Договорные обязательства (ЛП), стр. 56

— Это можно устроить. Опубликую какой-нибудь интригующий пост, и все подумают, что мы невероятно увлечены друг другом на эти выходные.

Себастьян изогнул бровь:

— А к посту прилагается сам процесс?

— Прилагается, если ты этого хочешь.

На его лице промелькнула соблазнительная ухмылка. Он забрал тарелку и одной рукой притянул меня к себе:

— Ты же прекрасно знаешь, как сильно я этого хочу, — с легкой хрипотцой проговорил он.

— Нам нужно лишь дотерпеть до фотосессии, — прошептала я.

Он чуть сильнее прижался ко мне. Я прислонилась к стене, которая стала опорой для нас обоих.

— Это помогает, — тихо выдохнул он. — Ты меня спасаешь.

Я уже тянулась за поцелуем, но меня отвлек звук шагов в коридоре. Я выглянула из-за плеча Себастьяна; из-за угла вывернула Хизер и мгновенно застыла. Она могла видеть лишь мое красное платье и спину Себастьяна, но ее челюсть отвисла.

— Лили? — перепуганно выдохнула она.

Себастьян медленно отстранился и повернулся к ней.

— Ох, Себастьян... — протянула Хизер. — Не думала, что это ты.

Мы с Хизер не разговаривали с тех самых пор, как она призналась мне в своих чувствах к Себастьяну. Если быть откровенной, мне и не хотелось слышать о ней что-либо.

— Да, это я, — спокойно ответил он, и его ладонь бережно опустилась мне на поясницу. Из-за этого вычурного платья я почти не чувствовала его ладонь, хотя мне хотелось ощущать ее гораздо сильнее.

— Оу, — она сложила руки на груди. — Значит, у вас двоих все наладилось?

— У нас всегда все было в порядке, — твердо произнес он.

В взгляде Хизер проскользнуло разочарование:

— Что ж, рада за вас.

Себастьян ощутимо напрягся, а затем коротко взглянул на меня.

— Благодарю, — сухо проронил он.

Хизер направилась к дамской комнате. На мгновение она замешкалась, будто порываясь добавить что-то еще, но, к счастью, передумала.

— Мне показалось, она собиралась снова завести разговор о своих чувствах к тебе, — едва слышно произнесла я.

— Я понял, — отозвался Себастьян. — Но ты же знаешь, я бы ни за что...

— Я верю тебе, — перебила я. — Я знаю, что ты бы этого не допустил.

Мы доели пирог и вернулись к гостям. До самого конца вечера мы с Себастьяном лишь устало переглядывались, пока окружающие продолжали вести бессмысленные разговоры о работе и вещах, которые нас нисколько не трогали.

Целая вечность ушла на то, чтобы выстроиться для общего снимка. Мать бесконечно меняла нас местами, пытаясь добиться идеальной композиции. Саша была недовольна каждым кадром, а Мартин позволял себе колкие замечания в адрес компании моего отца. Это было настоящей пыткой. По желвакам, перекатывавшимся на скулах Себастьяна, я видела, насколько он раздражен.

Но когда сотня снимков была наконец сделана, нас отпустили. Мне тут же напомнили о необходимости выложить удачную фотографию, поскольку я уже слишком долго не показывала в сети ни свое лицо, ни лицо Себастьяна.

После этих наставлений я мечтала только о том, чтобы уйти, да и Себастьян чувствовал то же самое. Так что мы покинули прием, как только смогли.

Вернувшись в отель, я без сил опустилась на кровать лицом в подушку, ощущая во всем теле усталость. Себастьян тяжело вздохнул и присел рядом:

— Это было невыносимо. Мы можем вернуться домой прямо сейчас?

— Наш рейс только завтра, — пробормотала я.

— Я готов взять билеты на ближайший ночной вылет, — выдохнул Себастьян. — Мне просто необходимо покинуть этот город.

Я устала, но тоже хотела домой. Наши планы на секс уже сорвались, но я куда охотнее занялась бы им с Себастьяном в одной из наших кроватей, чем в этом гостиничном номере. Я взглянула на него, на отчаяние в его глазах, и мягко кивнула:

— Дай мне пару минут переодеться.



