Некромант: испытание блондинкой (СИ), стр. 14

— Знала бы ты, Амелия, как тяжело мне дается это решение, но… не сейчас, еще рано, — прошептал он, выпрямляясь.

Естественно, я обиделась. Я тут ему делаю предложение века, а он… И, поджав недовольно губы, я почувствовала, как темная магия, совсем крохи, вновь стремятся по венам к сердцу. И когда он открыл рот, чтобы успокоить меня, то получил неконтролируемый выброс древней магии. Эх, промазала, хотела прямо в солнечное сплетение, чтобы побольнее было, а получилось в район ключицы. Мы замерли, глядя друг на друга, а из места попадания магии стали появляться черные эманации того самого проклятья, о котором Эль не хотел говорить. Мы оба наблюдали за щупальцами смертельного заклинания, но в какой-то миг все исчезло, растворилось в пространстве. Эх, мало магии вложила в бросок.

Эль молчал, а я, так и не дождавшись ни объяснения, ни просьбы, ни извинений, со слезами на глазах скрылась в ванной комнате, заперлась и никогда не собиралась покидать это место.

Но никогда не говорите никогда. Особенно в момент, когда Королевская Ищейка выносит дверь спустя минут пять и именем закона арестовывает меня. А я, зареванная, злая и замотанная в полотенце. Увидев, что Эммануэля поблизости нет, шмыгнула носом и, заявив, что Рональд является предводителем дураков, потопала в комнату переодеваться.

При постороннем, скалящем зубы дураке, переодеваться было некомфортно. Что ж, не выходит сам, поможем вывести. Только выводить будем из строя ему зрение, чтобы не повадно было свою должность не по назначению использовать. Стоя к нему спиной, быстро активировала амулеты защиты, иллюзии и призыва грызунов (да, чем богаты, тому и рады), а сама бросила через плечо заклинание «слепая завеса». Пока он тратил драгоценные секунды на нейтрализацию амулетов и заклинания, я быстро переоделась в черное с ярко-розовыми вставками платье. Волосы присобрала заколкой с бантом такой же расцветки и повернулась к красному от злости Рональду, зная, что выгляжу эффектно.

— Ведите, — высокомерно глядя на него, произнесла я спокойным скучным голосом.

Это задело его еще больше:

— Я всегда получаю то, что хочу.

— Да ради тьмы, еще мне не угрожали капризные маменькины сыночки…

И получила такую пощечину, что голова мотнулась, как кукольная, а сама я свалилась ему под ноги. Придурок. Дальше мы всю дорогу молчали, недовольные друг другом.

Пока мы шли, я размышляла над своим положением: да, в теории, у меня была возможность, и повод, чтобы убить старосту второго курса прикладной некромантии Гром. Но как мне доказать свою невиновность? Только найти виновного.

Глава 26

В зале заседаний было полно народу. Кого-то я никогда не видела, с кем-то была знакома. Все эти люди очень долго обсуждали идею залезть в мою голову, чтобы убедиться, что я не вру. Потом еще дольше обсуждали, кто это сделает. Громче всех кричал Рональд Дрог, лживая самолюбивая Королевская Ищейка.

— Только Эммануэль де Виннарэ сможет залезть в мою голову добровольно, — отстраненно заявила я, не обращая внимания на жаркое обсуждение моей персоны.

Но этот напыщенный индюк услышал.

— Это может сделать любой. Но я буду у тебя первым, — мерзко улыбаясь, самодовольно заявил Рональд Дрог.

— Рональд, ты же понимаешь, что она станет Дитем? — спросил один из заседавших.

— Я так хочу и этого достаточно.

— Но она предоставляет добровольный доступ, зачем измываться над ребенком? — уточнил кто-то еще.

— Вас это не касается. Право вынесения решения остается за мной.

— Не совсем так…

Это произнес бархатны голос, от которого я вышла из прострации и подняла взгляд. Лан Милар. Он вышел из портала и коротко кивнул мне. Или показалось. Не важно.

Следующие десять минут заседающие спорили на повышенных тонах. Наконец, недовольный Рональд сел на свое место во главе стола и, развалившись, осмотрел присутствующих ненавидящим взглядом. А ко мне подошел Королевский Дознаватель.

— Деточка, Эммануэль вызвал меня, рискуя своим положением в обществе.

— Так это он?

