"Зарубежный детектив 2026-24". Компиляция. Книги 1-12 (15 романов) (СИ), стр. 593

Впоследствии в мировой криминалистике время от времени случались дела о закрытых комнатах, однако все они быстро раскрывались и приемы преступников выглядели прозаично: например, изначально казалось, что комната заперта изнутри единственным имеющимся ключом, а на самом деле убийца предварительно сделал дубликат; или в закрытой комнате находили тела мужа и жены, и следствие доказывало, что сначала муж убил жену, а затем покончил с собой…

В сущности, большинство убийц вовсе не стремятся показать особое мастерство или привлечь внимание, создавая видимость герметичного пространства, напротив, их главная цель – обеспечить себе неопровержимое алиби. Между тем существует множество других способов позаботиться об алиби, и любой из них проще, чем инсценировка закрытой комнаты. Тем более в криминалистике есть железный закон: чем больше действий преступник совершает на месте, тем больше он оставляет улик; иначе говоря, чем больше он возится на месте преступления, тем больше шансов, что останутся следы. К тому же с развитием современной криминалистики средства извлечения микроследов становятся все более совершенными, и только безумец решился бы, рискуя оставить отпечатки пальцев, орудия убийства, волосы и другие улики, способные навести на modus operandi [451], затевать такой сложный спектакль, неизбежно привлекающий к себе десятки экспертов.

Согласно архивным данным, в Китае преступлений в закрытой комнате и вовсе почти не зафиксировано: в материалах значится лишь несколько дел, произошедших в 1990-х годах, главным образом в городах второй линии [452], а объяснение случившемуся, как бы это дико ни звучало, напрямую связано с выходом в 1989 году популярнейшего китайского фильма ужасов «Одинокая душа черного дома».

В фильме «Одинокая душа черного дома» рассказывается о событиях, произошедших в период десяти лет анархии [453]: один старик, умирая, поручает своему другу заботу о дочке по имени Сяо Цзюй и оставляет на ее воспитание крупную сумму денег, но друг, охваченный жадностью, убивает девочку – вешает в подвале черного дома – и присваивает себе деньги. Десять лет спустя, когда дом готовят к сносу, мстительный дух Сяо Цзюй возвращается за жизнью убийцы… В начале фильма показано, как убийца, повесив Сяо Цзюй, стирает отпечатки пальцев, тщательно убирает все упавшие волоски, а затем при помощи тонкой проволоки делает маленькую петлю, набрасывает ее на задвижку замка и, выйдя за дверь, аккуратно тянет проволоку, чтобы задвижка закрылась, после чего ослабляет петлю, проволока соскальзывает, он вытягивает ее наружу через дверную щель, создав иллюзию того, что девушка покончила с собой в запертом изнутри помещении.

После выхода фильма некоторым злоумышленникам, видимо, пришелся по вкусу этот ход, и они стали подражать киногерою, инсценируя самоубийство в закрытой комнате. Поначалу полиция и вправду не сразу смогла раскусить трюк и классифицировала похожие дела как самоубийства. Но однажды, при расследовании дела в провинции Цзянси, опытный сотрудник полиции обратил внимание на одну странность: табурет, который использовала жертва, был слишком низким – при росте погибшего даже на цыпочках невозможно было достать до петли. Полицейский заподозрил убийство, но объяснить, как же преступник вышел из комнаты с запертой дверью, не мог. После нескольких дней мучительных раздумий этот полицейский вернулся домой отдохнуть, а проснувшись, увидел, что сын сидит перед телевизором и смотрит видеокассету «Одинокая душа черного дома»… Нетрудно представить, как его потрясло внезапное озарение.

Впоследствии не только это дело было раскрыто, Министерство общественной безопасности также специальным приказом обязало все управления по стране пересмотреть в течение года закрытые дела, квалифицированные как «самоубийства закрытого типа» (тогда термин «закрытая комната» в Китае еще не был известен, детективный роман не получил распространения), а тот самый полицейский был удостоен награды за заслуги второй степени.

Несмотря на то что уровень преступности по стране колебался год от года, дела об убийствах в закрытой комнате с тех пор встречались редко, и сама концепция закрытой комнаты внутри полицейской системы почти стала предметом насмешки.

