"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 889

— Я и не собирался.

Глаза он так и не открыл.

Грым усмехнулся одним уголком рта.

— Значит, живой.

— Пока, — сказал Кор-Дум. — И таким останется. Лекс, пол.

Лекс взял прут.

Он не стал тянуться к дару. После ворот голова всё ещё отзывалась тупой болью, а кровь из носа только недавно перестала идти. Здесь хватало обычного железа.

Первые два метра были настоящими, но на третьем прут провалился вниз почти по рукоять.

Лекс отступил.

Изображение пола оставалось безупречным. Голубоватые прожилки тянулись по плите, не отличаясь от настоящих.

— Яма, — сказал он. — От стены примерно два шага.

Кор-Дум поставил носилки.

— Обход?

Лекс проверил слева: под прутом был камень, ещё через шаг — снова камень, и у самой стены оставался проход шириной чуть больше метра.

— Здесь можно.

— Носилки боком, — сказал Кор-Дум. — Я впереди. Грым сзади. Айрин — у стены, держишь свет. Лекс, проверяешь перед моими ногами.

Они перестроились.

Теперь Лекс шёл первым, медленно простукивая пол. За ним Кор-Дум держал передний конец носилок. Грым шёл последним, почти боком. Айрин прижималась к стене и поднимала светильник так, чтобы край настоящего пола не терялся в тени.

Первые пять шагов прошли спокойно, но на шестом зал изменился: мосты впереди исчезли, а вместо них выросла сплошная чёрная стена. Грым резко остановился.

— Лекс.

— Не смотри вперёд. Смотри на стену рядом.

— Я и смотрю. Она только что была там.

— Там ничего не было.

— Очень утешает.

Кор-Дум не обернулся.

— Ноги переставляй.

Грым сделал шаг.

Плита под ним качнулась.

Не исчезла — именно качнулась, просела на один край. Молодой дворф выругался и рванулся к стене. Задний край носилок ушёл вниз. Зураб скатился набок; Айрин ударилась плечом о камень, пытаясь удержать плащ.

— Стой!

Айрин рванулась к Грыму, но достала только до края его ремня.

Пальцы сорвались.

Грым уже падал коленом к краю ямы. Под сапогом осыпалась мелкая крошка.

И тогда Зураб открыл глаза.

Правая рука метнулась вниз, пальцы вцепились Грыму в пояс сзади.

— Не… дёргайся, — выдохнул кузнец.

Он лежал на перекошенных носилках, сам сползая к краю, но руку не разжал.

Грым замер.

Кор-Дум опустился на одно колено и всем весом прижал передний край носилок к полу.

— Айрин!

Она поставила светильник у стены, схватила Грыма за наплечный ремень и потянула к себе. Лекс прижал передний край носилок рядом с Кор-Думом, не давая им съехать.

Грым упёрся ладонью в целую плиту, подтянулся к стене и снова ухватился за задний конец носилок.

Он поднял задний край.

Только после этого пальцы Зураба разжались.

— Ты чего… — Грым сел прямо на пол. — Ты чего полез?

Зураб моргнул.

— Шумел.

— Я…

— Потом, — оборвал Кор-Дум. — Айрин, проверь его.

Зураб снова закрыл глаза.

Айрин приподняла повязку на его руке. Пульс удалось нащупать не сразу.

— Хуже.

Тёмное пятно на ноге стало выше.

Лекс поднял прут.

Грым всё ещё сидел.

— Грым. Вставай, — негромко напомнил Кор-Дум.

Молодой дворф посмотрел на Зураба, потом на отца.

— Встал.

На этот раз он не спорил.

Остаток зала прошли почти молча.

Изображения продолжали меняться: стены становились прозрачными, потолок будто уходил вверх, один раз прямо под ногами открылось звёздное небо. Никто больше не смотрел дальше двух шагов. Прут, край стены, сапоги Кор-Дума, светильник Айрин — этого было достаточно.

Когда за спиной остался последний ложный пролёт, Грым первым поставил носилки на пол.

— Всё.

Лекс проверил ещё раз: прут ударил в настоящий камень.

— Всё.

Грым сел рядом с Зурабом и некоторое время ничего не говорил.

Потом тихо произнёс:

— Спасибо.

Ответа не было.

* * *

За круглым залом голубая линия на стене погасла.

