Путь Строителя 18 (СИ), стр. 25

Кейн сперва одобрительно кивнул, потом нахмурился, сообразив, что варево мы с ним в виду имеем разное.

— Не бахнет хоть? Я только удобно разлегся…

— Ты удобно еще вчера лег, не выдумывай, — фыркнул Вельт.

— А сейчас еще удобнее, понял? — возмутился Кейн и для убедительности шлепнул ладонью по воде.

— Не должно, скорее всего, по крайней мере, мне так кажется, — заверил я, и после такой гарантии Кейн бочком отгреб к дальнему краю купели.

Дальше оставалось мешать и не спешить. Огонь держал небольшой, круги наворачивал оструганной веткой, и плети мало-помалу расходились в мутную слизь, а вода густела.

Час, наверное, уже варится, может, полтора, по солнцу точнее не скажу… Хронометра в лаборатории из котелка и палки не предусмотрено.

Процедил горячим через широкий лист с наколотыми дырками, запасной ткани у нас нет, рубаха еще раньше ушла Больду на перевязку. Отвар выставил подальше от купелей, благо морозильник вокруг бесплатный и безразмерный.

Тут я поторопился, снял слишком рано, и застывать на холоде варево отказалось наотрез. Вернул в котелок, доварил как следует, и на этот раз студень встал как миленький, разве что по краям успело пригореть, и над лагерем поплыли те еще ароматы.

— Чем это у тебя пахнет? — с надеждой принюхался Больд из шалаша.

Вот ведь организм, его даже паленой тиной не проймешь.

Выход скромный, из всего пучка кусок студня с два кулака, но мне для опытов и этого много. Следующим номером замес, ломтик разогрел у огня до жидкого, влил бульон, вымешал палочкой. Первая попытка норовила стечь, добавил погуще, и дело пошло, масса тянучая и с ложки не капает.

К стенкам липнет намертво, но трубке это лишь на пользу. Рабочая пропорция пока такая, один бульон к двум или трем студням. Мазнул для проверки на камень, поднес лучину, шипит вполне сносно, точно не медленнее чистого бульона, и с места никуда не утекает. Опыт третий, можно считать, прошел сам собой, даже готовиться не пришлось.

Цветом смесь удалась отдельно, плотная болотная жижа, и вот за это природе спасибо, суп-то у нас мутно-серый, перепутать их сможет только дальтоник или вконец уставший я. На всякий случай для второго варианта вывел угольком жирный крест на всей топливной посуде и на мелком горшке с бульоном тоже. Метка надежнее любого оттенка, а то мало ли, вдруг в темноте работать придется.

[Путь Созидания IV: 25% → 26%]

Это уже за студень, новый материал в хозяйстве появился, вот и плата. Мелочь, а приятно.

Четвертый заход вышел поинтереснее, гелем, а как его еще звать, набил трубку в сантиметр толщиной и в десять длиной, выложил по диагонали на плоском обломке, прикинув, как ей будет веселее лететь, сбегал за лучиной, ткнул ею в торец. Трубка зашипела, плюнула искрами, свалилась набок и поехала по траве и снегу, виляя, как ужаленная. Через полтора метра огонь проел размокшую стенку сбоку, и она закрутилась волчком на месте, дожигая остатки, пока я отсиживался за камнями. Кора поверх посуды себя оправдала, иначе эксперименты закончились бы досрочно.

Из купели дружно заорали что-то про меня и мою одаренность, из шалаша донесся восторженный гогот Больда.

— Еще! — потребовал он, высунувшись наружу до половины.

Тележка и та выбралась из воды, прошлепала к месту аварии, обнюхала дымящийся огрызок трубки и поглядела на меня с большим уважением.

А ведь тяга есть, едет же, подвела только труба, гель у нас водяной, и стенку он размочил изнутри. Закрыть канал чем-нибудь водостойким я собирался еще с переправы, тогда не нашлось чем, а теперь вон оно, в желоба капает.

Опыт пятый, пропитка, взял три дудельника, залил внутрь свежего сока подошвянки, покатал каждый между ладонями, наклоняя то одним концом вниз, то другим, чтобы пленка легла по стенкам без пропусков, а лишнее слил обратно. Тройка отправилась доходить у костерка, и чуть погодя я проверил, схватилось, внутри сухо и гладко. Сырой каучук, конечно, не долгожитель, для боевого изделия так нельзя, но один вечер испытаний продержится.

