Малкольм Янг. Человек, подаривший миру AC/DC, стр. 29
Парни решили переименовать тур. Теперь он назывался «Гигантская заноза в заднице».
Возможно, накопившееся разочарование группы (в конце концов, они вернулись на родину, и посмотрите, чем все обернулось) вышло наружу, когда Бон разговаривал с Кристи Элиезер из RAM прямо перед шоу в Civic Theater в Ньюкасле, Новый Южный Уэльс. Он ополчился на их панк-«соперников». Как и у Малкольма, у Скотта не было времени на этих самозванцев; он рассказал, что первые несколько недель их лондонской вылазки проверял конкурентов — и то, что он увидел, не произвело на него впечатления. Умелые позеры. «Они выходят на сцену, матерятся, плюются и посылают всех на хуй, — смеялся он, — но Small Faces и Rolling Stones, по крайней мере, обладали музыкальным талантом… некоторые из этих идиотов даже гитару настроить не могут».
16 декабря группа добралась до Тамворта, музыкальной столицы кантри-музыки Австралии, лишь для того, чтобы узнать, что местные власти отменили их выступление, опасаясь увидеть голую задницу Ангуса. Съемочная группа A Current Affair 9-го канала следовала за группой по пятам, пока тур провоцировал скандалы, и ведущий шоу Майк Уиллеси прилетел на вертолете в Тамворт, надеясь что-то разнюхать. Но музыканты затаились в номере мотеля, не сделав никаких заявлений, и на следующий день отправились в Тувумбу в Квинсленде, чтобы отыграть в зале средней школы Харристауна. Через несколько недель, в январе 1977 года, отменили еще один концерт, на этот раз в викторианском городке Уоррнамбул, и Ангус слетел с катушек.
«Еще пара таких выходок, и мы свалим из Австралии», — заявил он в интервью. На следующий день местная газета вышла с заголовком: «РОК-ГРУППА УГРОЖАЕТ ПОКИНУТЬ СТРАНУ!»
В почтенной газете The Australian Women's Weekly одна из читательниц в письме в редакцию поделилась своим мнением относительно группы. «Мне жаль тех, кто считает звуки, издаваемые AC/DC, хорошей рок-музыкой. Они уронили планку… Тому, кто боготворит этих татуированных идиотов, не хватает серого вещества».
По возвращении в Сидней радиостанция 2SM, которая активно поддерживала группу, запретила все их песни. «Участники австралийской группы AC/DC должны решить, стриптизеры они или музыканты, — заявил генеральный менеджер радиостанции Гарвин Резерфорд. — Пока они этого не сделают, радиостанция не будет иметь с ними ничего общего».
В какой-то момент стало полегче, когда Тед Альберт вместе с Вандой и Янгом продолжали защищать группу, несмотря на растущие противоречия (что, надо сказать, обычно помогало продажам). Пока группа была в Сиднее, Альберт выплатил каждому участнику гонорар в 3957,29 долларов. «От имени всей компании, — говорилось во вложенной записке, — мы благодарим вас за ваши усилия за границей и желаем всего наилучшего в наступающем году».
Последний концерт тура состоялся в развлекательном центре Перта 15 февраля и дал Бону Скотту еще один шанс пообщаться с родителями, Чиком и Изой, с которыми он оставался очень близок.
Но все драмы, споры и запреты сильно сказались на группе. AC/DC уехали обратно в Великобританию и при жизни Скотта в Австралию с гастролями больше не возвращались.
13. «Мы хотели добиться необработанного звучания и убрать штампованные припевы»
В конце июля 1977 года состоялся мировой релиз нового альбома Let There Be Rock. Когда в разгар непростого тура AC/DC под началом Ванды и Янга приступили к работе над очередной пластинкой, Малкольм уже четко представлял, что им нужно. Он достаточно насмотрелся на длинные соло и рок-н-ролльные выкрутасы таких великих исполнителей, как Queen и Элис Купер, чтобы понять, что его группа должна придерживаться основ. Никакой херни. Никакой фальши. «Мы хотели добиться необработанного звучания, — сказал он, — и убрать штампованные припевы, как в “T.N.T.”».
Малкольм знал, что нужно делать. Не было необходимости менять направление, как это сделала группа его старшего брата Джорджа The Easybeats после «Friday On My Mind». (Из-за чего, собственно, они и сбились с курса.) Янг считал, что им следовало доработать уже существующий стиль. Как он однажды сказал в интервью журналу Q: «Лучше всего оставаться там, где ты находишься; все равно туда вернешься, так зачем вообще уходить?»