Они остановились у развилки: левый коридор уходил вниз, правый был перекрыт наполовину опустившейся створкой, а прямо впереди виднелась тёмная дверь без ручки. Шахтный светильник заметно потускнел, и Грым покрутил заслонку.

— Не в ней дело. Камень садится.

— Сколько? — спросила Айрин.

— Не знаю. Может, час. Может, десять минут.

— Хорошо придумали, — сказал Лекс.

— Кто?

— Не знаю. Просто хочется кого-нибудь обвинить.

Из-за правой створки донёсся короткий металлический скрежет. Кор-Дум поднял топор, Грым тоже потянулся к молоту, а звук повторился уже ближе; затем под створкой показался тонкий металлический манипулятор. Грым моргнул — манипулятор исчез, но через секунду из щели выбрался дроид.

Он был размером с небольшой дорожный сундук: плоский корпус на четырёх коротких колёсных опорах, два складных манипулятора по бокам, над передней панелью — пара тусклых жёлтых линз. Левая опора шла криво, и корпус на каждом обороте колеса едва заметно заваливался набок.

Дроид проехал несколько шагов, остановился, и его жёлтые линзы вспыхнули ярче.

— Биологические объекты.

Грым медленно опустил молот.

— Оно говорит.

— Слышу, — ответил Кор-Дум.

— Идентификация… частичная.

Дроид повернул линзы к Зурабу.

Дроид повернул линзы к Зурабу и замер; из корпуса донёсся короткий высокий сигнал.

— Критическое состояние.

Лекс шагнул вперёд.

— Медицинский отсек. Где?

Дроид повернулся к нему.

— Повторите.

— Где лечат? Раненого. Яд.

Он показал на Зураба.

Жёлтые линзы мигнули два раза.

— Медицинский сектор. Доступ… ограничен.

— Где?

Дроид развернулся и ткнулся корпусом в наполовину опущенную створку.

— Маршрут два.

— Там пролезть можно? — спросил Грым.

Дроид тронулся к щели. Колесо снова закусило, и корпус ударился боком о створку.

Грым присел.

— Стой.

— Необходимо…

— Стой, кому говорю.

Дроид замер.

Грым провёл пальцами вдоль кожуха повреждённой опоры.

— Тут пластину внутрь загнуло. Колесо цепляет.

— Сервис… недоступен.

— Вижу.

— Вмешательство… не рекомендовано.

— А вот сейчас обидно было.

Грым вынул из-за пояса тонкий плоский ключ, оставшийся из мастерской, и осторожно отогнул край пластины. Дроид дёрнул опорой.

— Не крутись.

— Диагностика.

— Потом диагностируешь.

Кор-Дум коротко проверил взглядом, понял ли Грым приказ.

— Быстро.

— Уже.

Грым ещё раз поддел металл. Пластина щёлкнула и отошла от колеса.

— Пробуй.

Дроид тронулся и проехал ещё несколько шагов; корпус всё ещё слегка заваливался влево, зато колесо больше не закусывало, а жёлтые линзы повернулись к Грыму.

— Функциональность увеличена… на восемь процентов.

Грым поднялся.

— Ходит. Хватит.

Лекс кивнул в сторону створки.

— Медицинский сектор.

Дроид повернулся к нему.

— Следуйте.

Он подкатил к створке и протиснулся под ней.

Грым придержал створку и спросил:

— А носилки?

Кор-Дум уже осматривал край створки.

— Поднимем.

Между створкой и полом оставалось чуть больше половины человеческого роста. Справа в стене находилась узкая сервисная ниша; дроид сунул туда манипулятор, что-то щёлкнуло, и створка дрогнула, поднялась примерно на ладонь, после чего остановилась.

— Аварийный привод… исчерпан.

— Этого хватит, — сказал Кор-Дум.

Лекс и Айрин по одному протиснулись под створкой. Затем Кор-Дум и Грым почти уложили носилки на пол и протолкнули передний край; Лекс с Айрин приняли его с другой стороны. Зураб застонал, но не очнулся. Следом перебрался Грым, последним — Кор-Дум, а дроид уже ждал дальше.

— Обозначение сервисной единицы…

Динамик захрипел, и остаток фразы утонул в помехах.

Кор-Дум махнул рукой.

— Неважно. Веди.

Дроид развернулся.

— Маршрут продолжается.

* * *

Служебный дроид вёл их не в город, а глубже внутрь скалы.