Туманная воровка, стр. 8

– Почему этому ублюдку нельзя отрубить башку? – поинтересовался король альверов. – Как я вижу, вы позволили ему удрать в свой уютный маленький дворец.

В челюсти дедушки дрогнул мускул.

– Согласно нашим традициям, эльфийский король восходит на трон после удачно завершенной битвы. Он потерпел поражение в схватке с вами, но не нарушил наших законов, и это усугубляет ситуацию.

Бои выдались более чем изнурительными. Мне и в голову не приходило оставлять их в живых.

– Что за идиотские обычаи, – сказал король низким и резким голосом. – И бессмысленно возлагать это бремя на нее.

Я уставилась на свои ладони, одурманенная внезапным порывом встать рядом с королем альверов в знак солидарности. Эти мысли терзали мой разум, Ваше Величество. Именно эти мысли.

– Но она заветный трофей. Я уже упоминал об аффинности моей внучки. – Элдирард откинулся в кресле. – В ней немало прекрасных качеств, но еще больше – пугающего, опасного и жестокого. Она способна забрать ваших домочадцев, сыновей, текущую в ваших жилах магию и бросить их в пустоту своей темноты до последних войн между Богами.

Черт возьми, мне захотелось, чтобы пол разверзся и поглотил меня.

– И это все? – спросил король альверов почти разочарованно.

– Это… это все? – Дедушка в замешательстве наморщил лоб. – И вы не находите подобные способности устрашающими?

– Нахожу. Просто мне интересно узнать, почему все говорят о девушке так, будто она должна быть закованной в кандалы.

Разумнее было бы оставаться в маске невозмутимости, но проклятый король изрядно усложнял задачу. Если он снова заговорит, то я наброшусь на него через стол и буду обнимать до тех пор, пока тот не покраснеет.

Я ждала увидеть страх в глазах будущих родственников, но, к моему изумлению, их едва ли впечатлила угроза, исходящая от аффинности.

Элдирард прочистил горло.

– Принц Арион в данный момент должен заполучить Наттхавэн как наследник. Если до моей смерти Скадиния не обретет короля, то Арион станет правителем. Любой эльфийский король считается родственником для своих подданных. И ее аффинность будет верна его желаниям.

– Звучит несправедливо, – высказалась королева. – Ее приняли в вашу королевскую семью, а теперь она расплачивается за это.

– Очевидно же, что вторжение Ариона на наш остров не входило в планы, – ответил Элдирард, явно испытывая легкое недовольство. – Родственные узы – основная часть нашей магии, и Скадиния перейдет к вам благодаря принесенным обетам; ее сила никогда не будет использована против вас. У Льосальфара не хватит ни воинов и ни мощи, чтобы противостоять вам без участия нашего клана. Я полагаю, их король видит больше возможностей в союзе с фейри, а не в противостоянии с ними.

– Ваша точка зрения мне ясна, – произнесла королева альверов. – Вот только мы не фейри.

– Прошу простить меня, я имею в виду все королевства фейри. Ваши связи с ними обширны, и отныне вы создадите альянс с эльфийским народом. Впервые за всю историю. – Нескрываемое ликование, отразившееся на лице дедушки, альверы не спешили разделить. Негодующий Элдирард пришел в себя и продолжил: – Если же вас заботит отсутствие у нее выбора, то, уверяю вас, в наших соглашениях непременно допускается доля свободы, иначе они будут скреплены неверно. Скадиния находится здесь из-за желания обрести мир для своего народа.

На протяжении всего разговора я неотрывно рассматривала выемку на столе. Отчасти сказанное было правдой: мне не хотелось доставлять еще больше неприятностей клану Доккальфара. Но другая часть меня, пусть это было эгоистично, мечтала не приносить сердце в жертву ради достижения поставленных целей. Я грезила о союзе, заключенном на истинной любви, доверии и страстном томлении.

Посмотрев на принца, я заметила, насколько ожесточилось его лицо. В этой сделке не было места сердечным узам, и следовало бы хорошенько запомнить это.

