Прекрасное далеко (СИ), стр. 26

И снова я оказался предоставлен самому себе, в штабной автобус меня не пустила охрана, а командирам, в том числе и пригласившему меня майору Малюку, было не до какого-то там стажера. Ну, а мимик, получив вместе с дипломатом указания, что именно нужно говорить столь внезапно объявившейся демонической террористке, ушел вдаль по улице, за линию дальнего полицейского оцепления.

Первые признаки, что что-то пошло не так, я заметил спустя, наверное, минут через пять или десять после этого. Очередью прогрохотало несколько выстрелов. И сразу после этого из салона автобуса послышались невнятные крики, после которых оттуда выскочил полицейский офицер и опрометью помчался куда-то в сторону стоянки с их автомобилями.

Еще через несколько минут из автобуса с дымящейся сигаретой в руках вышел подполковник Сергеев. Если учесть, что в курении до этого он замечен мной ни разу не был, тоже очень нехороший признак вырисовывается. Все же, несмотря на вдалбливаемую в меня еще с детства субординацию, информацию о случившемся решил получить сразу.

— Товарищ подполковник! — Обратился я к нему, — что происходит?

— Что происходит? — Обратил в мою сторону слегка перекошенное от ярости лицо наш командир. — А происходит то, что один из марионеток, забрав у нашего Сашки деньги, просто выпустил ему в грудь автоматную очередь и захлопнул дверь, до того, как в него успел выстрелить наш снайпер. На штурм пойдем, вот только сейчас ребята соберутся.

— А как же наш Сашка? Он погиб? — Задал я довольно глупый в данных условиях вопрос.

На мое удивление, явно взвинченный старший офицер начал мне обстоятельно отвечать:

— Надеюсь, что нет. У нашего с тобой товарища довольно неплохая магическая защита от пуль, плюс на нем был бронежилет. Да и большого количества крови от ран по картинкам с камер вроде не видать. Скорее, его просто этими ударами вырубило.

— Мне идти с вами? — Задал последний вопрос, уже предполагая ответ.

— Нет, Евгений. В этот раз посмотришь на наши действия исключительно со стороны. Амулет кинетического щита, который мы для тебя заказали, еще не готов, а без него идти на штурм вооруженных автоматами противников очень опасно, если не сказать неразумно.

Немного просветивший меня в происходящем командир вновь скрылся в автобусе, а я внезапно задумался, как бы мне подобраться к захваченному зданию поближе. Ну, меня же приглашали посмотреть на действия нашего подразделения, а находясь за двумя рядами полицейского оцепления, на расстоянии минимум в пару сотен метров, я уж точно ничего толком не увижу.

Итак, дана задача: подобраться к зданию. Совершенно ясно, что часть здания со стороны парадного входа, выходящая на проезжую улицу для меня совершенно недоступна. А просто полицейские остановят чуть ли не сразу, едва я начну движение в том направлении. Улица. Открытое пространство. Опасно. Может простреливаться, окон в пекарне предостаточно. Никто не позволит мне там разгуливать.

Совершенно иная картина может получиться, если подступать к зданию со стороны двора. Двухэтажный особняк еще дореволюционной постройки наверняка с той стороны имеет целую кучу всевозможных хозяйственных пристроек: сараи, флигель, возможно, бывшая конюшня. По моим прикидкам, с той стороны у меня может быть реальный шанс укрыться от полицейских наблюдателей, а может даже и получится проникнуть в сам дом. Не в момент штурма, конечно, я же не дурак лезть под пули без всякой защиты, но хотя бы, когда он только-только закончится.

Ход с улицы во дворы отыскался без труда. Рядом с тем кафе, в котором мы еще недавно с Сашкой пили кофе, в стене дома зияла высокая, полукруглая арка. Стараясь не привлекать излишнее внимание, двинулся в том направлении. Впрочем, скорее всего, мог бы так уж сильно и не стараться: полицейским, ожидающим начала штурма, было совершенно явно не до одинокого, совершенно безоружного подростка — ушел с глаз долой, да и лях с ним!

