Самородок за алмазного короля Академии Сфер (СИ), стр. 59
И мне невероятно страшно.
«Потому что ты слабак!» — возопила Магна, заставляя меня покачнуться.
Сколько я ещё продержусь?
— Что же делать? — прошептала Эмбер, прикрывая глаза, и по её щекам скользнули две слезинки.
— Не знаю, Эмбер, не знаю.
«Просто умри! Такие слабаки, как ты, не должны жить!» — расхохоталась Магна.
«Я бессмертный, идиотка, — отозвался я уныло. — Ты же не умерла. Или… есть способ?»
Внезапная возможность пронеслась надеждой на освобождение. Может, это выход? Мне всё равно не выдержать.
Магна не ответила, никогда не отвечала. Казалось, в ней не осталось разума, только злоба.
Я принёс Эмбер в свои покои и положил на кровать. Морщась от боли, она перевернулась на бок.
— Попробую найти тебе лекаря.
— Брайс, где Питер и Септимус? — перед моим лицом вдруг появился сияющий золотом шарик.
Судя по голосу, это была Изабель, версо-дух Эмбер.
— Питер — не знаю где, а Септимус замер в кристалле, — сообщил я, на рефлексах отпрянув от неё.
— О нет, — расстроенно отозвалась она.
Словно живая, словно у неё есть чувства. Возможно, у Питера они тоже были, поэтому он предпочёл уйти от меня. Но теперь, выходит, он пропал. И пусть он всегда бесил, но его исчезновение вызвало тоску и тревогу. Питер и Септимус погибли, скоро отец заставит меня убить и принцев. Надежды нет.
«Ты скоро умрёшь!»
— Изабель, свяжись с ребятами, передай им, что я жива, — попросила Эмбер.
— Да, свяжись с ребятами. Покажи мне их, — ухмыльнулся я, ощущая болезненное давление в висках.
Приказ об их убийстве ещё действует.
Глава 58
— Эмбер? — раздался встревоженный голос Ская.
— Да, я жива, — она приподнялась на локте и улыбнулась Изабель.
— Ты забыла про обратное изображение, — протянул я и попытался поймать золотистый шарик.
Версо-дух ловко избежала моих рук и зависла над головой Эмбер.
— Брайс, ты можешь отпустить Эмбер и Эмму? — холодно спросил Скай.
— Эмму — нет. С Эмбер попроще. Где вы, Скай? — я подался к Изабель, но тут же отступил, мотая головой, словно в попытке сбросить ментальные щупы с висков. — Нет, не говори… — прохрипел я, сжимая голову руками.
Желание уничтожить их натолкнулось на стремление уберечь. Из носа снова хлынула кровь. Сердце взъярилось, будто в стремлении разбиться о грудную клетку.
— Брайс, что с тобой? — настороженно спросила Эмбер.
— Отец приказал убить их.
Я обессиленно упал на колени, ударил ладонями по ушам в бессмысленной попытке заглушить хохот Магны.
«Ты слаб. Тебе не победить. Лучше умри! Умри! Умри!».
«Может, так действительно лучше?»
«Да-да-да, умри! — обрадовалась она. — Такие слабаки не должны жить!».
— Скай, что может меня убить⁈ Меч Эммы⁈ — спросил я, обращая отчаянный взгляд к сияющему золотом версо.
— Можно я отвечу? — раздался вальяжный голос Валериуса Ригора.
Изображение настроилось. Но мне предстал незнакомец с длинными чёрными волосами и алыми глазами. Разве что улыбался он слишком знакомо. На заднем фоне клубилась белёсая дымка, не позволяя понять, где они находятся. Появление нового действующего лица ослабило силу приказа, и я приподнялся на коленях.
— Говори… — выдохнул я опустошённо.
— В этом мире нет смерти. Ты не сможешь умереть, даже если используешь меч Эммы, — сообщил он пугающую истину. — Ты лучше остальных осознаёшь об этом, ведь именно ты убил Магну и забрал её силу. Но её душа не может уйти на перерождение, потому застряла в этом мире, связанная с тобой. И если ты умрёшь, то не освободишься, тоже застрянешь на границе жизни и смерти.
— Воодушевляюще, — коротко хохотнул я, стирая кровь с лица рукавом куртки.
Комната будто зашаталась, стены снова приблизились. Пульс зазвенел в висках.
Надежды действительно нет. Я обречён на сумасшествие.
