Прекрасное далеко (СИ), стр. 28

С подполковником Сергеевым я столкнулся прямо на крыльце нашего здания.

— Пятый? Очень хорошо, что ты сейчас пришел! — Обратил на меня внимание наш главный командир. Это обращение ко мне по числительному позывному после того памятного инцидента с захватом суккубы он перенял от майора Малюка. — Пришел приказ, по которому все подразделение Йота экстренно направляется в Астраханскую область.

— Сколько у меня есть времени на сборы, товарищ подполковник? — Задал я сам собой напрашивающийся вопрос, уже в уме решая, что к телефону, чтобы сообщить об этой новости, нужно приглашать именно отца и ни в коем случае не мать.

— Времени? А-а… нет, можешь не торопиться, тебя мы оставляем здесь, по месту постоянной дислокации. Молод ты еще, да и курс обучения не до конца прошел. Вместе с тобой остается Александр Аникеев, он еще не совсем оправился от полученных ран. Будете, в случае чего, с ним вдвоем защищать город от возможной ментальной угрозы.

— Все нормативы по стрельбе я сдал на отлично! — Хоть, разумеется, ни в какую Астраханскую область мне не хотелось, но обидно же! А по Аникееву, точнее мимику Сашке, просто именно на эту фамилию ему и выправили документы, тоже понятно: его просто не решились тащить с собой на встречу с его соплеменниками, ну, чтобы случайно не вышло чего-нибудь не того.

— Да-да, все допуски тебя в оружейку я уже подписал. — Закивал головой на эти мои слова командир, — Пока мы еще не отбыли, можешь заглянуть к старшине Петренко, получить у него личное оружие. Боец подразделения Йота должен быть вооружен двадцать четыре часа в сутки. А потом подойди к Сергею Александровичу, может у него будут для тебя какие-нибудь отдельные напутствия.

Пистолет я получил. Обычный, 9-миллиметровый, восьмизарядный, «Эфа», не какой-нибудь артефактный «Вулкан», позволяющий при увеличении мощности выстрела до максимума даже прожигать танковую броню. Впрочем, на артефактное оружие я надеялся не слишком: редкое оно. В полку родителей, к примеру, тоже о нем пока только слышали. Но все равно немного разочаровался. Все же у нас не обычная воинская часть, а спецподразделение, могли бы и наладить обеспечение получше, чем обычным армейцам.

— Огненная магия против большинства демонов вообще не очень хорошо подходит, — утешил меня Сашка, когда я поделился с ним этими своими мыслями. — Да и видел я этот «Вулкан». Здоровая и тяжелая штука, такую просто так, на всякий случай, как ту же «Эфу», в кармане уже точно не поносишь.

Ну, так-то да, «Эфа», изготовленная из какого-то тонкого, но особо устойчивого к ударным нагрузкам новейшего керамопластика, плоская и легкая, в этом плане гораздо сподручнее. Наплечная кобура с ней под одеждой и не заметна совсем, да и в карман куртки этот пистолет тоже вполне можно засунуть при необходимости.

Майор Малюк при произнесении прощального напутствия пусть и не слово в слово, повторил слова подполковника Сергеева.

— Евгений, ты на пару с Сашкой остаешься тут, на хозяйстве, — сказал он, стоя в полном боевом облачении возле откинутой аппарели громадного бронетранспортера, когда все остальные бойцы нашего подразделения уже скрылись внутри. — Приглядывайте за Иганском до нашего возвращения. Мы на вас надеемся.

Сказал и скрылся во чреве боевой летающей машины. После чего аппарель БТРа поднялась, и он, в сопровождении еще трех других боевых машин, скрылся среди низко нависающих над городом туч.

Вы только не подумайте, что эти слова своего непосредственного командира я прямо как руководство к действию воспринял. Ясно же, что до возвращения основного состава Йоты из командировки никто меня до хоть каких-то дел, связанных с суккубами и прочими зловредными менталистами не допустит, но отчего-то воодушевился. Точнее, внезапно пришла в голову мысль, что эта вот отлучка из нашего города всех основных специалистов по борьбе с подобной нечистью лично для меня является замечательным шансом себя проявить. А то уже достали немного снисходительные взгляды со стороны, так сказать, «старших товарищей». Вот только где бы мне еще с этими самыми суккубами повстречаться?

