Путь Строителя 18 (СИ), стр. 26

— Вернемся, — пообещал я ей. — Тут у нас будет курорт. Колышек я уже вбил.

Глава 8

— Да какой там? Полдня крюк как минимум! — возмущался тот, что пахнет сладко, а значит, конкурент на мед, и к его мнению можно не прислушиваться.

Дело у Великого Пожирателя есть и поважнее чужой болтовни, ведь рядом мерно топает большой несъедобный, и на спине у него покачивается корзина из колючей лозы.

Таскатель же снует вокруг и закидывает туда подкопанную руками траву прямо с землей, записался, стало быть, в носильщики.

Сплел эту корзину Рей на стоянке, вышла она косой, а большой несъедобный все равно ей рад. Еды в старую влезало вдвое больше, только говорить об этом вслух незачем, расстроится, да и хрюки эти глупые создания пока понимать не научились.

Сам здоровяк, похоже, ни о чем не подозревает, а предупредить бы стоило. Нагружают его вообще-то сверх меры, а ему еще тундук добывать, если такой попадется по пути. Свалится работник под такой ношей, и кто тогда будет колотить по стволам?

Свинка дернула его за сапог, тот повернулся и расплылся в улыбке.

— Пожрать охота, да? — он наклонился и потрепал Великого Пожирателя за ухом. — Понимаю, тоже хочу. Хошь телегу твою понесу пока?

Прицеп Пожирателю тянуть нетрудно, и от предложения гордый зверь отказался, даже фыркнул для верности, чтобы вопросов больше не осталось. К тому же, пока дергал за сапог, в зубах остался кусочек, который теперь можно пожевать.

С утра пораньше таскатель размял в ладонях комок застывшего древесного сока и залепил дырки в сапогах большого несъедобного. Штука, кстати, неплохая, может, и не самая питательная, зато жуется интересно и пружинит, так что выплевывать добычу свинка не стала, хоть будет чем занять рот в пути. Дырка после этого, конечно, открылась заново, но раз здоровяк заплатки не почуял, то и пропажи не хватится.

Перепалка между тем не утихала, и носильщик сгрузил в корзину очередной куст.

— Но надо, когда еще получится? И тебе ли спорить, а? — отмахнулся Рей и отряхнул ладони. — Это ж пчелы.

— А они мед дадут что ли? Если да, то ладно, — как-то на удивление быстро сдался Кейн и заметно повеселел.

— Может, и не дадут, я просить не буду. Но заглянуть стоит, все-таки не чужие, — развел руками носильщик.

Лучника вообще никто спрашивать не стал, хотя он был категорически против. Впрочем, раз дело пахнет медом, Великий Пожиратель за, а значит, альтернатив этому маршруту нет в любом случае.

Сладкий тем временем пристроился к прицепу с того боку, где лежат медовые кубики, и шагал там с самым безразличным видом, только ноздри выдавали. Сперва он зачем-то проверил крепеж, следом поправил полог, и Пожирателю пришлось чуть ускориться, чтобы защитить товар. Намек конкурент понял и убрался вперед, в дозор, а мед поехал дальше под надежной охраной.

Прицеп ей, кстати, нравится, грибов туда войдет целая гора, а если по дороге надергать корешков, их тоже можно сложить внутрь и скушать потом, на привале. Сейчас, правда, там одни горшки, и это уже хуже, но ладно, разок можно прокатиться и так, обновка-то останется навсегда, и в целом это приемлемо, допустимо.

Лес вокруг тоже сделался приятнее, у снега он стоял глухой, нюхать там было нечего, а здесь опять запахло палым листом и мышами. Пару раз тянуло грибами, оба раза виноватыми оказывались трухлявые пни, и второй она на ходу боднула. Внутри не нашлось ничего съедобного, одна пыль, выходит, пням теперь веры нет никакой.

Вот таскатель присел возле коряги и разгреб сухую траву, а под ней обнаружилась какая-то мелочь с синими головками. Орудует он пальцами да щепкой, небыстро и бестолково, пятаком вышло бы раз в десять шустрее, только задаром Пожиратель не работает. Рыл он вокруг неспешно, чтобы ничего не оборвать, а выковырял уже с изрядным комом земли и, догнав здоровяка, пристроил добычу поверх прочего хозяйства, а тот и не оглянулся.