Наклонившись вперед, принц Джонас произнес:

– Преимущества этого союза всем присутствующим очевидны, и каждый понимает, что может произойти, если он не состоится. А сейчас позвольте моей матери и отцу ознакомиться с вашими условиями.

Глава 4

Принц кошмара

Элдирард, на чьих тонких губах играла самодовольная ухмылка, достал из-под туники золотую цепочку, на конце которой висела деревянная трубка с начертанными позолоченными рунами по бокам.

Размером не больше моего мизинца, но едва король прислонился пальцем к верхней части, как крышка откинулась, высвобождая тонкий рулон пергамента.

По мере извлечения из деревянного сосуда толщина свитка увеличивалась, и когда он был вытащен, эльфийский стражник вручил моему отцу полностью сформированный свиток, запечатанный синим воском.

– Какого черта? – Сандер подался вперед, протягивая руку к зачарованной трубке, но я прижал кулак к его сердцу и покачал головой, не позволяя ему дотронуться.

Сандер послушно опустился в кресло, скривив губы. Немногое могло вывести брата из себя, но не дать волю его любопытству было кратчайшим способом добиться этого.

Его движение вырвало меня из намеренного задумчивого состояния, и я допустил ошибку, посмотрев через стол.

Боги, почему вы позволили ей выглядеть как самая яркая хрустальная звезда на ночном небосклоне, как неприкосновенная драгоценность.

Принцесса обладала блестящей насыщенной кожей, чуть темнее моей, и такими голубыми глазами, что они почти сияли, а фигура была тонкой, но не хрупкой. Сидевшая передо мной девушка владела темной силой, мрачной магией, способной похищать земли и даже самые яростные заклинания.

Принцесса умела затаскивать целые армии и людей в пустоту темных туманов.

Месмер – магия кланов альверов – не являлся чем-то чужеродным. Говоря откровенно, среди моих знакомых нашлось не так уж много тех, в чьих сердцах не таилось бы хоть капли злобы. Принцесса не уступала в могуществе им всем, и этот союз был призван уберечь ее от рук наших общих врагов, ни больше ни меньше.

Однако все стало бы гораздо проще, если бы чертово сердце не учащалось от одного ее взгляда в мою сторону, а я бы не возбуждался всякий раз, как она шевельнется, открывая все новые и манящие изгибы, скрытые под тусклым платьем.

Ума не приложу, что со мной происходит сейчас: тело редко вспыхивало от прилива жара в венах и желания прикоснуться кожей к коже, если девушка сама не давала понять, что хочет того же.

Никогда раньше эльфийская принцесса не намекала, что питает ко мне что-то, помимо неприкрытого отвращения, а я здесь сижу и воображаю, как пахнут ее чертовы волосы.

Пожалуй, за это я немного возненавидел ее.

Вожделение и страсть были мне не чужды. С того самого момента, как мне удалось улизнуть в лес неподалеку от дворца и познать, каково это – устроиться между женских бедер, я с удовольствием коротал ночи с девушками.

Ливия и Мира прозвали меня очаровательным бабником, а Алексий неизменно соглашался с Сандером, что однажды я стану отцом полдюжины детей от полдюжины женщин.

Однако их словам не суждено было сбыться. Я пил травы для предотвращения рождения детей с тех пор, как превратился в долговязого шестнадцатилетнего мальчишку.

Всякий раз, приглашая ночью очередную любовницу, я прямо выражал свои намерения. В конце встречи мы прощались и обменивались нежными поцелуями, и все возвращалось на круги своя, ведь я понимал, что они сплетались своими телами с моим из-за королевского титула.

Ровно так, как мне и хотелось.

Немногие знали меня настоящего. Только лучшие друзья, другие короли и королевы королевства фейри, брат, родители и их гильдия, стоявшая у них за спиной. Другим не имело смысла поступать так же.

Вот почему эта клятва оказалась идеальной.

Принцесса, наделенная собственным титулом и ничуть не беспокоящаяся обо мне, не стала бы добиваться моего сердца, чтобы возвести себя в королевы. К тому же я не сомневался, что ей противен один лишь мой вид. Она то и дело устремляла на меня свой взор, а затем стремительно отводила его, скорчив на лице недовольную гримасу.