Арку миновал, осмотрелся по сторонам. С этой стороны стена из стоящих впритык старинных домов представляла собой намного менее приукрашенную картину: никакой штукатурки, голая, немного неровная кирпичная кладка, в подтеках и потемневшая от времени. И, как я и предполагал, во дворе присутствовала целая масса всевозможных разнокалиберных построек. Это не дворы в современных многоэтажках, где кроме, возможно, детского пластикового домика с горкой вообще нет никаких строений. Тут поколения жильцов за век с лишним очень много что для себя понастроили. Причем, очень похоже, вообще без какого-то бы ни было предварительного архитектурного плана. Во всяком случае, сараи, гаражи и голубятни, ну и просто всевозможная растительность, разросшаяся едва ли не до масштабов небольших лесных массивов, торчали там и сям, очень сильно мешая обозревать здешние окрестности возможным наблюдателям.

Полицейское оцепление, все же обнаружилось и с этой стороны захваченного марионетками суккубы здания тоже. По иному, разумеется, и быть не могло, ведь не совсем же дилетанты здесь работали. Но, опасаясь ментального воздействия демонессы, располагались они на некотором, довольно приличном отдалении от дома, потому, прикрываясь от их взглядов отдельными возвышающимися элементами здешнего пейзажа, на охраняемую ими территорию я смог просочиться без особого труда. Затаился я неподалеку от каменной будки какого-то непонятного, заросшего мхом сооружения и только в этот миг задумался: а за каким лешим я сюда вообще пробирался? С этой позиции действия наших бойцов видно ничуть не лучше, чем от того же командного автобуса. Совсем ничего не видно, если быть более точным.

Меж тем, по ту сторону дома дело, очевидно, уже дошло до штурма. Грохнули заподряд два глухих взрыва, начали раздаваться выстрелы. Черт, кажется, я, действительно, умудрился выбрать, мягко скажем, далеко не самую удачную позицию для получения визуальной информации о ходе штурма!

— Салман, ты точно уверен, что из этого воздуховода есть выход наружу? — Услышав в непосредственной близости от себя отчетливый женский голос с нотками истерики, я непроизвольно закрутил головой вокруг в поисках его обладательницы.

Хозяйки голоса не увидел, зато услышал гортанный мужской голос, донесшийся уже чуть со стороны — как раз оттуда, где возвышалась та непонятная будка, прятавшая меня от взоров полицейских наблюдателей:

— Не сомневайся, услада моего сердца, когда я покупал помещение под пекарню, сам лично все проверил. Выйдем во дворе. Сейчас я открою люк, и ты, душа моя, сможешь в этом убедиться.

Услышав скрежет, который издают давно не смазанные дверные петли заявленного Салманом люка, я понял, что невидимые мне люди достигли конечной точки своего подземного маршрута. И не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы связать голоса этих вот любителей подземных прогулок и вроде как блокированную в соседнем здании суккубу. И тут для меня остался всего один вопрос. Ну, да, классический: что делать? Пытаться привлечь внимание полицейских, стоящих в оцеплении совсем неподалеку, конечно, возможно, но как-то я вовсе не уверен, что они будут пытаться задержать беглецов, а не встанут на их защиту. Во время учебных лекций в нашем отряде подобных историй о способностях суккуб к подчинению людей я наслушался уже немало. Расстояние то тут между нами совсем ничтожное, и маловероятно, чтобы кто-то из этих полицейских оказался хотя бы относительно ментально устойчивым.

И все же предпринимать хоть что-то было нужно. Я бы себе никогда не простил, если бы позволил уйти этой прирожденной убийце просто так, не попытавшись хотя бы хоть что-нибудь сделать. В панике принялся осматриваться вокруг себя. Взгляд зацепился за лопату, которую кто-то, скорее всего местный дворник, прислонил к стенке того кирпичного строения, из которого вот-вот должны были показаться враги. Ага, буду в точности, как в том древнем анекдоте про стройбат, которые настолько звери, что им никакого оружия опаснее лопат в принципе не выдают.

За черенок лопаты я ухватился в аккурат в тот момент, когда за углом будки в очередной раз скрипнули дверные петли, извещая о появлении на улице отряда противников. Интересно, сколько вообще марионеток прибыло с суккубой? Ясно-понятно, что меньше девяти, ведь из пекарни до сих пор доносятся звуки схватки. Кто-то из марионеток точно оставлен прикрывать отход своей повелительницы. А! К черту все эти расчеты и сопутствующие промедления! Весь в полной боеготовности, с занесенной над головой лопатой, я выскочил из-за угла в направлении щурящихся с темноты на белый свет противников. Всего двое! И один из этих двоих точно суккуба! Лицо один в один, как на фотографии, только грязное какое-то. Даже неловко перед красавицей, что застал ее в таком вот вычучканном виде.