Лучший травник СССР 2 (СИ), стр. 47

Что могу сказать. Финский пиджак из тонкой «лайковой» кожи на меня сел изумительно. Под него предполагался свитер из тончайшей белой шерсти с глубоким вырезом, который открывал вид на шнурок с медальоном, на сам медальон скрывал. Тёмно-серые брюки в ещё в более тёмную полоску и остроносые югославские туфли на высоком каблуке, почти сантиметра в три.

— Ого, прямо киноартист, и не из наших, — оценила жена, к которой я вышел показаться.

— Брюки не слишком длинные? — спросил я.

— А вы сядьте, — пододвинул он мне стул, — Но сразу предупреждаю, длина только под эти туфли.

Я сел, и понял, что всё он правильно говорит. Всё в самую тютельку.

Второй комплект, предложенный костюмером, был гораздо проще. Белый пуловер, чёрная футболка и светло-серые льняные брюки с плетёными полуботинками под цвет.

— Ещё есть варианты? — спросил я у мастера.

— Есть, но похуже, — поморщился он.

— Тогда не буду отнимать у вас время. Первые два меня устраивают. Сколько я вам должен?

Хм… Должен я оказался не мало. Почти две тысячи рублей. Как по мне — дороговато нынче стоит прилично приодеться для разового выезда в столицу.

— «Хотя, может будет мне в чём потом с женой по кинотеатрам ходить», — попытался было успокоить я сам себя, пока не понял, что нет.

Под мой прикид и её нужно будет одеть соответственно…

А и оденем! Клубника же растёт и пышет! Значит, заработаем и на наряды для жены!

— «Но кое-кому предстоит возместить мои траты»! — загодя мысленно пригрозил я москвичам.

А что такого. Могли бы и попроще одеваться, без излишнего выпендрёжа.

Скажем, ботинками и туфлями от «Уралобуви», или одеждой от фабрики «Большевичка» вполне можно обойтись. Так нет же. Отчего-то обходит население эти недорогие и вполне качественные изделия. Может оттого, что сделаны они ещё по довоенным лекалам и выглядят крайне убого?

Глава 22

Поменять Историю

В Москве мне бывать доводилось, так что, не шикуя, без проблем добрался автобусом до станции метро Домодедовская, а дальше на метро до Проспекта Маркса. Вышло быстро и недорого. Багажа у меня с собой минимум — всего лишь небольшой чемоданчик, обтянутый дермантином, который почти ничего не весит. Глазея по сторонам, прогулялся от метро до гостиницы с удовольствием.

Перед гостиницей засилье автомобилей. В основном чёрные «Волги» и даже две «Чайки» стоят. Ничо так меня занесло! В Свердловске можно месяц по улицам ездить и ни одной «Чайки» не увидишь, а тут сразу две. Красиво столица живёт!

Сама гостиница громадная. Я даже в какой-то газете читал, что она в книгу рекордов Гиннеса попала, как самая большая в мире. Теперь своими глазами увидел, что не зря попала.

Без очередей, пусть и небольших, в пять — шесть человек, не обошлось, хоть и администраторов было больше десяти.

— На меня должны были номер забронировать, — протянул я паспорт, когда очередь подошла.

Вот прямо ждал, что брони не будет, и даже надеялся на это. Тогда я с тихой грустью развернусь, пробегусь по магазинам и постараюсь попасть на вечерний самолёт, а если не повезёт, метнусь на вокзал.

— Есть на вас броня, товарищ Соколов. От Комитета Госбезопасности, — с уважением глянула на меня молодая миловидная администраторша, шустро заполняя бланк с моими паспортными данными, — Пройдите в кассу, а потом с чеком на седьмой этаж в корпус «В», к дежурной по этажу. Она вам ключ выдаст, — вернула она мне паспорт с копией листка на заселение.

Чистенький и довольно просторный полулюкс меня вполне устроил, пусть он и был не с видом на Кремль, а на реку. Хотя, если к самому окну прильнуть, то уголок кремлёвской стены всё-таки можно было заметить. В моём полулюксе был телефон, а в телефонограмме значился московский номер какого-то Иванова И. В. Тянуть время не в моих интересах, так что позвонить я решил не мешкая.

— Добрый день. Егерь Соколов из Свердловска. Мне бы товарища Иванова услышать.

