"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 860

Кор-Дум дослушал, затем развернул копию поручения перед управляющим.

— Здесь ваша подпись. Здесь знак надсмотрщика. Ни одного дня у кристаллов. Прочтите ему ещё раз.

— Нужно выяснить, что случилось с пультом, — сказал эльф. — Он не имел права…

— Выясним. Сперва — кто поставил его к отдаче.

Управляющий посмотрел на Хрыча.

— Я велел за подводкой смотреть, — повторил тот. — Он и смотрел. Кристалл рядом, рукой держался, пока…

— Восемь дней? — Кор-Дум говорил негромко. — А семь вечеров подряд я получал ваши записи: работает по поручению, лекарь не требуется. Где его рисунки?

Лекс осторожно протянул оставшиеся листы. Дворф взял их и разложил на крышке ящика.

— Это не все, — сказал Лекс. — Два у него.

Хрыч пошарил за отворотом куртки. Бумаги оказались там, смятые, заляпанные жиром. Он положил их рядом и поспешил прижать ладонью, чтобы не унесло ветром.

Кор-Дум отвёл его руку.

На первом листе был водовод. На втором — изношенный палец и перекошенный рычаг. Лекс указал на рисунок, чувствуя, как снова дрожит кисть.

— Это в третий день. Мы просили железный. Зураб сказал, этот не выдержит. Сегодня сломался совсем.

Дворф наклонился к листу, потом повернулся к полю.

— Покажи.

Зураб остался на месте, глядя на Хрыча. Кор-Дум проследил за его взглядом.

— Со мной пойдёшь.

Они вернулись нескоро. Лекс успел выпить воды и съесть несколько ложек каши, принесённой по распоряжению лекаря. От еды мутило, но после долгой паузы он смог проглотить ещё немного.

Кор-Дум положил на ящик обломок металлического пальца. За ним шли управляющий и Хрыч.

— Проушину тоже разбило, — сказал дворф. — Подпоркой это не вылечить. Почему мастер не получил вызов?

— Вода ведь шла, — ответил надсмотрщик.

Кор-Дум посмотрел на него. Хрыч опустил глаза к обломку.

— Разбор подводки оформите отдельно, — сказал дворф управляющему. — И травмы моего работника. Счёт лекаря получите вместе с остальным.

— О цене ремонта ещё поговорим.

— Поговорим. Но эти листы останутся у меня. И копию записи о пульте дайте до отъезда.

Управляющий хотел что-то добавить, однако взглянул на подпись под поручением и убрал его в свою папку. Хрыча он отправил в контору. Надсмотрщик прошёл мимо Лекса, ни разу не повернув головы.

Кор-Дум снова присел рядом.

— Древний затвор открывался при тебе?

— Да.

— Ты что-нибудь сдвигал руками?

Лекс посмотрел на свои пальцы. Светлую черту вспоминать не хотелось: вместе с ней возвращалось ощущение, будто из груди выдёргивают воздух.

— За скобу тянул. Не подалась. Потом стекло засветилось, и… всё. Я больше не помню.

Зураб стоял в двух шагах и ничего не сказал.

— Сам пульт сейчас мёртвый, — произнёс Кор-Дум. — Затвор держится на упоре. Ходить возле него без ограждения я им запретил. Пусть сперва разбираются, что там осталось целым.

— Вода ведь идёт?

— Идёт.

Лекс закрыл глаза. Дворф подождал немного, затем продолжил:

— В записи будет, что был короткий запуск. Врать про это нельзя: весь участок видел. А чего не помнишь, того не придумывай. В том числе для магистра.

От последнего слова Лекс открыл глаза снова.

— Когда к нему?

— Срок ещё есть. Сначала домой довезу, дам отлежаться. Потом на осмотр. Сам с тобой пойду.

В стороне грохнули доски: рабочие выгружали привезённый заказ. Кор-Дум обернулся, убедился, что повозка освобождается, и потянул попону повыше под плечо Лекса.

— Я думал, бумаги хватит, — сказал он. — При мне ведь оба согласились.

Лекс смотрел на него и молчал. Печать была настоящей, подписи — тоже. В первый день он так уверенно показывал браслет охраннику, будто тот мог открыть калитку.

— Не хватило, — произнёс дворф. — Больше здесь не оставлю.

Лекс поймал его за рукав, когда тот начал подниматься.

— Зураба можно с нами?

Кузнец вскинул голову.

— Лекс…

— Подожди.

