Лучшая бабушка. Империя Железной леди (СИ), стр. 30

Метнулась к окну. Действительно, Панард стоял у крыльца. Всё так же прекрасный и манящий. Но вчера я же сама отвезла его графу и сказала, что пока покупать не буду.

Ничего не понимая, я захлопала глазами. Именно в этот миг в спальню вернулась Рита с подносом и произнесла:

— Ниночка Георгиевна, здесь бутерброды с сыром и ваш кофий. И оладушки для Людочки. А ещё в гостиной вас дожидается Владимир Львович по какому-то важному делу.

— Владимир?

Я замерла, недоуменно смотря на Риту.

Неужели же это он привёз Панард?

Больше некому. Но я не понимала, зачем он это сделал. Ведь вчера я все объявила Баскакову, что покупать автомобиль не буду, потому что нет лишних денег. Он промолчал в ответ, и я подумала, что он понял меня.

Я даже не стала завтракать. Быстро выпила кофе, привела себя в порядок и спустилась вниз.

Было около одиннадцати, и Владимир терпеливо дожидался меня в гостиной.

На мой первый же вопрос о Панарде у моего крыльца, он как-то загадочно улыбнулся одними кончиками губ и произнёс:

— Это подарок, Нина. Ты же очень хотела этот автомобиль.

— В смысле, подарок? Чей? От кого?

— От меня. Не беспокойся, он куплен полностью на мои личные деньги.

Я недоуменно захлопала глазами.

— Но как это? Я не понимаю…

— Чего не понимаешь? — он достал из кармана какую-то бумагу. — Вот купчая и договор. Теперь Панард твой. Езди на радость.

Я окончательно оторопела от его слов. Не то чтобы мне претило получать подарки от мужчин, но не такие безумно дорогие! А ведь Баскаков не был ни моим мужем, ни любовником. Или я чего-то не знала?

— Это немыслимо, Владимир. У меня даже нет слов.

— Ты хотела этот автомобиль. Я купил тебе его, — повторил он.

— Я не могу принять его. Он слишком дорогой, — промямлила я, а сама в душе уже довольно потирала лапки, что могу завладеть такой прелестью.

— Даже от меня?

— От тебя тем более, — тихо ответила я.

Пока я не узнаю, что связывало Нину и Владимира, и отчего он дарил ей такие подарки, я не хотела принимать от него подобные дорогущие дары. Отчего-то мне в голову полезли мысли, что они точно были любовниками в прошлом. Но какого рожна Нина не вышла за него замуж, когда развелась с Михаилом? За такого представительного, умного и классного мужчину? Зачем выбрала этого женоподобного, слащавого Аркадия?

Блин – блинский! Я уже ничего не понимала.

Я видела, как от моих слов по лицу Владимира прошла тень, а его глаза тут же потухли. Я увидела, как на его скулах заходили желваки.

— Если ты хотела унизить меня, Нина, у тебя это отлично получилось! — процедил он. — Что ж. Не хочешь принимать мой дар, не надо. Унижаться я больше не буду.

Он стремительно направился к выходу из гостиной, но я схватила его за руку, останавливая. Видела, что он очень обиделся и даже рассердился. Но я так не хотела обижать его.

— Погоди, Владимир. Я не то сказала, — начала я, подбирая слова. — Если ты так хочешь, я могу взять Панард.

— Хочу, — мрачно произнес он, сверкая на меня глазами.

— Тогда я оставлю автомобиль. Спасибо за подарок.

Он промолчал. Но тут же придвинулся ко мне вплотную, и я ощутила, что он хочет поцеловать меня. Он уже склонился надо мной, страстно прошептал:

— Если бы ты позволила мне снова, доказать что...

Глава 40.

Я не дала ему договорить, осторожно прикрыла рот ладонью. Отчего-то знала, что он хочет сказать. Но сейчас это было слишком рано. Я была совсем не против его поцелуев, даже совсем наоборот. Но сначала надо было решить всё с моим молодым мужем.

— Прошу, Владимир, не надо об этом, сейчас совсем не время, — сказала я нейтральную фразу. — Я благодарна тебе за подарок. Но хотела обсудить с тобой другое.

Он тут же отодвинулся.

— Прости. Что за вопрос у тебя?

— Я хочу как можно скорее развестись с Аркадием. Без лишних дрязг и желательно без отступных. Если и оставить ему что-то, то самую малость.

