Нулевой Отряд (СИ), стр. 32

Умник придвинул стул и подробно пересказал, что видел: расположение вагонов, загнутые листы, обгоревшую землю. Отдельно пояснил, где находились погибшие. Брат уточнил характер ранений и спросил, успела ли охрана воспользоваться оружием, после чего Вейс достала ещё несколько страниц.

Все девять умерли от множественных травм. Пистолеты остались в кобурах; следов использования защитных артефактов не обнаружили. По крайней мере, так утверждали составители отчёта. Я просмотрел фотографии и вернул их в папку. Каким бы ни было нападение, сопротивляться сопровождавшие груз почти не успели.

— Полковник мог использовать металл вагонов или рельсы, — сказал Сайто. — Повреждения тел этому соответствуют?

— Характерных ран нет, — ответила Вейс. — Кроме того, по показаниям Косьянова до остановки он находился в головном вагоне. Первых погибших обнаружили в хвосте состава.

— Значит, либо он успел переместиться, либо действовал с расстояния, либо рядом был кто-то ещё, — произнёс я. — Пока фотографии ни одну из этих версий не исключают.

Вейс внимательно выслушала, но уточнять ничего не стала. Я тоже не собирался объяснять, о чём подумал. Девять человек могли оказаться случайными свидетелями, охраной нужного кому-то груза или самой целью нападения. Скверне требовались человеческие жертвы. В прежнем мире заражённые ради этого устраивали теракты, провоцировали катастрофы, собирали секты, а потом уничтожали собственных последователей. Груз здесь вполне мог служить лишь удобным поводом.

— Следы посторонних на месте остались? — спросил я. — Если вагоны исчезли вместе с грузом, кто-то должен был их оттуда вывезти. Или хотя бы оставить следы.

— Часть участка уничтожил пожар, а до прибытия специалистов прошёл сильный дождь, — ответила Вейс. — Полные материалы осмотра предоставим. Но объяснить исчезновение вагонов пока не можем.

— Тогда доставьте Косьянова сюда, — предложил Меньшиков. — Вы хотите, чтобы мои люди оказались в вашем комплексе, о существовании которого я узнал только сейчас. С тем же успехом вы можете провести осмотр на моей территории.

— Нет, Александр Александрович, — возразила Вейс. — Мы не станем перевозить человека, чьи действия сами пока не способны объяснить. Наш комплекс подготовлен к его содержанию. Поместье — нет. И если он действительно опасен, перемещение только создаст дополнительный риск.

На этот раз великий князь возражать не стал. Он поднялся и подошёл к Дмитрию, который продолжал изучать фотографии. Умник посмотрел на отца только тогда, когда тот положил ладонь на край стола.

— Ты не обязан принимать это предложение. Я хочу, чтобы ты отказался.

Дмитрий отложил снимок. Просьба явно удивила его больше, чем прежние запреты. Несколько секунд он смотрел на отца, затем перевёл взгляд на нас с Сайто.

— Если я останусь, Денис и Семён всё равно могут согласиться, — сказал он. — А если откажемся все, проблема никуда не исчезнет. Ты сам слышал: угроза, из-за которой нас выбрали, останется.

— Пока вы в поместье, я обеспечу защиту.

— Я в этом не сомневаюсь. Но сколько нам здесь сидеть? И что изменится за это время?

Меньшиков убрал руку со стола. По его лицу нельзя было понять, что именно он хотел ответить. Возможностей у главы Тайной канцелярии хватало, но обещать нам, что Нулевой отряд оставит нас в покое, он почему-то не спешил. Сайто наклонился ко мне и негромко спросил, собираюсь ли я ехать.

Я ещё раз взглянул на служебную фотографию. Потеря памяти, девять погибших, исчезнувший груз и двое специалистов, которым стало не по себе рядом с выжившим. По отдельности всё это могло иметь обычное объяснение. Вместе слишком напоминало то, с чем мне уже приходилось сталкиваться.