Один стебель свесился наружу и замотался у него над ухом. Тот смахнул его, спустя пару шагов хлопнул себя по уху, решил, что муха попалась наглая, и разбираться дальше не стал. Пожиратель наблюдал с интересом, летать тут по холоду некому, но раз здоровяк нашел себе врага, мешать ему незачем.

Немного погодя история повторилась, таскатель углядел под елкой бледный цветок и долго к нему принюхивался, но в итоге оставил в покое. Чутье у двуногих слабенькое, пятак никудышный, а лезут туда же. Зато следующий, желтый и косматый, ему подошел и отправился в корзину к первому.

Трава так-то не особо вкусная, хотя попадаются экземпляры и довольно сладкие, с сочными цветами и корешками. Не то чтобы Пожиратель кого-то осуждает, у каждого свои причуды, но оправдать такие старания сложно.

Лучше бы таскатель с таким усердием орехи собирал, хотя тут, если подумать, и полной корзины с горкой оказалось бы мало. Свинка прикрыла глаза, и перед ними снова встали сытные тундуки. Здоровяк тогда разок стукнул по дереву, и сверху посыпалось без счета, один орех упал точно между ушей, и она уверена, что этот предназначался лично ей.

Скорлупа трещала на зубах, а под ней ждала нежная белая сердцевина, до того хорошая, что сам жмых подвинулся в ее списке на второе место. Ну, временно. Когда жмых снова будет в доступе, он вернется на свой пьедестал, но раз его нет, пусть сидит на втором месте. В любом случае, сил от тундуков прибывало столько, что впору было выходить на нового буйвола.

Возможно, именно поэтому она и утащила этого здоровяка, а то, видите ли, остаться с пустыми хотел. Ага, как же, разбежался. Причем транспортировке Пожиратель научился у таскателя-Рея, тот когда-то волок ее саму за задние ноги, и способ оказался рабочим. Только хватать здоровяка за ногу было неудобно, пришлось брать за волосы на морде, но так тоже ничего, раз за копыта получалось, чем волосы хуже? Борода после той дороги слегка поредела, но отрастет, а второго такого поди найди.

Жаль только, что на эту переноску ушло почти всё, что удалось нажрать под ореховым деревом, так что большой несъедобный теперь должен, и надо будет ему об этом напомнить, лучше всего возле следующего тундука.

Идут они довольно быстро, сзади крутятся колеса и изредка побрякивают горшки, а с каждым шагом самочувствие только улучшается. Дорога пошла мягче, копыта больше не стучат по мерзлому, становится теплее, и граница снега отползает назад.

Неприятно было там, где холод, его Пожиратель терпеть не может с тех пор, как стужа выгнала стадо из родных краев. Пришлось на той стоянке просто спать, чтобы зазря не растрачивать отложенные с орехов запасы, а проснулась она ровно к отъезду, на такие вещи нюх у нее отменный.

Таскатель опять отошел в сторону, к какому-то яркому цветку, и взялся его обкапывать, а взгляд свинки зацепился за заткнутую за пояс ложку.

Тоже, между прочим, несправедливость, хотя в целом получилось хорошо, свинка всё видела, как он кормил врагов с нее, и те аж лопались. Но почему врагов? Великий Пожиратель и сам не прочь покушать, тем более если так сытно. Лопнуть ему не грозит, переварит он что угодно, при желании даже булыжник, только толку в камнях мало, и годятся они лишь в редких случаях, когда организм требует чего-то такого эдакого. В общем, интересно попробовать, что там за суп такой. Вдобавок один из горшков помечен крестом и едет отдельно от прочих, а самое вкусное здесь всегда убирают подальше, это она выучила давно.

Цветок таскатель бережно вытащил и унес к здоровяку, а Пожирателю стало немного совестно. Все-таки двуногий старается, и ведь не для себя. Скорее всего, для полосатых, чтобы те наделали из этого добра меда, и тогда возня того стоит. А чтобы потом получить свою порцию, можно и помочь.

Пожиратель тоже отклонился от маршрута, присмотрев себе цветок покрупнее, да только по пути наехал колесом на кочку, отчего внутри звякнуло.

— Ложись! — лучник, кажется, поседел и сиганул в кусты, а остальные плюхнулись носами в траву, только здоровяк ничего не понял и продолжил топать.