ГЛАВА 18



Вернувшись домой, мы без труда вошли в привычный ритм. Большинство ночей мы спали в спальне Себастьяна. Утром он уходил на работу, я отправлялась на встречи писателей или проводила время с Эми, а вечером мы ужинали вместе.

Впервые за четыре года нашей совместной жизни я почувствовала, что у меня есть настоящий брак, а не просто обязательство. Я старалась делать как можно больше публикаций в Instagram, чтобы наши семьи от нас отстали, и впервые казалось, что в этом мире есть только мы вдвоем.

Пришла весна, а за ней лето, а это означало, что наше время подходило к концу. Я не была уверена в том, чего хочу. Мне совершенно не хотелось поддерживать связь ни со своей семьей, ни с его, но я не могла навязывать это Себастьяну, если он решит остаться.

Ситуацию осложняло и то, что мать мучала меня расспросами о беременности, а я просто сбрасывала ее звонки.

— Не верится, что она вообще просит тебя об этом, — сказала Эми в одно солнечное утро, пока мы гуляли по парку Сентенниал. Деревья были приятного розового оттенка, а воздух – теплым.

Я сделала глоток кофе и вздохнула.

— Даже не знаю, что тебе сказать. Она думает, что это сработает.

— По-моему, твой метод – быть собой и разговаривать с мужем – работает куда лучше. Вы в последнее время выглядите такими счастливыми. Меня от этого почти тошнит.

— Ты разве не любишь любовные романы?

— Люблю, но я хочу быть их главной героиней.

Я рассмеялась.

— Ну ты даешь.

— И что ты будешь делать, когда все закончится?

— Понятия не имею. Я не хочу его терять, но не знаю, как поступит он. Он говорил, что у него истекает срок действия соглашения о неконкуренции, так что он сможет устроиться в другое место, но я не уверена, захочет ли он дистанцироваться от своей семьи. Я считаю, что ему стоит это сделать, но не могу решать за него.

К тому же он запросто может возненавидеть меня, когда поймет, кто в моих книгах списан с него.

— Ты могла бы обозначить свои границы и посмотреть, к чему это приведет.

— Ты права, — согласилась я. — Мне нужно это сделать, но, похоже, мы оба настолько погружены в страх просто сказать «нет» своим семьям, что даже не задумывались, что делать дальше, когда все закончится.

— Ты останешься в городе?

— Уверена, когда все развалится, отец заберет этот дом, но я бы хотела купить что-нибудь свое в этом районе.

— Я даже помогу тебе с поисками, — подхватила Эми. — Ох, я так рада, что тебе здесь нравится! Нэшвилл прекрасен. Может, сам штат и не самый лучший, но город замечательный.

Я не могла с ней не согласиться. Я искренне привязалась к городу, который, как мне казалось изначально, буду ненавидеть.

До нашего вылета в ЛА на вечеринку в честь годовщины оставались считанные недели. Я ждала этого дня без всякого воодушевления, да и Себастьян тоже.

Мы оба планировали отказаться от подписания любого нового контракта. Я собиралась сказать своей семье, что с меня хватит и это навсегда. Значит разговор предстоял далеко не из приятных.

Сейчас я просто старалась жить полноценной жизнью. На еженедельной писательской группе я вызвала такой интерес у других авторов, что они выстраивались в очередь за советом. Поначалу я переживала, что на встречах мне не удастся толком писать, но стоило мне озвучить, что мне нужно уединение для работы, как все тут же оставили меня в покое.

Я знала по имени почти всех и помнила, над каким проектом работает каждый из них. После того как я начала давать советы и помогать другим с их черновиками, большинство решили, что я просто талантливый автор фанфиков. Все умоляли меня опубликоваться.

Себастьян поддерживал мою дружбу с другими писателями. Ему нравилось, что я нашла в городе свое сообщество, и он всегда спрашивал, как прошли встречи. Вдобавок ему очень нравились люди, с которыми он работал в последнее время, так что я видела – он тоже постепенно пускает здесь корни.

Моя книга была завершена. Мне удалось поставить точку точно в срок благодаря работе и в писательском клубе, и в кофейнях. Я определилась с финалом, и рукопись уже находилась у редактора. Вскоре мне предстоит еще серия правок, но пока работа была поставлена на паузу.