Пустая ловушка, стр. 107

По дороге они включили радио и прослушали одиннадцатичасовые новости. После обзора международных новостей диктор сообщил:

«В то время как Антон Дровек, известный местный бизнесмен, получивший сегодня утром обширные повреждения головного мозга в результате дерзкой попытки ограбления, борется за жизнь в Уолтербургском мемориальном госпитале, полиция разыскивает некоего Гленна Лоуренса, вплоть до сегодняшнего дня являвшегося служащим одной из автозаправочных станций, принадлежащих семейной корпорации Дровеков. По данным полиции, Лоуренса сопровождает Сильвия Дровек, привлекательная брюнетка, бывшая манекенщица и жена Питера Дровека, младшего из трех сыновей Антона Дровека. Сегодня Сильвия Дровек бежала из своего дома, оставив своему супругу записку, в которой сообщила, что бросает его ради Лоуренса. Парочку собираются допросить в связи с нападением на Антона Дровека, у которого похищено триста тысяч долларов наличными. Приметы Лоуренса...»

Чип выключил радио:

— Настоящий цирк. Приманка для публики. Завтра репортеры так и набросятся на нас. Нэнси, завтра ты останешься дома.

— Но, папа...

— Я тебе приказываю, Нэнси. Ты останешься с матерью и будешь ограждать ее от самых назойливых, они могут ее расстроить.

— Хорошо.

— Думаю, нам всем придется залечь на дно, — заметила Джоан.

— Чиппер, — нерешительно произнес Пит, — если утром папа оправится... я хочу сказать, если он будет вне опасности, может быть, я смогу ненадолго уехать...

Помолчав, Чип решительно ответил:

— Если только полиция не потребует, чтобы ты оставался в городе. Мы прекрасно обойдемся и без тебя. Я даже не стану интересоваться, куда ты собрался и когда мы снова тебя увидим. Ты как камень у нас на шее, Пит.

— Это грубо, Чип, — заметил Лео.

— К чему нам притворяться? Не вижу никаких причин, хотя с нами Нэнси. Я не желаю поддерживать этот миф о Питере Дровеке. Если бы ты хоть чуть-чуть постарался сделать Сильвию счастливой, может быть, ничего такого и не случилось бы.

— Пожалуй, это не слишком-то честно, Чип, — вмешалась Джоан.

— Возможно. Мне наплевать. Я слишком долго ходил вокруг да около. Я вычеркнул тебя, Пит. С этого момента твоего имени больше нет в платежных ведомостях. Ты прекрасно проживешь и на дивиденды. И забери из дома свои личные вещи. Я собираюсь сдать его Джону Клиру. А ты можешь сделать карьеру в гостиных своих друзей и добиться звания самого приятного гостя.

Пит рассмеялся. Хрипло и отрывисто.

— Ты серьезно? — спросила Джоан.

— Вполне, — ответил Чип.

— Мне кажется, что в такой момент мы, наоборот, должны сплотиться.

— Он сам спросил, нельзя ли ему уехать. Я только согласился.

— Если полиция не станет возражать, — добавил Пит.

Неожиданно они заметили, что Нэнси плачет. Пит обнял ее:

— Эй, что случилось?

— Все так... ужасно, — всхлипывая, выдавила она, — все так несчастливы.

Репортеры и фотографы уже поджидали их. С трудом сдерживая натиск, Чип ответил на некоторые вопросы. Пит пулей пронесся к своему дому и заперся на все замки, не обращая внимания на звонки в дверь и по телефону. Наконец, его оставили в покое, и тогда он заметил, как пусто стало в его доме. Он не находил себе места и все расхаживал по комнатам — вертел в руках какие-то безделушки, потом ставил их на место, подходил к окну и всматривался в темноту. На какое-то время нужно уехать в Колумбию и пожить у Джиджи и Расти. Интересно, где теперь Сильвия? Наверное, лежит в какой-нибудь комнате, и ее обнимают загорелые жилистые руки Лоуренса. Обманутый муж. Он задумался над тем, как преподнесет эту историю Джиджи и Расти. Выйдет настоящая комедия. Они будут хохотать до упаду. Как легко заставить людей смеяться. Он настоящий комик, этот Пит.

Потом он подумал о старике, лежащем на больничной койке. Давай посмеемся и над этим, Пит, мой мальчик. Ты придумаешь какую-нибудь шутку.