Взгляд Баскакова заметался по моему лицу, и я видела, что он поражён моими словами сейчас.

— Мда… Нина, — протянул он удивлённо. — Не думал, что услышу от тебя когда-нибудь нечто подобное.

— Так это возможно решить быстро?

— Думаю, да. Если, конечно, твой муж сам согласится дать тебе развод. По обоюдному согласию рассмотрение Священного Синода не требуется. Тогда требуется только подать прошение туда.

Причем тут Синод, я не знала, так как законы того времени были для меня «темный лес». Однако некую логику поняла: если раньше было венчание в церкви, то и разводы должна была рассматривать та же церковь, а значит, и ее высший орган — Синод. Если все согласны с разводом, то нужна только бумажка и все. Вроде бы все понятно.

Но вот в том, что Аркадий добровольно согласится на развод со мной в этом я не была уверена. Точнее, совсем не уверена. Почему-то казалось, что Аркадий вряд ли отпустит меня по своей воле, без хорошего «откупа».

Но у меня не было сейчас лишних средств, и это всё усложняло.

— Надеюсь, к этому времени новое завещание, где я все оставляю внукам, будет уже готово?

— Конечно, Нина. Я же сказал, нужна всего неделя, чтобы подписать новое, — ответил машинально Владимир и тут же задумался. — Но при чем здесь завещание? При разводе действуют законы Российской империи, завещание тут ни при чем.

— Ах да, прости, что-то я туплю, — улыбнулась я.

— Давай тогда на днях обсудим это, — предложил он. Я кивнула. — Кстати, я приехал к тебе с одним предложением, Нина.

— Каким же? Про моей «Императрице»?

— Нет. Через две недели в Нижнем Новгороде будет промышленная выставка. Новые изобретения, новые товары там будут. Можно будет решить, куда дальше лучше вложить твои деньги. Ты не хочешь прокатиться туда вместе со мной?

— На выставку, с тобой?

— Да, — кивнул он.

Это предложение было так неожиданно и заманчиво, что я даже разволновалась. Он предлагает поехать только вдвоем в другой город? Наверное, это будет замечательно. Я тут же хотела согласиться, но что-то останавливало меня.

— А почему бы и нет. Но мне надо подумать…

Неожиданно за нашими спинами скрипнула дверь. Совсем тихо, но мы оба резко обернули головы на этот звук. Я взглянула на Владимира, и он на меня так же красноречиво посмотрел.

— Там кто-то есть, да? — спросила я его тихо.

Похоже некто стоял за дверью и возможно подслушивал наш разговор.

В следующий миг из коридора послышались быстрые, удаляющиеся шаги. Баскаков сорвался с места, стремительно подошел к двери и резко распахнул её. Вышел в коридор.

Я поспешила за ним, также оглядывая пространство. В коридоре и парадной никого не было.

В этот момент раздался звук дверного колокольчика, и лакей, который появился в парадной, открыл дверь для Ростопчина, который откуда-то пришел.

— И где ты бродишь? — прорычал в сторону племянника Владимир. — Зачем я рекомендовал тебя на службу, если не охраняешь Нину Георгиевну!

Петр уже приблизился к нам и отчеканил:

— Нина Георгиевна уже встала? — спросил Петр, приближаясь к нам. — Когда я уезжал, вы еще спали, сударыня. Извините, что задержался.

— Не брани его, Владимир. Я разрешила Петру по утрам отлучаться. Надо же как-то расследовать это щекотливое дело. Убийца-то все еще на свободе. Я же закрываю дверь своей спальни на ключ, потому вряд ли кто-то вломится ко мне ночью.

— Я ездил в министерство и полицию, изучал архивы, где хранятся личные дела всех знакомых и родни Нины Георгиевны, — объяснил Ростопчин. — Может, мне удастся найти какую-то зацепку.

— Прости, Петр. Но все это мне не нравится, Нина.

— Мне тоже.

Я улыбнулась Ростопчину и велела:

— Через полчаса жду вас на улице, поедем в мою гостиницу. А пока оставьте нас.

Молодой человек поклонился одной головой и быстро удалился в сторону лестницы, ведущей наверх.

— Возможно, нам это только всё показалось, что нас кто-то подслушивал? — спросила я Баскакова.