Вейс знала о Скверне, но о возможностях самого отряда я пока мог только гадать. Возможно, они действительно не умели уверенно отличить заражённого от обычного одарённого. Возможно, уже знали ответ и хотели проверить меня. Выяснить это, сидя в поместье, не получилось бы. Отпускать шанс узнать о местной Скверне больше мне тоже не хотелось. Когда-то я уже остался без жены и троих детей. Младшему было два года. Второй раз ждать, пока опасность доберётся до моей семьи, я не собирался.

— Хочу понять, что там произошло, — ответил я. — Но ехать без связи и возможности вернуться не стану. Ты можешь подождать здесь. Разговор с Косьяновым я проведу сам.

— После того, как нас пытались увезти силой, я никуда тебя одного не отпущу, — сказал Сайто. — Только если заметишь что-то опасное, предупреждай сразу. Не после того, как решишь проверить поближе.

Спорить с ним при Вейс я не стал. Брат слишком хорошо меня знал, чтобы удовлетвориться обещанием соблюдать осторожность. Рассказывать ему о Скверне я по-прежнему не собирался, но и оставлять без предупреждения в случае опасности не стану. Придётся держаться рядом и не позволять сотрудникам отряда разводить нас по разным помещениям.

Дмитрий закрыл папку.

— Я тоже поеду. Мне нужны исходные записи, результаты обследований и собственное оборудование. Проверять чужие выводы по подготовленной для нас выжимке бессмысленно.

Вейс согласилась предоставить материалы, относящиеся к Косьянову и составу. Ноутбук Умника разрешили взять после проверки безопасности. На обсуждении связи Меньшиков снова вмешался.

— Канал устанавливают и проверяют мои сотрудники, — потребовал он. — До встречи с Косьяновым я должен иметь возможность связаться с каждым из них. Если связь не работает, осмотр не начинается.

— Принимаю, — ответила Вейс. — В комплексе есть оборудование для защищённой связи. Ваши специалисты смогут убедиться, что канал действует, прежде чем группа встретится с полковником.

Гораздо дольше спорили о сопровождении.

— Мои люди должны находиться рядом с группой, — настаивал Меньшиков. — Вы сами признаёте, что не понимаете, на что способен ваш подопечный. Почему я должен оставлять Дмитрия за дверями объекта без охраны?

— Потому что внутри действует наш режим безопасности, — ответила Вейс. — Дополнительную вооружённую группу мы не можем пропустить без проверки и согласования. Ваше сопровождение останется у внешнего поста, чтобы поддерживать связь и встретить группу при выходе.

— Тогда сначала подтверждаете связь с постом, и только после этого они идут к вашему полковнику, — потребовал великий князь. — Если связь оборвётся, встречу прекращают.

В конце концов договорились, что сопровождение останется на внешнем посту, а без устойчивой связи осмотр не начнётся.

— После проверки вы возвращаете их сюда, — произнёс Меньшиков. — Никаких дополнительных заданий, переездов и соглашений на месте. Если хотите продолжать переговоры, продолжите их в поместье.

— Эти условия я принимаю, — ответила Вейс. — Группа осмотрит Косьянова и вернётся. Другие предложения будем обсуждать отдельно.

Великий князь некоторое время смотрел на неё, словно искал подвох именно в том, что она не стала спорить. Затем направился к двери и вызвал начальника охраны. На вопрос Дмитрия о том, чем закончились его собственные разбирательства, он отвечать не стал. Через несколько минут в переговорной появились сотрудники с передатчиками, а во дворе начали проверять машины.

Подготовка затянулась. Люди Меньшикова уточняли маршрут, осматривали транспорт и согласовывали порядок связи. Вейс терпеливо отвечала, отказываясь только там, где речь заходила о внутреннем устройстве комплекса. Я наблюдал за ней и пытался понять, насколько происходящее отличается от её первоначального плана. Пока женщина не выглядела человеком, которому сорвали удачную операцию.

Мне выдали тонкий передатчик, крепившийся под воротником. Сайто получил такой же. Дмитрий попросил инструмент и вскрыл корпус своего устройства прямо на столе. Техник хотел возразить, но Умник уже снял крышку и рассматривал плату.

— Здесь стоит дополнительный модуль, — произнёс Дмитрий, указав на плату. — В описании устройства о нём ничего нет. Что он передаёт и когда включается?