— Да, этим он практически спас тебя. И твой возраст, конечно, сыграл нам на руку. Исполнись тебе восемнадцать, пришлось бы попотеть, выискивая лазейки в законе. Я уверен в тебе, но надо доказать это остальным. Ты предоставишь доступ де Виннарэ?

— Да, — прошептала я.

Он кивнул и отошел. Уверенный и непоколебимый. Он уверен во мне. Надо же, забрезжила надежда на благоприятный исход.

— Ты как? — спросил подошедший ректор, нервничая.

— Давай уже, начинай.

— Значит, борьба еще теплится в тебе. — он погладил мою многострадальную щеку, — Прости, что втянул тебя во все это.

— Пф, если бы я не хотела втянуться сама, ты бы ничего не смог сделать.

Эль улыбнулся.

— Если ты доверяешь мне, то пусть все идет своим чередом.

— Тьма с тобой, пусть идет. Справлюсь, я же блондинка.

В обществе принято считать блондинку глупой, что ж, поддержим эти домыслы. Эль хочет найти тех, кто виновен в убийствах девушек, а я побуду наживкой.

— Ты успел поймать того, кто покушался на меня?

— Ха! Если бы не твоя меткость метания тьмабола в зомби, то он бы ушел. Пока бы я вылез в окно, пока бы я слез по лестнице. А так раз — свалился сверху и придавил. Это Боллен.

— Рыжий Бол? Бол-балабол? Ерунда.

— Естественно. Сейчас быстренько тебя освободим и пойдем за крупной рыбкой.

— Ты так спокойно говоришь?

— Когда надо, я умею ставить настоящие пологи тишины. Так ты дашь мне доступ к воспоминаниям? Пора.

Я смогла лишь кивнуть: одна неверно напряженная мышца и я буду кабачком с именем. А хотелось бы остаться личностью.

* * *

Спустя несколько самых длинных часов в своей жизни, я уже шла обедать в столовую. В одном из коридоров меня поджидал Вин.

— Слышал, ты хотела стать кабачком?

— Я тоже рада вас видеть.

— Вас?

— Вин, — наконец, улыбнулась я, — что ты хочешь?

— Ну, раз ты спросила…

Он размашистым шагом подошел ко мне, поцеловал в макушку, понюхал за ушком. Я дернулась. Что это он, с ума сошел?

— Тшшш, не дергайся, заранее приношу свои извинения. — произнес он еле слышным шепотом прямо в ухо, а потом лизнул его.

Я снова дернулась, но Вин держал крепко. А я, кажется, забыла, что мое тело принадлежит мне. Вин проложил влажный след от уха до основания шеи, замер, прикусил кожу, поцеловал рану и выпрямился. Я во все глаза смотрела на него, пытаясь понять, что это сейчас было. Тело стало отпускать, как и способность мыслить.

— Вин, объяснись!

Тот невозмутимо приложил к укусу два пальца, немного подержал, пока пекло, и, довольный, отпустил.

— Амелия, меньше знаешь, крепче спишь. Ты когда идешь за территорию?

— Ты и это знаешь? — удивилась я, поглаживая абсолютно ровную кожу в месте укуса. — Никуда я не пойду, еще мне не хватало Инквизиции для полного счастья.

— Сходи, милая, и ничего не бойся.

— А что думает по этому поводу ректор?

— Он полностью со мной согласится, когда отойдет от магического отката. Понимаешь, все, что предполагалось на твою долю, он забрал себе. Теперь вот мается.

— Я навещу его, — мне стало жалко Эммануэля.

— Не стоит, милая, он никого не принимает. А у тебя завтра день Рождения?

— Что? — удивилась я. — Да, но как…

— У тебя есть тайный поклонник, который знает о тебе все.

— Ты?

— Не льсти себе, это Лан Милан.

— Ясненько, — протянула я, ошарашенная такой информацией.

А, может, Вин шутит? Шутит, конечно! Или нет? Но Вина уже и след простыл. Пообедав, сделала домашнее задание, вздремнула, забыла про ужин и как только стемнело, стала собираться. Пришлось одеваться в школьную форму, так как розовый цвет слишком бросается в глаза, а операция у меня тайная.

Дойдя до потайного лаза, описанного Болом, я пролезла в него и на той стороне встретила Мийя.

— Привет, — шепотом сказала я.