"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1099

— Сотрясение, — определила Влада.

— Наблюдать. Не давать спать первые часы без проверки сознания.

— Я не хочу спать, — возмутился Прохор.

— Хорошо. Будешь отвечать, как тебя зовут.

— Прохор.

— Молодец. Через четверть часа спрошу снова.

Снаружи гремела битва. Айрин не знала, кто выигрывает. В лазарете это всегда было вторичным. Сюда приходили только те места боя, где победа уже не имела значения: разорванная кожа, сломанная кость, чужая кровь на руках. Она увидела на столе шесть использованных перевязочных пакетов и машинально пересчитала оставшиеся. Восемнадцать. В соседнем ящике — ещё тридцать простых рулонов ткани. Слишком мало, если поток станет вдвое больше.

— Агафья, начинаем кипятить всё, что можно использовать повторно. Сейчас, не когда закончится чистое.

Старуха кивнула.

— Уже вода стоит.

Айрин посмотрела на неё.

— Ты знала?

— Я старше тебя. Иногда это полезно.

На секунду Айрин улыбнулась. Потом принесли следующего.

* * *

К полночному часу Вэл’Шан перестал пытаться сохранить исходный план. Плана больше не существовало. Существовали участки. Западнее первого обвала Драконов удерживал дорогу и пытался вывести тех, кто ещё сохранял строй. На центральном кармане Илльдар держал магов малыми группами и постепенно отступал. Восточнее второго обвала часть армии уже разворачивалась назад, выполняя приказ, отданный до того, как связь окончательно распалась. Обоз оказался разрезан надвое; носильщики уходили к западному склону, гоблины резали упряжь, а охрана больше не понимала, должна ли держать людей или спасать телеги. Валтара Вэл’Шан не видел. Крейна тоже. Это не означало, что они погибли. Только то, что союзная армия окончательно перестала быть единым организмом.

Илльдар появился из тумана в сопровождении четырёх магов.

— Южная группа потеряна, — сказал он. — Не знаю, убиты или отрезаны. Западный выход пока открыт для людей, но снизу давят щитовики.

— Драконов?

— Жив. Требует общий отход на запад.

— Правильно.

Илльдар удивился.

— Мы отступаем?

— Мы сохраняем то, что можно сохранить.

Седой маг провёл рукой по лицу. На пальцах осталась кровь.

— Я могу попробовать купол на западном проходе. Две группы вне подавления, если свести их вместе…

— Нет.

— Магистр, иначе стрелки снимут людей при отходе.

— Сведёшь магов — «Кроха» ударит по ним. Делай три малых щита, перекрывающихся на несколько шагов. Двигать по очереди.

Илльдар несколько секунд молчал.

— Это медленно.

— Зато не все умрут одной группой.

— Принято.

Он уже уходил, когда Вэл’Шан сказал:

— Илльдар.

Маг обернулся.

— Если щит поведёт — бросай.

— Ты уже говорил.

— Тогда запомни.

Илльдар коротко кивнул. Это был последний раз, когда Вэл’Шан видел его живым. Через десять минут один из малых щитов действительно повело. Не из-за глушителя — из-за попадания тяжёлого болта в кристалл фокусировки. Поле накренилось, маги попытались удержать. Илльдар крикнул им разорвать контур и сам остался на месте на несколько секунд дольше, чтобы прикрыть отход двух раненых. Сверху пришёл снаряд второй «Крохи». Он не попал прямо в магов. Разорвался выше на скале. Осколки камня и металла прошли по позиции. Илльдар упал вместе с двумя гвардейцами. Когда его нашли позже, он был ещё жив. Лекарь пытался остановить кровь из живота, но сам Илльдар только попросил передать Вэл’Шану, что западный проход остаётся открыт ещё несколько минут.

До магистра сообщение дошло уже после его смерти. Вэл’Шан прочитал дощечку дважды. Положил в сумку. Не произнёс ни проклятия, ни красивой речи.

— Отход, — сказал он. — Всем, кто ещё слышит.

* * *

Драконов отходил не туда, откуда пришёл. Восточный путь оказался отрезан, а попытка тащить через обвал сотни людей сделала бы их мишенью. Поэтому он бился на запад — туда, где Зураб держал сужение и где за ним начиналась тропа к открытой долине. После второго столкновения с щитовиками Драконов понял, что силой проход не возьмёт быстро. После третьего — что времени тоже нет. Он собрал остатки своего прайда, два десятка копейщиков Валтара, которые ещё слушали команды, и одного шамана.

