Жажда бессмертия. Том 13 (СИ), стр. 38

Вспышка! Рывок в сторону. По грани пространства. Как по снежной горке. Только четырехмерной. Или мне показалось? Я видел или лишь визуализировал четвертое измерение? Но и этот мыслительный поток, вдруг ставший философом, как и десяток других, вынуждены отреагировать, спасая себя от молниеносного удара копьем.

Лезвие пронзило покров. Пронзило волю. Оказалось уже внутри пластин защиты, прорезав сплавленный в единую композитную систему металл шестого этапа, чьей пайкой занимались смертники-владыки, иссушая себя кристаллом парагона. И… С оглушительным треском слои бессмертного шелка, седьмого этапа, разошлись, рвясь с усилием, что смогло бы удержать Эверест на одной лишь нити. Я успеваю ощутить, как сталь копья, творения бездны, вспыхнувшее огненной кромкой самоуничтожения, да напитанное океаном воли, касается тела. Как воля, что я влил в собственное тело, встречается с ней. Краткий миг противостояния. Где бой уже выходит за рамки физики и привычной реальности. И меня отбрасывает, оставляя лишь небольшую рану. Прекрасно!

Удар духом! — Настала моя очередь бить! На техники нет времени. Как и нет его на артефакты, бомбы и прочие абсолютно бесполезные вещи. Здесь и сейчас есть только воля и дух. Все остальное уже лишь игрушки. Я копирую удары Елены. Пускай ее плети и куда искуснее. Следующий этап удара духом. Но многомерная мандала схлопывается там, где кровавая сука была мгновением назад. Заставляет ее бежать. Так же тратить волю на побег.

Мандала. Мандала. Мандала. Это уже не техники. Не что-то, что должно лететь и двигаться. Это вспышки самой реальности, где воля, точечно прокалывает реал, уходя в бездну, которая радостно жрет и ее. За краткие доли секунды меня посещает озарение, как оно и бывает во время напряженное боя, заставляя даже ощутить благодарность Елене. Без этого ощущения близкой смерти я бы не смог этого осознать.

Пространство вокруг, во всех его измерениях, начинает ощущаться лишь тонкой вибрацией. Фоновой мелодией. А моя сила, дух и воля, становятся лишь распространением волн вероятностей. До этого момента я не мог насытить волей километры вокруг. Не мог. Просто потому, что воли было мало, и она тратилась мгновенно. Сейчас же, ощущая бытие как набор вибраций, я просто воплощал, соединял вибрации в нужной точке. Словно небольшая рябь, почти не тратящая энергию, вдруг синергировала, порождая цунами и взрыв в одной конкретной точке, куда и направлялась воля, создавая сингулярность черной дыры! Вспышка. Вспышка! Вспышка! И Елена, ее аура, бешено заметалась, совершая рывок за рывком, убегая и не имея возможности контратаковать. Удар! Очарованный, я поплатился за это. Получил ментальный удар. Черноту в сознании. Чужой смех, заразивший мысли через удар волей. И попытку отрубить мне голову со спины. Но теперь бессмертный шелк выдержал.

Вспышка! И звук отбрасывает Элис, напавшую со спины. Однако она сделала свое дело. Закончила мою серию ударов, позволив Елене перегруппироваться. И снова пауза. Поле боя замирает. Как и замирает внизу Карасса, понимая, что она здесь лишь мышка, которую еще не раздавили ударом ботинка, потому что есть цель куда как интереснее и опаснее.

С трудом выдираю себя из очарованности. С трудом, но заставляю сделать шаг назад, чтобы не стать сейчас проводником. Тяжело. Очень. Понимание звука, понимание всех тайн мироздания через вибрации, заманивает словно сладостный омут, обещая победу и все блага мира. Но я не готов!

— Как насчет договориться? — Неожиданно льется подростковый голос. Преисполненный безумия стихии, как и должно быть у проводника.

— Ты же тем самым лишь признаешься в своей слабости. А со слабыми не договариваются. — Отвечаю я, понимая, что пространство грохочет не менее, а то и более безумно. Мой пик познавшего, сразу в звуке и хаосе, в чем-то даже сильнее, чем проводник концепта развития. Не в грубой мощи. В чем-то другом.

