Нерассказанные Истории. Ярость Когтя, стр. 28

— Соврёшь, как миленькая! — буркнула она. — Потому что иначе этих котят не спасти!

Белка возбуждённо забегала по берегу.

— Нет! Простите меня, но нет. Я не могу этого сделать. Просто не могу, и всё! Это слишком. Я не могу лгать Ежевике. Он этого не заслужил!

Щербатая тяжело вздохнула.

— Что ж, у меня нет власти заставить тебя делать то, чего ты не хочешь. Тем более в таком деле, — проскрипела она. — Я понимаю, почему ты боишься брать на себя такую огромную ответственность... Хотя где мне понять, что это такое — я же целительница.

Листвичка напряглась. Значит, Щербатая не собирается открывать Белке правду о своём запретном материнстве? Сколько же лжи громоздится вокруг её нерождённых котят...

— Но я давно приглядываюсь к тебе, Белка, — продолжала Щербатая. Теперь она говорила так тихо, что обеим кошкам приходилось напрягать слух, чтобы расслышать её слова. — Я знаю, что ты будешь прекрасной матерью.

Жёлтые глаза целительницы затуманились и потемнели, она отвернулась к Озеру и долго смотрела на чёрную гладь, тронутую лёгкой зыбью. Её уши чуть шевелились, будто Щербатая слышала что-то, недоступное слуху земных кошек. Потом она моргнула, встряхнулась и снова повернулась к Белке.

— Мне так жаль, — прошептала целительница.

Белка непонимающе уставилась на неё:

— Чего тебе жаль?

Старуха вздохнула:

— Я бы очень хотела, чтобы звёзды не посылали мне этого горького знака. Но мой долг передать тебе волю небес. Белка, у тебя никогда не будет своих котят.

Листвичка похолодела. Что?

Белка с размаху села на камень.

— Ты... это правда? Ты уверена? Ты это точно знаешь?

— Ты не доверяешь Звёздному племени? — прошипела Щербатая. Она покачала головой и пригладила вздыбленную шерсть. — Листвичка даёт тебе единственную возможность стать матерью. Ежевика будет замечательным отцом, в этом можешь не сомневаться! Однажды он станет предводителем Грозового племени! Подумай о своём друге, Белка! Ему нужны дети, которые унаследуют его отвагу, стойкость и преданность.

Листвичка затаила дыхание. Её сестра встала, подошла к краю Лунного Озера и уставилась в чёрную глубину. Щербатая тенью последовала за ней.

— Я знаю, это тяжкая весть. Но ты должна быть сильной. Возвращайся домой и отдохни. Когда проснёшься, всё будет гораздо проще. Соглашайся и ни о чём не думай.

Щербатая отвела Белку обратно к камню, помогла лечь, и та, послушная и притихшая, как котёнок, закрыла глаза. Щербатая села над ней и принялась убаюкивать, мерно вылизывая её затылок.

Листвичка подождала, пока сестра уснёт, потом встала и подошла к Щербатой.

— Звёздное племя ещё никогда не видело будущее в глади Лунного Озера, — тихо сказала она. — Ты сказала Белке правду?

Щербатая подняла на неё холодные жёлтые глаза:

— Правда в том, что Белка будет твоим детям лучшей матерью, чем ты. Это единственное, что сейчас имеет значение. А ещё правда в том, что ты просила меня помочь — и я тебе помогаю. Твоя сестра не согласится лгать ради тебя, если у неё будет выбор. Ты же не хочешь, чтобы она отказалась?

Листвичка хотела что-то сказать, но мягкая тьма окутала её, увлекла в глубокий сон. Она ещё успела увидеть, как сияющая фигура Щербатой тает в темноте, а потом провалилась в беспамятство.

Когда она снова открыла глаза, то сразу увидела Белку, стоявшую перед Лунным Озером. Не оборачиваясь, Белка спросила:

— Ты помнишь этот сон?

— Да, — прошептала Листвичка.

Её била дрожь.

«Неужели это всё правда, и Белка заберёт моих котят?»

Но если это единственная возможность оставить котят в Грозовом племени, если только так Листвичка сможет быть целительницей и видеть, как растут её дети... то, наверное, она должна смириться?

Белка обернулась и посмотрела на сестру огромными печальными глазами.

