Белая ворона на факультете Теней. Трилогия (СИ), стр. 56
К тому же мы с Вендис вовсе не опаздывали на урок – однокурсники до сих пор толпились в коридоре, ожидая, когда нас впустят в аудиторию, хотя звонок на занятие только что прозвучал.
‑ Если бы они знали, что за монстры прячутся за теми дверьми, то вряд ли бы так ломились на занятие, – начала я, но тут же осеклась и нахмурилась: – Вендис, да что с тобой такое?
Она молчала, уставившись куда‑то вдаль, и в этот момент мне показалось… Если честно, я внутренне напряглась, подумав, что сейчас на нее снова накатит странное состояние, в котором в Вендис словно вселялись демоны.
‑ Все хорошо, – пробормотала я, решив, что надо как‑то успокоить подругу. – Правда, ничего не происходит, и я рядом с тобой. Вот, держу тебя за руку.
Пусть накатывает, стукнуло мне в голову, но в моем присутствии и когда мы будем одни. Я уже привыкла, и бесстрашного мотылька внутри меня ничем не напугать. Но здесь, среди однокурсников, Вендис лучше подобного не делать.
Лучше для Вендис, я имела в виду.
‑ Дыши глубже, – пробормотала я, а затем закрутила головой, пытаясь выяснить, куда она смотрит и что могло так вывести ее из себя.
Увидела – чуть дальше по коридору возле одного из окон стояли трое из Ордена Нокса: Дарен Хольц и две девушки, чьи имена я попыталась выловить из памяти.
Иара и Мелис – кажется, так их звали.
Так вот, эта троица стояла и смотрела в нашу сторону.
‑ Ты права, все хорошо, – безжизненным голосом отозвалась Вендис.
А потом распахнулась дверь в аудиторию, и из нее вышли сразу два преподавателя.
Один – седовласый магистр Эндор, который вчера на своем занятии назвал нас «исчадиями Темного ада», заставляя решать примеры два часа подряд. Второй – тот самый паукообразный магистр Коммор, который сразу же мне понравился.
Они пожали друг другу руки, и магистр Эндор с важным видом произнес:
‑ До вечера, друг мой! Продолжим на том же месте, где остановились. Кажется, сейчас у тебя занятие… Или вы ко мне? – и уставился на нас, пытаясь вспомнить.
‑ Ваше занятие у нас следующей парой, магистр Эндор, – кисло сообщил ему кто‑то из парней.
Пожилой преподаватель кивнул, а затем кровожадно заявил, что будет ждать всех на Вычислении и к нашему приходу как раз приготовит отличные примеры и задачи. После чего зашагал по коридору в противоположную от той троицы из Ордена Нокса сторону, а магистр Коммор позвал всех в аудиторию.
Мой курс принялся толкаться в дверях, наверное, с мыслью занять дальние парты. Хотя именно там стояли самые ужасные банки с пауками, уж я‑то знаю!..
Вендис еще не до конца вышла из своего ступора, тогда как я глядела вслед удаляющейся троице из Ордена Нокса, пыталась понять, что это означает. Зачем они приходили в этот коридор, к аудитории магистра Коммора? И почему сейчас ушли?
Поджидали Вендис? Жаждали снова лицезреть меня? Или же явились посмотреть, как расстались два преподавателя, пожав друг другу руки и договорившись о вечерней встрече?
Этого я не знала, но когда вошла в класс, подталкивая перед собой подругу, а заодно наступив противному Ранару на ногу – исключительно по велению своей Светлой души…
Оказалось, что доска возле преподавательского стола сверху донизу была исписана сложнейшими формулами, и похожие я уже где‑то видела.
Конечно же, в доме Астеров, когда отец спускался на кухню, не в состоянии оторваться от своих записей и расчетов, поэтому приносил их с собой. Или же когда я убиралась в святая святых – его лаборатории.
Выходило… Я внимательнее посмотрела на доску, пытаясь вспомнить. Так и есть – получалось, эти два преподавателя бились над той же самой проблемой, что и мой отец!
Глава 5
…А потом я стала делать то, что мне неплохо удавалось, – жаловаться.