— Это очевидно. Но меня не особо устраивает свое положение. Положение клона, что затем должен слиться с оригиналом. — И снова духовное послание несет в себе куда как больше, чем слова. Гамму ощущений. Неудовлетворенность. Намек на то, что мы вдвоем сможем свергнуть «старую» Елену. Что там и как, я не знаю. Перспектива заманчивая. Но и опасная. А главное… Для меня сейчас бесполезная. Станет ли воплощением одна Елена или другая. Или стану я. Это неважно. Так что…

— И что ты предлагаешь? — Вопрос. Пока мы оба раскручиваем ауры. Пока вокруг нас обоих нарастают новые слои покрова из энергии бездны. Елена тоже двуединая. Хотя я и, хоть убей, не понимаю, как она смогла возвыситься до повелителя. Когда Елена узнала обо мне, о даре бездны? Когда смогла заполучить свой осколок кузнеца? Не раньше атаки трех кланов на Землю. Лишь недавно. Значит, это тоже давнишний клон. Значит, она возвышалась давно. И лишь затем была удостоена и осколка парагона и осколка бездны.

Это видно. Она повелитель. Но слабый. Далеко не три тысячи звезд. Намного меньше. Фундамент даже в чем-то гнилой. Потом залатанный прорвой воли и глубиной силы осколка парагона. А вот дар бездны она применяет недавно. Багровых потоков мало. Они слабы и аккуратны. Тело к ним еще не привыкло. Она тратит волю, чтобы просто контролировать эту силу. Понятно.

— Я… — Но я не слушаю Елену. Вместо этого вливаю волю в новое для себя действо. Попытку тайного разговора, что не подслушает другой осколок.

— Элис… Если ты мне поможешь, то уйдешь живой. Я не хочу убивать тебя. — Отправил я послание, вложив туда… Не извинения, нет. Повелители не извиняются. Но вложив понимание своего пути, для которого тот бой с Бималом был отклонением и ошибкой. Я действительно не хотел убивать ее даже ради осколка парагона. Даже после того, как мы стали врагами.

— Хорошо. — Безумный ответ. Дающий прочувствовать, как концепты меняются со временем. Вот так просто? Разум просчитывает все варианты. Это может быть ловушка. Но вот же неприятная истина бытия повелителем. Ты можешь вляпаться в ловушку, даже прекрасно понимая все аспекты этой ловушки до мельчайших деталей. Таков удел нашего сознания.

Оцениваю остатки воли. Мало. Исполинский резерв, что казался бесконечным, истрачен. То, что могло помочь в возвышении и сдвинуть горы, испарилось просто для того, чтобы ударить с десяток раз и несколько раз изменить положение своего тела. Воистину глупая война. Но и Елена должна была истратить не меньше, а то и больше. Но пора прекращать слушать. Она проводник. Она восстанавливается куда быстрее меня!

— Сейчас! — Все же отсылаю команду Элис. И вливаю остатки воли в финальный удар. Один единственный!

Вспышка! - Мир мигает, перенося меня вплотную к Елене. Четыре копья в восьми руках совершают удар. Колодец воли пустеет в ноль и черпает воду из-за грани, выскребая влагу из песка собственной души. Острия с треском ломают покров. Проламываются сквозь плотные слои ауры проводника. Утопают в доспехе. Только для того, чтобы сзади на меня обрушился удар мечом от Элис. Ловушка. Бессмертный шелк скрипит, но выдерживает. Однако ее атака тоньше. Она просачивается сквозь. Затапливает тело огнем чужой воли.

Вспышка! И я обновляюсь. Последний, приберегаемый для этого случая осколок парагона, что раньше пил души пленных, становится частью меня. Позволяя ударить еще раз. Назад. Себе за спину. Звук превращается в прокол пространства, бьющий прямо в Элис.

Небесный шаг! — Я отступаю. Пропускаю мимо удар Елены. И… Наблюдаю, как ее вспышка духа поглощает Элис. Ошибка. Ошибка в моделировании. Я думал, что, в случае если Элис осталась верна Елене, та ее не станет убивать. Однако клон императрицы решила, что только так она сможет победить меня. Мгновение. Она уже тоже поглощает новый осколок парагона. Но… Я понимаю, что именно это и есть мой последний шанс. Ударить сейчас или начнется новая битва на истощение. В ней я тоже, скорее всего, выиграю, но вымотаюсь до полусмерти, ибо и Елене нечего терять. Прорвать блокировку? На мгновение я оцениваю, смогу ли с новым контролем воли прорвать «Тень», чьи генераторы спрятаны где-то в этом мире. Но отбрасываю такую возможность. Тогда умрет Карасса. Да и тратить ресурсы седьмого этапа я не намерен.