— Я люблю тебя, Листвичка, и помогу тебе. Но не проси меня дать тебе больше, чем в моих силах. Я не смогу до конца своих дней лгать Ежевике, Огнезвёзду, Песчаной Буре и всему племени. Если бы это касалось только меня, я бы согласилась, не задумываясь. Но Ежевика не должен быть жертвой обмана. Я не могу лгать тому, кого люблю. Прости, но этого я не могу сделать даже ради тебя.

Глава VII

Когда сёстры добрались до своего оврага, небо над их головами уже просветлело. Листвичка совсем ослабла от усталости и большую часть пути шла, опираясь на плечо сестры. Однако сейчас ей нужно было найти силы самостоятельно войти в лагерь. Соплеменники не должны заметить, что их целительница едва переставляет лапы! Собрав все силы, Листвичка доплелась до своей пещеры и с облегчением увидела, что Белолапка сладко спит.

Яролика сидела над дочерью, складывая в кучки только что высушенные листья тысячелистника.

— Сегодня она уже не так мучается, — шёпотом сообщила она Листвичке. — Ох, бедняжка, да ты едва на лапах держишься! — всполошилась Яролика, пристально взглянув на целительницу. — Неужели шла всю ночь, без остановки? Ложись, отдохни немножко. Я присмотрю за Белолапкой.

Листвичка со вздохом опустилась в своё гнёздышко.

— Ты права, мы ужасно устали, но не хотелось оставаться на ночь в горах. Иди, Яролика, поешь, пока тут всё спокойно.

Яролика ещё раз пристально взглянула на неё, покачала головой и вышла. Листвичка со стоном вытянулась на подстилке и поудобнее устроила свой живот.

«Всё, котятки, мама больше не будет таскать вас к Лунному Озеру, честное слово. Звёздное племя сделало для нас всё, что в его силах. Наверное, Щербатая была права, и отдать вас Белке — единственная возможность оставить вас в лагере. Но раз Белка не хочет нам помочь, придётся искать другой путь».

Она погладила лапой свой живот. Листвичка знала, что котята появятся на свет через четверть луны, а то и раньше. Значит, ей нужно будет заранее покинуть племя и найти какое-нибудь безопасное местечко, чтобы окотиться вдали от посторонних глаз. Что будет потом, Листвичка не знала. Если соплеменники откажутся принять котят, значит, ей придётся навсегда покинуть Грозовое племя.

«Ничего, я не пропаду, — подбодрила себя она, пытаясь побороть тошнотворный ужас, леденивший её сердце. — Другие коты уходили из своих племён, и ничего, выжили как-то! Я тоже справлюсь. Конечно, будет непросто охотиться с грудными малышами, но я смогу какое-то время поголодать. Наверное, нужно будет как следует отъесться перед уходом из племени, — решила целительница. — Буду есть за троих, главное, чтобы меня не поймали за этим!»

На следующем рассвете Белолапка села в своём гнёздышке и заявила, что больше не может торчать взаперти. Это был лучший знак того, что дела ученицы пошли на поправку. Листвичка с облегчением вздохнула. В последнее время Яролика уже не суетилась над дочерью, а лишь навещала её, принося еду и влажный мох, а также терпеливо выслушивая бесконечные жалобы ученицы на скуку.

Листвичка взмахом хвоста поманила Яролику в дальний угол пещеры.

— Ты не возражаешь, если я ненадолго покину лагерь? — спросила она.

Яролика встревоженно распушила шерсть.

— Что-то случилось? — спросила она, широко распахивая свой единственный глаз.

— Нет, но... просто мне нужно поискать одну траву, которая не растёт на нашей территории, — запинаясь, соврала Листвичка. — Когда я была у Лунного Озера, Звёздное племя подсказало мне, где её искать.

— Нам угрожает Зелёный кашель? — в страхе прошептала Яролика.

Листвичка помотала головой.

— Нет, насколько мне известно. Так ты сможешь заменить меня ненадолго?

— Конечно, — заверила её Яролика. — Только возвращайся поскорее, Листвичка. Племени нужна целительница!

Убедить Огнезвёзда оказалось совсем не так просто.

— Звёздное племя точно знает, что нам нужна эта трава? — недоверчиво переспросил он.

— Да! — ответила Листвичка, сгорая от стыда. Ей было невыносимо лгать своим соплеменникам, тем более Огнезвёзду, который доверял ей толкование знамений Звёздного племени.