Джордж поинтересовался у братьев, какой они видят пластинку. «Было бы здорово написать много гитарных риффов, — сказал Ангус, — потому что этот тур нас знатно распалил».
Малкольм обратил на это внимание, еще когда рассказывал о создании первых альбомов, о том, как они отправлялись в студию сразу после концертов. «Джордж и Гарри приносили пару дюжин [пивных] банок и несколько бутылок Jack Daniels, мы устраивали вечеринку, уходили вразнос, и быстро рождались новые треки… все выходило как надо, так как царило ощущение расслабленности, словно мы всё еще на сцене. Студия была своего рода продолжением концерта».
В их арсенале было три новые песни, которые, по мнению Малкольма, должны были способствовать росту популярности альбома, первая — «Whole Lotta Rosie». «Мы знали, что это безоговорочный победитель, — рассказывал Янг годы спустя. — Во всяком случае, в этой композиции мы пытались уловить дух Литтла Ричарда, добиться качественного звучания забойного рока и посмотреть, что можно наложить поверх гитар. Это взято за основу, но мы искали нужную атмосферу, что-то захватывающее, именно такое мы и сами слушали. Легко сочинить, но при этом актуально, как вечная классика».
«Bad Boy Boogie» и «Let There Be Rock», по мнению Малкольма, тоже «отлично бы подошли для сцены». Он, конечно, оказался прав; в результате они стали основными концертными номерами AC/DC на несколько десятилетий вперед: согласно статистике сайта setlist.fm, с момента выхода и до 2003 года группа сыграла «Boogie» 767 раз, а «Let There Be Rock», входившая в их сет-лист вплоть до 2016 года, звучала со сцены 1534 раза.
Работа над «Let There Be Rock» вошла в историю группы. Записывая соло в этой библейской оде рок-н-ролльной жизни, Ангус заметил, что усилитель искрится и дымится. Он замешкался, опасаясь пожара в студии, но Джордж, отчаянно жестикулируя через стекло аппаратной, велел продолжать играть.
Ангус повиновался, а техника, едва продержавшись до конца записи, рассыпалась в «тлеющую лужу проводов и лампочек». К счастью, дубль вышел идеальным.
«Мы бы ни за что, — позже сказал Джордж журналу Rolling Stone, — не прервали великолепное исполнение по техническим причинам, например из-за взрыва усилителей».
Коллеги AC/DC по лейблу Alberts, группа The Angels, записывались в той же студии на пятом этаже, готовясь к «посменному использованию места» — когда одна группа заканчивала сессию, следующая уже настраивалась и готовилась, а это означало, что в Alberts работа кипела круглосуточно. Барабанщик Angels Грэм «Базз» Бидструп никогда не забудет свою первую встречу с AC/DC.
«Лифт ехал медленно, — рассказывал он, — и по мере того, как мы поднимались, глухой звук их игры становился все более различим, а потом двери наконец открылись и на нас обрушилась яростная мощь грохочущих барабанов, гитары и баса. Частенько можно было наблюдать, как Ангус перелезал через усилитель или крутился на полу во время записи очередного дубля». А так как двери лифта открывались прямо в студию, не увидеть сие действо было невозможно.
Let There Be Rock станет первым шагом в череде творческих удач Малкольма и группы, которая продолжится вплоть до безоговорочного хита 1980-х — альбома Back in Black. Ванда и Янг тоже были на пике формы благодаря большим успехам в хит-парадах Ted Mulry Gang (с «Jump in My Car» и потрясающей переделкой старой джазовой песни «The Darktown Strutters Ball»), Джона Пола Янга (с «Yesterday's Hero» и «I Hate the Music») и Стиви Райта. Это была самая крутая продюсерская группа Австралии, руководившая «кузницей хитов»: студией Alberts.
Аналогично тому, как Dirty Deeds вскружили голову американскому подростку Экслу Роузу, Let There Be Rock заразили роком еще как минимум двух парней. Уроженец Дании Ларс Ульрих услышал песню «Overdose» и пришел в восторг. «Когда две гитары соединяются друг с другом, это самое тяжелое звучание на свете», — сказал барабанщик Ульрих, впоследствии сформировавший вместе с Джеймсом Хэтфилдом группу Metallica.