Прекрасное далеко (СИ), стр. 24

Лежащие с края почерневшие кирпичи я откинул. Следом за ними потянул штуковину, которая изначально показалась мне обрывками какого-то мехового изделия. Попытался потянуть, почти сразу же отдернув руку и даже шарахнувшись в сторону. Это буро-черное нечто оказалось вовсе не куском меха, а самым настоящим животным. Неподвижным и окровавленным, но негромкое угрожающее шипение с той стороны послышалось отчетливо.

Остановившись в нескольких шагах, я напряженно вглядывался в густую полумглу, пытаясь на глаз определить степень таящейся там опасности. Получалось у меня… не слишком хорошо.

— Что там? — Вопросил меня из-за спины голос Сашки.

— Не знаю. Какое-то животное… шипит… — обрисовал я стоящую перед нами проблему.

Подождали еще какое-то время. По-прежнему, никакого шевеления со стороны зверюги. В принципе, не такая уж она и большая, где-то со средних размеров собаку. Все же принялся озираться по сторонам. Трогать невооруженной рукой даже такого относительно невеликого зверя мне не хотелось. А ну, как укусит? То же бешенство ведь так до сих пор и не искоренено.

Чем потыкать в неподвижного зверя я все-таки отыскал. Когда-то очень давно это было по всем признакам табуреткой. Одна из ножек ее даже относительно неплохо сохранилась. Вывернув кусок гниловатой, но еще относительно твердой древесины из остатков уже окончательно трухлявой древней конструкции, очень осторожно я вновь подступился к своей цели.

— Не шевелится, — прокомментировал очевидное Сашка. После чего, очевидно, решив проявить свою долю участия, в свою очередь, отложив в сторону свой приказавший долго жить магический анализатор, забрал у меня из руки мой инструмент, вновь принялся неловко шерудить мягковатое, но плохо податливое тело, — похоже, сдох.

— А что же тогда там так шипело? — Задал я вполне резонный вопрос.

Впрочем, животное действительно не подавало признаков жизни. Не пошевелилось оно и тогда, когда Сашка, орудуя ножкой табуретки, как рычагом, все же умудрился спихнуть его из топки каминного портала себе под ноги.

— Ого, тут еще один, похоже детеныш! — Из-за спины моего приятеля мне было плохо видно. — Мелкий еще. Но живой. Смотри, какой милашка. И не шипи мне тут!

Ага, шипение точь в точь, как раньше, но после того, как увидел его источник, милого черного кутенка с буроватой продольной полоской на загривке, страшно мне уже ничуть не было. Все же, хоть и уже поздновато, для порядку призвал Громова к бдительности:

— Зря ты его на руки взял, у диких животных могут быть всякие заразные болезни.

— Ну, не бросать же его тут, он же еще совсем кроха. Как думаешь, кто это?

— На кота не похож, барсук? Тоже не то, — принялся я перечислять обитающих в нашем регионе диких животных. — Может, росомаха?

— Не-е, не она это, я росомаху в зоопарке видал. Его мамаша на росомаху по размеру не тянет, — не согласился со мной Сашка и тут же удивленно воскликнул: — ого! Смотри, Жека, кажется, мы тут клад нашли! Из горшка монеты насыпались.

И таки да, клад тут действительно был. Причем, монеты, кажется, вполне себе золотые. Тяжелый металл желтого цвета, что еще-то? Очень удивил найденыш. Пока Сашка стоял там, вглядываясь в лежащее перед ним богатство, умудрился из его рук выскользнуть, шмыгнуть к монетам и запихать даже не одну, а парочку монет себе за щеки. И категорически отказался их выплевывать! Но хоть не шипел больше.

Чугунок с еще остающейся в нем частью клада мы тоже составили на пол.…Ну, или, если точнее, на землю, пола, как такового в этом подвале не было, не то он не предполагался изначально, не то просто сгнил за десятилетия заброшенности данного строения. Следом за чугунком тщательно собрали и тоже скидали внутрь монеты. Я даже не поленился, отошел в центр помещения, тут было заметно светлее из-за по-прежнему сияющего с потолка пролома:

— Десять рублей, 1899 год, — прочитал я, сильно напрягая зрение из-за скудного освещения подпись под раскинувшим крылья двуглавым геральдическим орлом, — а с другой стороны какой-то дядька. Наверное, царь. О, точно: б. м. Николай II, император и самодержец всеросс. Всероссийский, значит.

