Хороший остров I (СИ), стр. 67

Рита отложила часть обратно в холодос.

— Это на вечер, для работы, — объяснила она. — И Филиппу оставлю, если проснётся.

Я не возражал. Делить еду Рита умела лучше меня.

Потом я собрал своих.

Аня была готова раньше всех. Она сидела на камне у ручья и поглядывала на меня так, как будто это я её задерживал. Леонид проверил дубину за поясом и подмигнул Диме, который смотрел на него с завистью.

Святослав стоял у ската, опираясь на свой выбеленный сук. Сумку Тамары он повесил на плечо.

— Сумку оставьте, — предупредил я. — На камнях будет мешать.

— Не будет, — упрямо возразил он. — Если найду её, пусть увидит, что я сумку принёс.

Спорить с этим я не стал. Похоже это было для него важно.

Мы взяли с собой воду и Зубочистку. Валере я ещё раз напомнил, что лагерь на нём и на Ольге.

— А ты, Дима, смотри за Чебу и за мамой, чтобы тяжёлое не таскала, — велел я.

— А почему я за мамой? — спросил Дима.

— Потому что она тебя слушается, — объяснил я. — Меня она не слушается.

Ольга фыркнула, но Дима принял это всерьёз и сразу встал рядом с ней, как часовой.

Мы ушли вниз по промоине к морю, когда солнце ещё не поднялось над лесом.

По старому берегу мы шли быстро, пока под ногами был песок.

Море за ночь отошло так далеко, что берег было не узнать. Там, где вчера волна доставала до водорослей, теперь лежала мокрая полоса шагов в тридцать, и по ней можно было идти, как по асфальту. Святослав это сразу оценил и пошёл по мокрому, где песок плотнее и нога не вязнет.

— Отлив хороший, — сказала Аня, оглянувшись на воду. — Вчера такого не было. Луна, наверное.

— Какая разница, — буркнул Леонид. — Лишь бы держался.

— Разница большая. Если вода ушла дальше, она и вернётся быстрее, — Аня посмотрела на него с усмешкой. — Ты что, на море никогда не был?

— Был. Лежал на пляже, но отлив не мерил.

У поворота песок кончился. Дальше пошли камни, и Святослав стал отставать.

Он шёл всё медленнее, выбирая, куда поставить сук. Подождать он при этом не просил и не жаловался. Вес на здоровую ногу он каждый раз переносил так осторожно, что я видел это, даже идя впереди него.

Леонид, шедший за ним, какое-то время терпел. Потом, догнав Святослава, он взял его под локоть.

— Держись, отец, — усмехнулся он. — Я тебя уже раз вёл, проведу и второй.

— Благодарю, — ответил Святослав. — Я бы и сам.

— Сам ты до вечера пойдёшь. А у нас там вода.

Святослав не стал спорить, но и опираться на Леонида всем весом не стал. Шёл он рядом, держась за его руку так, как держатся за поручень в автобусе: на всякий случай.

Под скалами мыса камни были мокрые и все в зелёной слизи. Я посмотрел на них и понял, что Святославу со своим суком тут будет тяжело.

Вчера тут били волны, а сегодня камни торчали из воды один за другим до самого края мыса. Значит, пройти по ним было можно.

Аня остановилась у первого большого камня.

— Отсюда за мной, след в след, — велела она. — Куда я ставлю ногу, туда и вы. Зелёного избегайте, оно скользит, как мыло. Ступать можно на сухое и на серое.

— А если нет сухого? — спросил Леонид.

— Тогда стой и жди, пока я покажу.

Она пошла по камням, и я пошёл за ней.

Моё тело по камням ходило неплохо. Ноги сами находили, куда встать, и равновесие я держал лучше, чем ожидал. С дыханием было хуже: через пять минут я уже сопел так, что Аня обернулась посмотреть, не случилось ли чего.

— Всё нормально, — отмахнулся я. — Это я так радуюсь.

— Слышно, — хмыкнула она и пошла дальше.

Я шёл и считал. Аня вчера говорила, что до шлюпки сорок минут, если не торопиться. Со Святославом сорок минут превратятся в час, а то и больше, и обратно столько же. Значит, сколько мы пробудем у шлюпки, зависит от того, когда вернётся вода.

— Аня, — позвал я. — Сколько у нас до прилива?

Она остановилась на камне, посмотрела на воду у скал, потом на солнце.