— Я Иванов. Вы уже заселились в гостиницу?

— Так точно! — браво отозвался я в ответ.

— Скажите мне ваш внутренний телефонный номер. Он должен быть на аппарате записан.

— Три семьсот пятьдесят девять.

— Ожидайте в номере. В течении часа — полутора за вами приедут.

— А могу я… — хм, нет, не могу. Разговор прервался, и трубка запиликала короткими гудками.

От нечего делать сходил в буфет на этаже, который заметил, когда шёл заселяться.

Взял пару сосисок с макаронами, и не смог удержаться от парочки небольших бутербродов — с отварной осетриной и красной икрой. Ещё минут пятнадцать бесцельно посидел под чай с лимоном и рогаликом, прежде чем в номер вернуться. Там ещё полчаса пришлось пялиться в телевизор, где ничего интересного не нашлось.

Звонок по телефону.

— Товарищ Соколов?

— Так точно!

— Чёрная «Волга» у входа. Номер тридцать один шестьдесят девять. Спускайтесь, — сухо и коротко донёс незнакомый голос.

Надо же, какие они тут все немногословные. Прямо армейской ностальгией повеяло. Там нам тоже ничего лишнего не говорили, особенно в Афгане, при постановке боевой задачи.

Машину я нашёл и когда собирался сесть рядом с водителем, тот мне жестом показал на заднюю дверцу.

— Присаживайтесь, Александр Сергеевич, — пригласил меня неприметный мужик лет за тридцать пять.

— Представьтесь сначала, — держась за ручку дверцы, попросил я у него.

— Дроздов, Евгений Юрьевич, — хмыкнул мужик.

— Ответ не верный. Ещё есть что сказать?

— Конверт могу вручить, — хохотнул он.

— И что там? Американские доллары?

— Ваше командировочное удостоверение, уже закрытое. Командировочные деньги, к сожалению, в рублях, и билет на самолёт до Свердловска, — с сарказмом перечислил он, улыбаясь.

— Давайте ваш конверт, — протянул я руку, но так, чтобы он не успел её схватить и втянуть меня внутрь.

Конверт он передал и я, прикрыв дверь, изучил содержимое.

Всё, как он и сказал. И билет на утренний рейс через три дня на моё имя.

— А куда Иванов подевался? — спросил я, садясь в машину.

— Ну, не по чину ему егерей из гостиницы встречать, — уже откровенно хохотнул мужик, и этак, словно между делом спросил, — А чего вы вдруг так перепугались? Есть чего бояться?

— Я не пугливый, а осторожный.

— И чем же ваша осторожность вызвана?

— Подписками, чем же ещё. Их на мне, как блох на дворовом бобике, — пожал я плечами.

— Афган?

— Он самый.

— Со срочной попали?

— Как сверхсрочник. Был демобилизован по ранению.

— И награды есть?

— Орден Красной Звезды. Кстати, а куда мы едем?

— В «Кремлёвку», — ответил он на автомате, на чём я его и поймал.

— Это… — многозначительно протянул я.

— Больница, — поморщился он в ответ, поняв, что сказал лишнего.

Ох и любят же эти «молчи-молчи» изображать секретность на ровном месте. Я и так догадывался, кто за моим вызовом в столицу стоит, так тут ещё и администраторша невзначай при заселении это подтвердила.

Я больше ни о чём не спрашивал, да и собеседник перестал проявлять активность, так что к больнице № 1 на улице Грановского мы подъехали в скорбном молчании.

При входе в больницу мой сопровождающий с кем-то пообщался по внутреннему телефону и минут через десять миловидная медсестра сопроводила нас до небольшого, но вполне уютного кабинета на втором этаже. Там был диван, телевизор, стол, и несколько кресел. В которых мы и просидели добрых полтора часа, кого-то ожидая.

Дождались двоих. Оба в возрасте, один в изрядном. Второму под полтинник.

Тот, что помоложе, уселся в кресло за столом, второй напротив нас, на диван.

— Значит это вы вылечили рак у жены второго секретаря Свердловского обкома партии? — как-то очень круто начал тот, что уселся за столом.

— Нет, — ответил я просто и коротко.

— Как нет? У неё была вторая стадия рака, а после ваших снадобий она оказалась совершенно здорова!