том, как его притащили в Старый Город. Отёк на ноге спал, багровые пятна стали темнее по краям, дроид перестал запрещать любое движение и разрешил короткую нагрузку — с остановками, без полного веса на повреждённую ногу и только при условии, что кузнец перестанет спорить с каждым предупреждением.

Последнее условие Зураб выполнял хуже всего.

— Я не спорю, — сказал он, сидя на краю лежанки. — Я уточняю.

Дроид повернул к нему линзы.

— За последний период бодрствования зафиксировано одиннадцать случаев несогласия с медицинской рекомендацией.

— Видишь? Ни одного спора.

Грым, возившийся у стены с погасшим светильником, фыркнул.

— Тебе легче стало только языком.

— А тебе?

— Мне вообще хорошо.

Кор-Дум даже не поднял головы от найденного в промышленном входе абразивного бруска.

— Поэтому сидишь.

Грым промолчал, а Айрин улыбнулась и подтянула ремень; пальцы по привычке скользнули к правому боку и наткнулись на пустоту. К отсутствию ножа она так и не привыкла: иногда рука всё ещё сама искала рукоять, хотя клинок остался в чёрной воде ещё до Старого Города. Тогда было не до него — Зураб умирал, Лекс едва держался после Архитектора, Грым ходил согнувшись, и потеря одного ножа казалась мелочью; теперь мелочь перестала быть мелочью.

На стеновой панели дроид показывал локальную схему. После архива и последних выходов на ней стало больше белых линий: медицинский сектор, санитарный узел, «Убежище», склад, промышленный вход. Чуть восточнее жилого блока оставался ещё один короткий маршрут, который дроид определял как жилой и учебный кластер.

Айрин смотрела именно туда.

— Там есть что-нибудь полезное? — спросила она.

— Уточните категорию.

— Ручное оружие. Одежда. Ткань. Контейнеры. Всё, что можно использовать без подключения к неизвестной системе.

Кор-Дум оторвался от клинка.

— Последняя часть правильная.

Дроид обработал запрос.

— В учебном модуле зарегистрирован инвентарь базовой физической подготовки. Состояние неизвестно. В жилых ячейках — данные неполны.

Зураб опёрся ладонями о лежанку и поднялся, почти не наступая на повреждённую ногу.

— Идём.

Айрин повернулась.

— Куда?

— Ты же только что спросила.

— Я спросила дроида.

— А я ответил.

— Ты еле стоишь.

— Стою.

Дроид подал короткий сигнал.

— Допустимая непрерывная нагрузка на повреждённую конечность ограничена.

— Вот, — сказал Зураб. — Ограничена. Не запрещена.

Кор-Дум не оценил попытку торговаться с собственной ногой.

— Далеко не уйдёшь.

— Поэтому возьмём платформу.

От этих слов все замолчали.

Транспортная платформа, которую они вытащили из медицинского сектора, стояла у стены. За последние дни её использовали дважды, когда дроид настаивал, чтобы Зураба доставляли к действующим медицинским системам. Колесо больше не заклинивало, фиксаторы держали.

Зураб ткнул в неё пальцем.

— Доеду. Где надо — пройду. Если нога начнёт дурить, сяду обратно.

— «Начнёт дурить», — повторил дроид. — Термин медицинского состояния не распознан.

— И хорошо.

Лекс, сидевший за столом, посмотрел на Айрин.

— Я пойду.

— Нет.

— Почему я уже знал, что ты это скажешь?