— Вода сейчас в самом низу. Часа полтора она будет стоять низко, потом пойдёт обратно. Когда пойдёт, под скалой быстро зальёт, тут узко. Я бы на той стороне больше получаса не стояла.

— Полчаса, — повторил я.

— Полчаса, и сразу назад. Если опоздаем, будем сидеть за мысом до вечера. А вечером опять прилив, и ночью отлив, — она пожала плечами. — Ночью я тут по камням не пойду, даже одна.

Значит, полчаса у шлюпки, не больше. За это время можно её осмотреть и пройти рядом по берегу. На поиски Тамары этого не хватит. Святослав это поймёт, когда увидит берег, и мне надо будет его оттуда увести.

Я оглянулся. Святослав с Леонидом отстали шагов на двадцать. Леонид терпеливо ждал рядом, а Святослав стоял на камне и смотрел вниз, выбирая, куда ступить.

Тогда я вернулся к ним.

— Святослав, — сказал я. — Помните, о чём мы договорились?

Он поднял на меня глаза. Лицо у него было мокрое от пота, хотя солнце ещё не жарило.

— Помню, Андрей.

— Мы идём медленнее, чем надо, — напомнил я.

— Я знаю, — он помолчал. — Я вас прошу, только не отправляйте меня отсюда назад. Один я тут назад не дойду, вы же видите, а вперёд дойду. Вперёд мне легче.

Тут он был прав. Обратно по этим камням одного я бы его и сам не отпустил.

— Вперёд ему легче, — повторил Леонид и хмыкнул. — Это ты верно, отец. Назад я тебя и сам не потащу, мне вперёд интереснее.

— Леонид, поможешь ему?

— А я что делаю? — Леонид перехватил Святослава под руку поудобнее. — Я его хоть на плечо посажу. Он лёгкий, как сумка с бельём. Только он не сядет, он гордый.

— Не сяду, — согласился Святослав.

— Вот видишь, — усмехнулся Леонид.

Я посмотрел на Леонида. Старика он держал крепко, хотя шутки у него были грубые. Но эту шутку я оставил про запас. Мало ли, действительно придется вешать Святослава, как сумку. Пока мы успеваем, но очень скоро может быть не до гордости.

— Идём, — я поднялся на камень. — Только не останавливаемся. Если устанете, говорите сразу, будем отдыхать на ходу.

— Это как? — не понял Святослав.

— Медленнее пойдём, но не встанем.

Дальше мы пошли цепочкой, я сразу за Аней, а Леонид со Святославом замыкали. Аня теперь ждала нас на каждом камне, пока мы подойдём, и показывала рукой, куда ставить ногу. Шла она так, что я перестал проверять каждый её шаг и просто шёл за ней след в след.

Скала над нами нависала высоко, и с неё капало. Вода в расщелинах стояла чистая, и в ней шевелилось что-то мелкое, но рассматривать было некогда. Я только запомнил, что надо будет сюда вернуться и посмотреть, что за мелочь там живёт и можно ли её есть.

Мыс был длиннее, чем казался вчера снизу. Мы шли вдоль скалы минут двадцать, и каждый раз за очередным выступом открывался ещё один выступ.

Потом скала ушла в сторону, и стало видно, что за мысом.

Берег за мысом шёл дугой, как и говорила Аня. У воды лежали камни, а выше, до самого леса, тянулась узкая полоса песка. Вдалеке, в самом конце дуги, у камней лежало что-то оранжевое.

— Вот она, — выдохнула Аня.

До шлюпки мы дошли за полчаса. Святослав, увидев её, пошёл быстрее, и Леониду уже не приходилось его тянуть. Мысли о Тамаре придавали сил

Вблизи она оказалась больше, чем я думал: метров восемь в длину, а то и все девять, с высокими бортами и крышей над половиной корпуса. Такая и правда взяла бы всех нас. Лежала она кверху дном и наискосок, так, что один борт оказался на камнях, а другой в песке. Оранжевая краска на днище облезла полосами до белого пластика. Видно, её долго било о камни.

Волна сюда сейчас не доставала. Вода ушла, и шлюпка лежала на сухом, как кит выброшенный на берег, только кит был бы ярче.

Я обошёл её кругом.

Пробоину я увидел почти сразу. Ближе к носу в днище была дыра, в которую пролезла бы моя голова. Края у неё вмяло внутрь, значит, ударило снаружи. Рядом с дырой днище было исцарапано так, как будто шлюпку долго тащило по камням.

— Ну вот, — сказал Леонид, заглянув в дыру. — Приплыли.