Нерассказанные Истории. Ярость Когтя, стр. 25
Белка ошеломлённо попятилась:
— Я? Это невозможно!
— Но если я буду вынуждена уйти или оставить своё призвание, Грозовое племя лишится целителя! — горячо воскликнула Листвичка. — Я уже не успею подготовить себе замену, а у нас до сих пор не все воины залечили раны после нападения барсуков!
Белка с тревогой смотрела на неё.
— Ничего, Листвичка. Звёздное племя нас не оставит. Кто-нибудь временно возьмёт на себя твои обязанности, пока предки не укажут нам на нового целителя. Все знают, что Яролика хорошо разбирается в травах — чем она не замена? Ты не обязана быть целительницей, Листвичка. Ничего страшного не случится, если ты переберёшься сначала в детскую, а потом в воинскую палатку. Постепенно все привыкнут к тому, что случится. Ты ведь догадываешься, что всё племя уже знает о тебе и Граче.
— Нет! — взвизгнула Листвичка. — Грозовому племени нужна я, а не какая-нибудь другая целительница! Я не могу иметь котят!
Белка посмотрела на её округлившийся живот.
— Боюсь, у тебя уже нет выхода, — сказала она и шагнула к сестре. Листвичка почувствовала тёплое дыхание Белки на своей щеке. — Не бойся, я никогда тебя не оставлю, — прошептала та. — Я помогу тебе всем, чем смогу. Всё будет хорошо, вот увидишь.
Листвичка посмотрела на крохотные искорки света, танцующие на серой воде.
«Ах, Белка! — с мукой подумала она. — Ты ничего не понимаешь! Ничего уже не будет хорошо».
Глава V
Листвичка взглянула на Ягодку, который, хромая, вошёл в детскую.
— Что на этот раз? — спросила она.
Орешинка высунула голову из-за плеча брата.
— Он наступил на огромную-преогромную колючку! — пропищала она. — И теперь у него вся лапа в шипах!
Ягодка жалобно всхлипнул и поднял переднюю лапу. При этом он закатил глаза и отвернулся, чтобы не видеть свою страшную рану.
— Я теперь никогда не смогу охотиться? — проскулил он.
Листвичка внимательно осмотрела крошечную розовую подушечку и не сразу заметила кончик шипа толщиной не больше мышиного усика.
— Думаю, со временем сможешь! — фыркнула она.
— Можно войти? — раздался тихий голос со стороны входа. Это была Яролика, катившая перед собой огромный ком паутины. — Ах, вот ты где! — обрадовалась она, увидев Листвичку. — А я хотела тебе показать, какие залежи паутины отыскала под куском гнилой коры на берегу озера.
— Это просто чудо! — радостно кивнула Листвичка. — Кстати, раз уж ты пришла, не хочешь вытащить гигантскую занозу из лапы вот этого храброго воина?
Яролика серьёзно кивнула.
— Конечно, — она быстро взглянула на лапку Ягодки: — Ого, вот это занозища! Ну-ка, Ягодка, сиди смирно.
Ягодка со страдальческим видом уткнулся в плечо Орешинки, а Яролика склонилась над его лапкой и нащупала зубами занозу. Через мгновение она выплюнула шип на лист и выпрямилась.
— Вот и всё.
— Было очень больно? — в страхе спросила брата Орешинка.
Ягодка важно посмотрел на неё и вздохнул:
— Очень. Но я уже почти воин, поэтому умею терпеть. Спасибо, Яролика!
Он весело взмахнул коротеньким хвостиком и выбежал из детской вместе с сестрой.
Яролика проводила их взглядом и посмотрела на Листвичку.
— Ты что-то хотела мне сказать? — спросила она, участливо глядя на целительницу своим единственным глазом. В полумраке детской рыжие пятна её шерсти ярко выделялись на фоне белой спинки и боков.
Листвичка вздрогнула.
— Что? Почему ты так думаешь?
Яролика улыбнулась.
— Листвичка, сегодня ты попросила меня обработать загноившийся блошиный укус на шкуре Кисточки, потом посадила перебирать оставшиеся у нас запасы тысячелистника, после отправила собирать паутину, а вот теперь поручила вытащить пустяковую занозу. Листвичка, ты знаешь, что я всегда рада тебе помочь, но сейчас это выглядит так, будто ты хочешь сделать меня своей ученицей!