— Больше крови не брать, — приказал шаману.

Тот оскалился.

— Без неё не пробьём.

— Ещё раз усилишь сердце — умрёшь прежде, чем добежишь до щитов.

— Тогда что?

Драконов указал на левую стену. Там была узкая полка, которую люди считали непроходимой для большой группы. Для большой — да. Для трёх десятков — нет.

— По одному. Я держу низ. Раххар ведёт верхом.

— Это бегство.

— Это приказ.

Шаман отвернулся. Драконов остался внизу с половиной людей и снова пошёл на щиты. На этот раз не для прорыва. Чтобы Зураб смотрел на него. Человеческая линия встретила атаку. Глушитель уже остыл и снова работал короткими включениями. Магия крови вспыхивала, гасла, снова вспыхивала за границей зоны. Люди устали. Дракониды тоже. Зураб заметил боковой манёвр слишком поздно.

— Верхняя полка!

Но там уже двигались тени. Шило со своего кармана развернул группу арбалетчиков и дал два залпа. Несколько драконидов упали, остальные прижались к скале.

— Не гонитесь! — крикнул Клык сверху. — Уходят — пусть!

Именно этого Драконов и добивался. Он дал сигнал низовой группе и сам отступил последним, прикрывая людей щитом. Зураб мог приказать преследовать. Не приказал. За их спинами оставалось поле боя, медицинские пункты, пленные, тысячи раненых и ещё не обезвреженный голем. Цена погони была выше результата. Драконов исчез на верхней тропе вместе с уцелевшими. Зураб опустил топор.

— Пусть идёт.

Молодой боец рядом посмотрел удивлённо.

— Мы могли…

— Могли потерять ещё двадцать человек за его спину. Мне она столько не стоит.

Он повернулся к строю.

— Раненых назад! Щиты не разбирать! Бой ещё не закончился!

* * *

Радим не получил приказа атаковать. Его сотня стояла на левом верхнем ярусе отдельно от основной линии Зураба именно потому, что договорённость была простой: ингрийцы признают общий план боя, но внутри своего участка решения принимает Радим. Лекс согласился на это ещё до выхода из крепости. Не из слабости — из понимания, что заставлять людей доверять быстрее, чем они готовы, хуже, чем честно ограничить границы подчинения. Когда обвал разрезал колонну, Радим увидел то, чего не видел снизу Зураб: около двух сотен наёмников Крейна пытались подняться по боковой осыпи и выйти прямо к дороге, по которой носили раненых в медицинский грот. Связной от Клыка ещё не добрался. Ждать было нельзя.

— Три десятка со мной, — сказал Радим. — Остальные держат метку. Без крика «за Ингрию» — они и так знают, кто мы.

Один молодой боец удивлённо посмотрел на него.

— А Лекс?

— Лекс сейчас держит свой участок. Мы — свой.

Они ушли не вниз, а поперёк склона, короткими перебежками между валунами. Радим не строил людей в красивую линию. Первые десять заняли камни над тропой, следующие десять обошли ниже, последняя группа осталась у пути к лазарету как заслон. Наёмники Крейна появились через несколько минут. Люди, не эльфы, в разном доспехе, усталые и злые. Их командир сразу понял, что впереди не пустая тропа.

— Мы не к вам! — крикнул он. — Дайте пройти!

Радим посмотрел, куда ведёт дорога за его спиной.

— Там раненые.

— Мы отходим!

— Отходите обратно.

— Там обвал и эльфы!

— Тогда кладите оружие.

Наёмник выругался.

Первый болт прилетел снизу.

Радим даже не увидел стрелка. Человек слева от него резко откинул голову; болт вошёл чуть выше края щита. Он сделал ещё полшага назад, ударился спиной о камень и сполз вдоль него.

— Не ломать строй!

Это прозвучало жестоко. И поэтому спасло остальных.

Двое молодых дёрнулись к упавшему, но остались за камнями.

Второй залп ударил почти сразу. Болт врезался в щит Радима, другой отскочил от скалы, третий прошёл между двумя людьми и распорол плечо бойцу заднего ряда.