Лекс не посмотрел на него. Сейчас нужно было договорить, пока Кор-Дум не ушёл к повозке.

— Он мне помогал. В первый день я бы свалился, если бы не он. Сегодня тоже вытащил. И про палец — он говорил, что мягкий. Я такого металла не знаю.

— Вижу, что в железе понимает, — отозвался дворф.

— Он кузнец. У него своя кузница была. Вы возьмите его… хоть посмотрите, как работает.

Голос к концу фразы совсем сел. Лекс разжал пальцы на рукаве, испугавшись, что держит слишком крепко.

Кор-Дум повернулся к Зурабу.

— Что ковал?

— Скобы, подковы, оси к телегам. Замки делал. Большие механизмы не собирал.

— Проушину такую исправишь?

— Надо снять и промерить. Если только край разбило, можно втулку посадить. Если трещина дальше пошла — новую делать.

Дворф кивнул на его руки.

— Молот удержишь?

Зураб посмотрел на ладони. Несколько раз медленно согнул пальцы.

— Сейчас долго не смогу.

Кор-Дум помолчал.

— Сейчас и не прошу.

Он поднялся и пошёл к конторе. Зураб проводил его взглядом, затем сел на край досок возле Лекса.

— Ты бы хоть предупредил, — сказал он тихо.

— О чём?

— Что просить будешь.

Лекс хотел ответить, что сам не знал, получится ли, но Зураб уже отвернулся. Он сидел, зажав руки между коленями, и смотрел на дверь конторы.

Управляющий сначала отказал. Лекс слышал его через открытое окно: Зураб числится за полевым управлением, мастер берёт его с действующего участка, за это придётся платить. Кор-Дум ответил, что платить будет из суммы, которую управление должно ему за прежний заказ.

Дальше голоса стали тише. Разобрать удалось только несколько слов о цене и подписи. Зураб всё это время сидел неподвижно; один раз он потянулся к рубахе, под которой была спрятана куколка Любавы, и сразу опустил руку.

Когда дверь открылась, оба подняли головы.

Кор-Дум вышел с листом, на котором ещё блестел свежий оттиск.

— Пойдёшь со мной, — сказал он Зурабу. — Документы на двоих оформляют. Цепь сейчас снимут.

Кузнец посмотрел на него, затем вниз, на свои щиколотки. Он не встал даже тогда, когда подошёл охранник с ключами; только выставил ногу из-под края досок.

Лекс следил за замком. На этот раз обруч разошёлся быстро, а Зураб всё равно ещё несколько мгновений придерживал цепь, прежде чем позволить охраннику её забрать. Лекс не торопил его: он и сам всё ещё ждал, что охранник снова возьмётся за замок.

Кор-Дум вернул Лексу рисунки, завернув их в прежний лоскут. Зураб поставил рядом флягу и помог затянуть узел.

Перед отъездом Лекс попросил позвать Корнея, Марфу и Гриньку. Сам идти к баракам он не смог: стоило подняться, как пришлось снова сесть. Кор-Дум послал за ними охранника и велел освободить место между пустыми ящиками, куда уже положили попону.

Марфа увидела кровь на футболке и остановилась.

— Что случилось?

— Плохо стало, — сказал Лекс. — У воды. Лекарь смотрел.

Она подошла ближе, коснулась тыльной стороной пальцев его лба. Корней стоял рядом и разглядывал Зураба, у которого больше не было цепи на ногах.

— Вас обоих?

Лекс кивнул.

— Хорошо, — сказал старик. Потом повторил тише: — Хорошо.

Гринька полез было помогать ему подняться, но Зураб уже подхватил Лекса слева. Мальчишка придержал свёрток с рисунками, пока их усаживали в повозку.

— Это тебе куда?

— Сюда положи. Спасибо.

Гринька протянул бумаги и задержал ладонь на борту. Лекс накрыл её своей.

— Я буду узнавать про вас, — сказал он. — У хозяина спрошу, как передать что-нибудь сюда. Так, чтобы дошло.

Мальчишка кивнул, не поднимая глаз.

— Айрин спасибо скажи, — попросила Марфа. — За хлеб.

— Скажу.

Корней поправил попону у Лекса за спиной. Под синей меткой на его шее темнела натёртая полоса. Лекс смотрел на неё, пока старик не отступил от повозки.

Кор-Дум взял поводья. На внешних воротах охранник сверил два имени в бумаге, посмотрел на браслет Лекса и на метку Зураба. Кузнец сидел рядом, уже в своей рубахе; у её края не хватало полосы ткани.