— И что бы ты на это ответила? — тихо спросила Листвичка.
Яролика замурлыкала.
— Я бы ответила, что очень польщена, но как быть с Белохвостом и Белолапкой? Я мать и подруга, и от этого я никогда не откажусь. Нет, Листвичка, ты очень смелая кошка, раз смогла выбрать такой путь... даже после... после истории с Грачом. Но у меня другая дорога, и я счастлива быть воительницей, подругой Белохвоста и матерью Белолапки. Я и дальше буду с радостью тебе помогать, но думаю, тебе стоит внимательнее присматриваться к детской. Твои будущие ученики растут там!
С этими словами Яролика поднырнула под низкие ветки входа и исчезла в холодном солнечном свете. Листвичка осталась стоять посреди пещеры. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой одинокой. Потом котята снова завозились в её животе, напоминая, что отныне она уже никогда не будет одна.
Листвичка гневно сжала зубы, внезапно обозлившись на нерождённых малышей.
«Зачем вы появились? Ваш отец даже не знает о вашем существовании! Вы хотите разрушить всю мою жизнь — и даже больше!»
Прошло ещё три рассвета.
Листвичка потеряла сон, каждое утро она встречала на пороге своей пещеры, глядя, как небо медленно светлеет над верхушками деревьев. Она совсем извелась, измученная бессонницей, тяжестью внизу живота и постоянным страхом разоблачения и позора. Листвичка старалась как можно реже выходить из своей пещеры, чтобы её раздувшиеся бока не бросались в глаза соплеменникам. Особенно она боялась Кисточку, поэтому посылала к ней Яролику, а сама находила самые разные дела, лишь бы не показываться на глаза зоркой и острой на язык старухе. К разговору об ученичестве они с Яроликой больше не возвращались.
Листвичка пересчитывала свои запасы, когда на поляне вдруг поднялся шум. Высунув голову, Листвичка увидела Белохвоста, тащившего на плечах неподвижное тело Белолапки. Остальные патрульные испуганно толпились вокруг.
— Листвичка, ты где? — оглушительно завыл Терновник. — Белолапка ранена!
Яролика выскочила из воинской палатки.
— Что случилось? — бросившись к дочери, она помогла Белохвосту опустить раненную на землю. — Белолапка! Деточка, очнись!
Листвичка уже бежала к ним через поляну.
— Отойди, Яролика, — тихо попросила она. — Позволь мне её осмотреть.
Яролика отошла и прижалась к Белохвосту.
— Детка, маленькая моя, — шептала она.
Маленькая белая кошка лежала совершенно неподвижно, однако Листвичка с облегчением услышала её слабое поверхностное дыхание. Сердце тоже билось, хотя и очень робко. Листвичка посмотрела на Бурого, в страхе глядевшего на свою ученицу.
— Что случилось?
Золотисто-коричневый воин в недоумении покачал головой:
— Сам не понимаю. Белолапка готовилась к испытанию. Кролик перебежал через границу с племенем Ветра, она погналась за ним. Я видел, как Белолапка поймала кролика, но тот вырвался и убежал. Когда я добежал до Белолапки, она лежала вот так и не шевелилась.
Голос воина дрожал, в глазах застыло безмерное удивление.
Листвичка ощупала тело Белолапки, ища сломанные кости. Всё было цело, только нижняя челюсть ученицы слегка опухла и была горячей на ощупь.
— Бурый, ты не видел — этот кролик мог ударить её по голове?
Бурый задумался.
— Наверное, мог.
— Я думаю, всему виной этот удар, — сказала Листвичка. — Она оглушена. Кролик был большой?
— Здоровенный! — кивнул Бурый. — Ума не приложу, почему Белолапка решила, что сможет с ним справиться! Он был вдвое крупнее её.
Яролика судорожно вздохнула.
— Бедная моя храбрая девочка!
Листвичка продолжила осмотр. Она надеялась, что Белолапка очнётся сама, но хотела убедиться, что других повреждений нет. Лапы ученицы выглядели целыми и невредимыми, но хвост лежал под каким-то странным углом.
— Боюсь, она вывихнула хвост, — сказала целительница.
Белохвост моргнул.
— Разве такое бывает?
— Очень редко, но я слышала про такие случаи.
Листвичка провела лапой вдоль спины Белолапки, нащупывая место вывиха. Белолапка пошевелилась.