До вышек и станков мы еще дорастем, пока запускал по земле, уложил трубку на обрезок коры, спереди вместо груза налепил глины. Доза скромная, пара грамм геля, поджег из-за валуна, и поехала ровно, зарылась носом в снег.

Вельт после такого вылез на берег, от него валил пар, и он, не откладывая, произвел себя в судьи, вышагивал от старта до места падения и объявлял результат на всю поляну.

— Пять шагов! — отчитался он и загнул палец.

Во вторую заложил грамм пять и наклон задал покруче. Взлетела, качнулась и под конец ушла дугой влево.

— Пятнадцать! — голос судьи налился торжеством.

Третью снаряжал вдумчивее, канал почистил, трубку выровнял по жерди. Эта пошла по прямой, воткнулась в сугроб, и сама целая, хоть заряжай по новой.

— Двадцать пять! — провозгласил Вельт и на радостях отмерил дистанцию еще раз, для истории.

[Путь Разрушения IV: 27% → 28%]

Погоди, система, это еще не всё, пока одни наработки. Доведу задумку до готового изделия, тогда и посчитаемся, за принципиально новый метод доставки процентиков должно прилететь куда больше, вот уверен.

Тем временем начало темнеть, так что опыт шестой назначил последним. Трубку забил остатками геля под завязку, установил на салазки, на нос посадил комок глины для веса и солидности. Запалил, отбежал, и на середине разгона ее разорвало, огрызки разлетелись по всему полигону, салазки отдельно, балласт отдельно.

— На сегодня хватит, — сообщил я площадке.

— Да ладно⁈ — откликнулась купель голосом Кейна. — Давай еще разок хоть, ну?

Причина ясна, тонкой стенке такая доза уже не по зубам, а сырой пропитке тем более, и это не провал, я бы сказал скорее разметка границы, уперся я пока в прочность трубки. Дома ее можно и поднять, а топливо разбавить водорослями, пусть горит поспокойнее. На большой шаг для человечества дудельник с бульоном внутри пока не тянет, но начало положено.

Вечером у костра вручил Больду кривобокую, но крепкую корзину.

— Это мне? — он принял ее обеими руками и держал так бережно, будто она из глины и еще не обожжена. Больд сразу приладил к ней лямки из обрывков веревки, примерил на плечо, покрутился… — Ха! А это же лучше старой, причем намного! Рей, классно же получилось, а? Ну ты погляди!

Так-то лучше была как раз прежняя, и это знали все, включая владельца, но спорить никто не стал, не тот случай.

Перед сном я разложил в голове итоги дня, причем гипотезами, а не приговорами. Горящий бульон толкает, причем мягко, дальность растет вместе с дозой, и замеры шагами прилагаются. Жидкому топливу нужен носитель, гель на водорослях работает, но это полевое решение, дома сравню его с бухляковой крошкой, тот же прием, что в брикетах, только без сгустков, а что лучше для разгона и что для хранения, покажут опыты.

У геля, правда, свое удобство, он твердеет на морозе и плавится у огня, заливай теплым, и форму он примет сам. Дудельнику с вареной пропиткой место в кандидатах, хотя ровный канал и настоящую водостойкость еще поискать, да и других трубок в лесу хватает, посмотрим. Ну и про стабилизаторы забывать нельзя, подошли бы перья зяблика, они всё равно ждут в прицепе, просто сегодня до них не дошло, и правильно, рано. Одна беда, в деревне их не водится и взять негде, так что и этот вопрос становится в очередь.

Долго рассиживаться не было смысла, да и говорить никому не хотелось. Перекусить толком нечем, мед решили придержать, так что ограничились банными процедурами, и шалаш принял всю компанию на свежий лапник.

Утром снег у пруда уже не таял, хлопья, которые вчера умирали на теплой воде, лежат теперь по берегам каемкой, и зеленая трава торчит из белого как-то растерянно.

Собирались быстро, я еще до общего подъема обернулся к ключам и в ельник, забрал лист с выпаренным остатком, белый порошок ссыпал в общий кулек и разместил в прицепе. Натекший за ночь сок снял, желоба выдернул следом, а топливный котелок с крестом пристроил подальше от супа, насколько это вообще возможно в одном прицепе. Больд прихрамывает, зато с новой корзиной за плечами, Тележка впряглась и оглянулась на купель с душераздирающим вздохом.