Ни суккуб, ни каких других демонов поблизости не наблюдалось, уроки в школе уже все равно прогулял, потому, пораскинув мозгами, отправился на стрельбище. Прапорщик Игнатьев, заведовавший там всем хозяйством, меня хорошо знал, потому у меня была твердая уверенность, что препятствий с пристрелкой моего нового оружия мне чинить не станет, еще и дополнительных патронов для этого дела подкинет. И таки да, урок, связанный с подведшим меня не пристрелянным оружием, я выучил прочно.

Вечер я встречал в пустой квартире: предположения отца по поводу вывода их в зоны сосредоточения полностью оправдались, хорошо еще, что на битву с демонами все же не отправили, просто вывезли в «точку сосредоточения», расположенную в соседнем с городом, Лурвайском районе. Вообще, с объявлением особого положения на территории нашего военного городка стало пустынно. Не совсем еще иллюстрация к рассказу, о котором когда-то упоминал Друцкий,…«Олле, один на всем белом свете», кажется, все же продуктовый магазин-то работает… но близко. Даже парочка собак, обитавших в подвале одного из домов и обычно шастающих по дворам в поисках подачек, тоже куда-то подевалась. Пусто и грустно. И никаких залетных демонов даже и близко не видать, совсем не героическая обстановка выходит.

В школе, когда пришел в нее на следующий день, никто вопросов о причине моего вчерашнего отсутствия не задавал. Вообще все, включая нашу классную руководительницу, сделали вид, что этого не заметили.

— Вчера многих не было, — сообщил мне Сашка Громов на выраженное мной вслух недоумение по этому поводу, — даже учителя тоже не все пришли.

На большой перемене невольно обратил внимание на Стаса Друцкого с приятелями, Мельниковым и Углановым. Создавалось впечатление, что все время зимних каникул их не кормили: тощие, с темными кругами вокруг глаз, они поглощали закупленную в буфете стряпню в огромных количествах, даже, кажется, совершенно не жуя.

Кстати, на эту странную картину не один я внимание обратил, Сашка Громов тоже.

— Не дай бог, так оголодать, — сказал он, глядя, как Мельников запихивает себе в рот довольно большой пирожок целиком, подталкивая не влезающую часть кулинарного изделия пальцами. После чего вдогонку еще и заливает немалых размеров кусок печива изрядным глотком компота. Не вписавшаяся в его переполненный рот жидкость потекла при этом тоненькой струйкой по подбородку. В самом деле, душераздирающее зрелище.

После уроков, вроде как, собирались пойти к Наталье. Четверг — день репетиторства. Совершенно неожиданно Немкина пошла в отказ:

— Жэка, прости, но сегодня с занятием у нас с тобой ничего не получится. К нам в гости приехала мамина тетка со своим сыном, мне самой впору изобретать, куда податься, за вчерашний вечер совершенно уже достали своими вопросами о моей личной жизни.

— Можем пойти ко мне, у меня родители сейчас в полевых лагерях, я один остался на хозяйстве, — предложил я, хотя почти и не надеялся, что моя одноклассница согласится. Двадцать первый век на дворе, а в отношениях между полами по-прежнему всякие условности чуть ли не из Домостроя сохраняются.

— А разве к вам, в военный городок, допускаются посторонние? — Изумилась Наташка.

— Ну, мы все же не в тюрьме живем, просто на КПП скажу, что ты ко мне, в гости, да распишусь за тебя в журнале. Всего и делов-то.

— Пошли! — Согласно мотнула головой одноклассница и почти счастливо заулыбалась. Видать, в самом деле, всерьез достали ее понаехавшие родственнички, что и на условности и возможные сплетни вот так запросто наплевала.

По пути, уже проведя одноклассницу на территорию нашего военного городка, надумал еще зайти в магазин. А то еда-то в доме есть, но такая, обыденная, а тут ко мне в гости идет девочка. Потому решил раскошелиться на тортик.

— Оказывается, у вас тут и свои магазины есть, — сделала для себя открытие Наташка, — только пустынно как-то, народу почти нет.