И таки дымоход действительно был. Тесный, мне, чтобы в него протиснуться, пришлось, пыхтя, извиваться на манер дождевого червяка. Но это даже и к лучшему, зато без особого труда, упираясь в стенки, смог вылезти на поверхность. А вот Сашка в том подвале несколько задержался: сначала подал мне свой прибор определения тахионной активности. Хоть и не работает он теперь, но учетная же вещь, Громова старшего за ее пропажу по головке не погладят. Впрочем, одним М-аппаратом Сашка не ограничился: вторым рейсом мне в руки был передан котелок с монетами. И третьим тоже золото же. Часть монет Сашка увязал в свой свитер — а просто тяжелые эти монеты до ужаса. С возвышения спихнуть чугунок с ними на землю у нас совместными усилиями получилось практически без труда, а вот протащить ему в одиночку по дымоходу и без того не самую легкую посудину с полной загрузкой — уже нет. Уже много позже, после возвращения, посчитали: в чугунке было спрятано без малого две тысячи монет. Целый пуд золота!

Но и на этом ерзанья моего приятеля по закопченной конструкции не закончились. А кутенок! Не оставлять же его в замурованном подвале на погибель. Очень похоже, что у Сашки в результате этого похода появился новый питомец, вон, как нежно его к себе прижимает.

— Скажи мне, Жека, у меня тоже все лицо вымазано в саже? — Был первый вопрос моего одноклассника с того момента, как он выбрался, наконец, на поверхность. И, прочитав истину в моих глазах, добавил упадническим голосом: — меня родители сегодня точно прибьют. Мало того, что у отца подотчетный М-анализатор сломал, так еще и всю одежду вычучкал.

Угу, это он еще о вытащенном им звереныше не упоминает, подозреваю, по этому поводу ему еще один, отдельный разговор предстоит.

Ну и подведу конец всей этой истории. Прибить нас за испачканную одежду, наши родители, все же не прибили. Даже журили не слишком сильно. А золото! На столь обеспеченных школьников у них рука не поднялась. Шучу. Не знаю, как у Сашки, а свою долю от находки я, даже не задумываясь, передал на общесемейные нужды. Не какие-нибудь машины с квартирами покупать. В последние годы, с развитием М-технологий, появились новые, хоть и очень дорогостоящие процедуры. А омоложение на двадцать — двадцать пять лет не хотите? Дохода с принесенной мной из этого похода моей части золота в аккурат на двоих хватит.

И таки принесенный Сашкой домой звереныш был не росомахой… и не барсуком. Нюхлер он! Именно так за его сильнейшую привязанность к золотым кругляшам назвали этот инопланетный вид живности. — Кто-то из приглашенных Сашкиными родителями экзобиологов вспомнил прочитанную в детстве книжку, где фигурировали как раз подобные, охочие до золота и прочих блестяшек волшебные зверьки. А вот по поводу так и не найденного нами портала в мир этих тварюшек Сашка Громов очень сильно расстраивался. А просто мир тот явно был магическим, Шнырь, так Сашка назвал своего питомца, очень ясно это подтвердил. Ну, полноценная иллюзия самого Сашки, наливающего в блюдечко молоко, для внеочередного перекуса этого проглота, ведь может служить таким подтверждением?

Глава 10

По сообщениям медиацентра Государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос», на российской лунной станции «Циолковский» проведена первая успешная промышленная зонная плавка природного аметиста. Напомним, зонная плавка — наиболее эффективный способ очистки природных кристаллов от примесей, позволяющий изготавливать гораздо более емкие накопители для устройств, работающих на М-технологиях.

Из публикации в российской газете «Известия».

— Пятый, вовремя ты сегодня. Хочешь своими собственными глазами увидеть, как мы наш город защищаем? — Обратился ко мне майор Малюк, когда я в очередной раз заявился в подразделение, готовый к очередной порции учебных наставлений.