И потому один-единственный вопрос Чу Тяньина – «А ты сам в жизни часто сталкивался с делами об убийстве в закрытой комнате?» – тут же лишил Ли Кохая дара речи.

– То есть, по-твоему, направление расследования дела должно быть определено как внутренний конфликт, приведший к тому, что жертвы просто-напросто поубивали друг дружку? – прищурившись, спросил у Чу Тяньина заместитель директора управления Ван.

Все взгляды в зале устремились на Чу Тяньина. Как докладчик по первичному отчету об осмотре места совершения преступления, он должен был задать общее направление следствия. Вопрос Вана именно к этому и подталкивал: взять на себя ответственность за ход дальнейшего расследования.

Разумеется, все уже догадались: после того, как он резко отмел версию Ли Кохая, почти наверняка Чу Тяньин собирался поставить на то, что преступление следует классифицировать как массовое убийство, вызванное внутренними разборками, – соответственно, жертвы и убийцы уже мертвы. Тогда главная задача – установить, кто из погибших был жертвой, а кто убийцей, каковы мотивы, как именно был реализован замысел и тому подобное, а затем дать родственникам погибших внятное объяснение… Да, задача непростая, но все же куда легче, чем отправляться на поиски неизвестного № 7.

Потому все полицейские уже готовы были по его кивку приступить к работе.

Однако Чу Тяньин покачал головой.

– Я считаю, что преступление должно быть классифицировано как убийство. Преступник на свободе.

Каждое слово он произнес предельно отчетливо. Зал тотчас превратился в разоренный осиный улей: загудели возбужденные голоса, кое-кто исподтишка поглядывал на заместителя директора управления Вана, ожидая, что вот-вот разразится буря. Речь идет о деле чрезвычайной важности, и определить направление следствия – значит взять на себя высшую ответственность; почему же Чу Тяньин позволяет себе так резко менять мнение и переворачивать свои же выводы?!

Заместитель директора управления Ван мрачно и сосредоточенно смотрел на Чу Тяньина.

– Ты ведь сам только что сказал: в том, что происходило в комнате, замешаны только эти шесть человек, верно? Так откуда вдруг появился беглый преступник? – задыхаясь, спросил Ли Кохай. – Начальник Чу, мы, провинциальные, не такие умные, как вы, из столицы, но ты уж объясни нам ясно, что к чему?

– Если бы не тот самый № 7 – женщина в белом, – я бы практически точно мог сказать: шестеро в комнате учинили взаимную расправу, – медленно произнес Чу Тяньин. – Но с ее появлением все меняется. Да, я только что озвучил несколько версий того, как могли разворачиваться события, но одного не могу понять: что случилось с женщиной в белом? Все озвученные предположения звучат логично, однако именно ее появление и ее присутствие в деле ломают всю логику…

Все присутствующие пристально всматривались в его выразительные черты.

– Хотя я еще не допросил женщину в белом, мы можем сделать некоторые выводы, – продолжил он. – В здании гостиницы, за исключением злополучной караоке-комнаты, следов крови не обнаружено. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, ранения на теле женщины в белом отсутствуют. Значит, кровь на ее одежду могла попасть только в этой комнате. Телесные повреждения имелись у двух жертв – № 1 и № 6. У жертвы № 6 проломлен затылок, но крови вытекло немного; а вот у жертвы № 1, старика, разрыв брюшной аорты привел к обильной кровопотере. Следовательно, одежда женщины в белом могла перепачкаться кровью, когда она пыталась оказать помощь этому старику.

Полицейские один за другим закивали.

– В таком случае возникает следующий вопрос: когда женщина в белом покинула караоке-комнату? Согласно первичному отчету по осмотру места преступления, на внутренней ручке двери присутствуют окровавленные отпечатки пальцев жертвы № 6, дверь караоке-комнаты открывается внутрь – получается, чтобы выйти из комнаты, нужно было непременно потянуть за эту ручку. Объяснить следы можно только единственным образом: после того, как жертва № 1 была убита, жертва № 6 открыла дверь и выпустила женщину в белом. – В глазах Чу Тяньина вспыхнул зловещий огонек: – Тогда почему остальные остались? Неужели они и правда уже были мертвы? А если были мертвы, то кто тогда убил жертву № 6?