Он налил себе выпить. Растянулся на гигантской кровати. И не мог избавиться от странного ощущения, что перестал быть самим собой. Он уже не понимал, кто он такой на самом деле. Пит Дровек, душа любой компании. Хо-хо-хо! В шляпе, как абажур. Им нравилось, как он изображал Марлона Брандо, когда тот покупает новый барабан бонго. Ха-ха-ха! Я знаю на память около четырехсот забавных стишков. Про старуху из Принстона. Про девушку по фамилии Маккракен. Про сумасшедшего старикашку Макгрудера. А еще можно сочинить стишок о том, как плакала моя хорошенькая племянница. Или о том, как парень с заправки превратился в убийцу. У него ушло немало времени на то, чтобы, лежа в одиночестве, разобраться в этих странных ощущениях. Но в конце концов Пит в них разобрался, и они привели его в ужас.

Ему стало стыдно.

Броуди лежал на койке в своем темном коттедже. Единственным источником света была шкала маленького пластикового приемника.

«Приметы Лоуренса, — вещал мужской голос, — рост шесть футов, вес около ста девяносто пяти фунтов, атлетического сложения. Темные, довольно длинные волосы, светлые серые или серо-голубые глаза, смуглое лицо».

Затем шло описание Сильвии и обеих машин. Броуди дослушал до конца. Закурил. Над ухом тонко пищал комар. Он не сомневался, что полиция выяснит настоящее имя напавшего на старика, но не ожидал, что это случится так быстро. Вероятно, сопляк допустил какую-то ошибку. Ему стало немного не по себе оттого, что они так быстро сработали. Он попытался рассуждать логически. Его они не найдут. Никто не видел его с Сильвией. Оставалась небольшая вероятность, что кто-нибудь видел его за рулем ее машины, описание которой только что передали по радио. Это был риск, но он сознательно пошел на него.

Нет, их они не найдут — они заперты в багажнике красного «форда». В уютном гнездышке. Их еще долго будут искать. И гораздо дальше отсюда.

Марк подумал о деньгах. Толстые, увесистые пачки. И никакого риска. Это сопляк добыл их и сам отдал тебе в руки. Держи, старина! Спасибо, дружище. Он затушил сигарету, вытянулся на койке и зевнул, потом приглушил музыку, так что она стала едва уловимой, и устроился поудобнее.

Глава 10

Во вторник, 24 июля, было душно. Солнце заволокло плотным туманом, воздух был совершенно неподвижным. Всю ночь папаша Дровек спал спокойно. Утром к нему впустили родных — по одному и только на несколько минут. Память возвращалась к нему обрывками, и он все еще плохо ориентировался во времени, то и дело принимаясь плаксиво спрашивать, когда же придет Марта. Он хотел выяснить, что с ним случилось, почему у него так болит голова, откуда эта слабость и тошнота. Ему объясняли, что он неудачно упал. На некоторое время он успокаивался, но потом снова принимался за расспросы.

На обратном пути из госпиталя Чип заглянул в магазин подарков, чтобы увидеться с Жанной. Они вышли в кладовую. Она обхватила его лицо ладонями и заглянула в глаза:

— Ты выглядишь совершенно измученным, милый.

— Чертовски неприятная история.

— Как он?

— Лучше. Похоже, все обойдется.

— Я рада.

— Во всяком случае, когда их поймают, им не предъявят обвинения в убийстве.

— Они уверены, что Сильвия тоже... причастна?

— Сегодня утром я снова переговорил с Биллом Шерри. Он ведет расследование. Отличный парень. Прошлой ночью глаз не сомкнул. Они выяснили, где Лоуренс был вчера утром. В баре неподалеку от своего дома. Бар у Ника. Около десяти Лоуренсу кто-то позвонил. Разговор был совсем короткий. Бармен говорит, что он так и бросился в будку — звонили туда. А потом поспешно ушел. Очевидно, весь маскарад — очки, шляпа и прочее — уже лежал в его машине. Кто-то сообщил ему, что мы с отцом едем в банк, и он заторопился, чтобы успеть туда раньше нас. И этот кто-то был отлично осведомлен о ежемесячной процедуре и о том, что, получив наличные, папаша подолгу просиживает над ними перед тем, как спрятать в сейф. Сильвия наверняка об этом знала.

— Может быть, они не единственные участники?