Занятия к этому времени уже закончились, и я успела получить три «Отлично» по всем сегодняшним предметам.
Вычисление всегда было моей сильной стороной, как‑никак я все же дочь ученого. История – сильной стороной меня, но через десять лет, и если мне не хватало собственных знаний, то я без зазрения совести принималась копаться в чужих.
Вернее, в знаниях, которые оставила в моей голове Лирьен Астер из будущего.
Может, у меня не имелось ответов на все каверзные вопросы преподавателя, но на отличную оценку хватило и этого.
На Анатомии тоже все прошло не так плохо, как могло быть. Меня вовсе не тошнило, как нескольких моих однокурсников, когда каждому из нас выдали по трупу огромного мохнатого паука и приказали его препарировать, строго следуя инструкциям магистра Коммора.
Кого стошнит или же кто упадет в обморок – тому неуд по Анатомии, потому что мы – Темные и должны быть готовы ко всему.
‑ Внутренности ваших врагов не должны запугать или остановить боевого мага, – говорил преподаватель, уверенно разделывая на своем столе еще более монструозного паука, заодно показывая, где и что у того расположено в брюхе.
Иногда магистр Коммор провожал взглядом кого‑то из наших с Вендис однокурсников – тех, кто выбегал в коридор «подышать» свежим воздухом. Спрашивал их имена и делал пометки в своем журнале.
‑ Думайте о приятном, – как перед началом экзекуции, так и во время нее то и дело повторял преподаватель. – Например, о смерти вашего врага. Представьте, что перед вами лежит именно он.
Вендис рядом со мной сосредоточенно кромсала своего монстра. Ее нисколько не тошнило, да и в обморок она падать тоже не собиралась.
Гордон, пусть и зеленоватого оттенка, спокойно копался во внутренностях паука. Через две парты от нас Ранар постоянно косился на меня, и я не сомневалась в том, кого именно он представлял перед своими глазами.
Что вместо паука он с удовольствием вонзает свой скальпель в тело Лири Астер.
Я попыталась было представить перед собой Ранара, но меня замутило так сильно, что скальпель едва не выпал из моих рук.
Судя по всему, со Светлыми такое не работало – потому что мне не помогало даже представлять перед собой Воинов Хаоса или их сопровождающих. Может, потому что первые были людьми, и я это видела своими глазами. А вторые – огромными собаками‑мутантами.
Пусть в них было куда больше от мутантов, чем от собак, но рука со скальпелем у меня не поднималась все равно.
Тогда я стала думать… о самом разном.
О том, что доставляло мне радость.
О своих книгах, о пушистой шерсти Банди, о его не слишком умелых кошачьих ласках, когда он пытался потереться о мою руку.
Затем мысленно перекинулась на Шейнара, вспоминая наши разговоры и жаркие перепалки. То, как он меня защищал, то, как подставился под удар в «Алом Тигре», а затем явился в мой дом спасать от нечисти из‑за Врат.
После чего Шейнар меня поцеловал.
Оказалось, за этими мыслями я и не заметила, как препарировала огромного паука ровно по инструкции магистра Коммора.
Получив свое «Отлично», я собралась с мыслями, подошла к преподавателю и спросила, решением какой проблемы он занимается вместе с профессором Эндором.
Но магистр торопился, так что толкового разговора у нас не вышло. Следом за нами на Анатомию уже явился второй курс, поэтому преподавателю и двум его помощникам нужно было убрать старые трупы и принести новые. Ну и привести в чувство тех из моих однокурсников, кто прилег у стеночки, оказавшись слишком впечатлительными для Темных.
‑ Обсудим это в другой раз, мисс Астер, – заявил мне магистр Коммор. – Кстати, я знаю о вашем отце, читал многие его работы. Можно даже сказать, что они стали основополагающими в моих исследованиях, хотя ваш отец допустил серьезную ошибку.
‑ Ему бы не понравилось такое услышать, – пробормотала я, но магистр Коммор был занят, а нам уже пришла пора идти на следующее занятие. После чего на третью пару, а затем на плац, где по дороге я и встретила Шейнара.
Одного, без Лауры Милтон.