— Но ты мыслишь верно. Меч Эммы называется Убийцей Богов. Такой же должен был перейти к тебе от Магны, но раньше был разрушен принцами. Впрочем, его осколки ещё хранятся в участке. Вещдок номер один. Я специально освободил для него именно этот контейнер, чтобы ты не запутался в цифрах.
— Зачем мне эти осколки, если они бессмысленны? — скривился я.
— Потому что они твои по праву силы, — пожал он плечами.
«Он мой! Меч мой!» — возопила истерично Магна, почти заглушая собой реальность.
Я зажмурился, болезненно сжал пальцами виски, пытаясь выдавить её из своего сознания. Но она продолжала исступлённо орать.
— Расскажу тебе ещё одну историю про твоего обожаемого отца, — продолжил Ригор, или кто он там на самом деле. — Помнишь своё похищение? Крауден так героически пожертвовал знаниями всего ордена ради твоей защиты. Ты так мило хлопал глазами, радуясь любви отца.
— Не было такого, — пророкотал я.
— Было, — как-то по-доброму рассмеялся он. — Чудесный спектакль вышел, да?
— В каком смысле? — насторожился я, вновь открывая глаза, чтобы увидеть его улыбающееся лицо.
— Не было похищения. Тебя забрали наёмники Краудена с его разрешения.
— Что?
— Да, это был спектакль специально для тебя. Чтобы уверить тебя в любви отца.
— Кошмар, — прошептала Эмбер.
— Это мой отец, — прикрыв лицо рукой, я расхохотался.
И смеялся долго, не в состоянии остановить поток боли и разочарования. Спектакль отца действительно удался. Я в него поверил.
— Первый контейнер, — раздался сквозь наш с Магной хохот голос Ригора. — Там твоё освобождение.
«Умри! Умри, трус!»
— Мне жаль, Брайс, — зачем-то сказала Эмбер, и я ощутил, как её ладонь ложится на мою макушку.
— За что меня жалеть⁈ — я озлобленно оттолкнул её руку и подскочил на ноги. — За мою глупость⁈
— Это вера в отца, — качнула она головой, глядя на меня полными слёз глазами.
Гулко выдохнув, я отвернулся от неё. Лучше бы злилась, изображала равнодушие, как раньше, но не так. Не жалость и сочувствие.
— Поищу тебе лекаря. Лучше не выползай из комнаты: особняк под каким-то куполом, даже мне не переместиться, — я вытянул из кармана её браслет, бросил ей и, пошатываясь, направился прочь из комнаты.
Лекаря удалось найти быстро. Я сводил его к Эмбер, проследил за обработкой ушибов, после чего выпроводил и направился к отцу.
— В чём дело, Брайс? — раздражённо уточнил он, стоило мне без стука войти к нему в гостиную.
К счастью, он сидел всё в том же кресле, Эмма — перед ним на софе. Она прервала резонанс с камнями, длинные волосы отливали серостью. На её губе кровоточило рассечение. Похоже, он её ударил. Сволочь!
— Отмени приказ сидеть в особняке, — попросил я, тяжело опираясь о косяк двери. — Либо приказ об убийстве принцев. Они… конфликтуют. Если взорвусь…
Специально не сдерживал силу, и косяк под моим плечом начал дымиться.
— Значит, я отменяю приказ об убийстве, — поморщился он, и давление чужой воли исчезло. — Уйди, Брайс. И забирай её, — махнул он рукой, поднимаясь с кресла.
И его фигура исчезла во вспышке молний. Значит, он действительно стал богом.
Эмма опустила голову и прикрыла лицо руками. Я приблизился к ней, присел перед ней на колено.
— Эмма, — позвал я, и она опустила руки, позволяя поймать её потухший взгляд. — Если я прикажу меня убить, ты… обрадуешься?
Серые глаза расширились от шока. Губы зашевелились, словно она не знала, что ответить.
— Нет, — наконец вымолвила она.
— Почему? — нахмурился я в непонимании. — Ты же станешь свободной.
— Я была убийцей в прошлой жизни, не хочу быть и в этой. К тому же, как дальше жить, если убью хоть и предавшего меня, но друга?
Замерев в неверии, я подался к ней. Обхватил её бёдра руками и положил голову ей на колени в отчаянной попытке согреться её присутствием. Эмма закаменела, выпрямила спину, но не стала меня отталкивать.
— И я не смогу тебя убить, даже если ты переступишь через моё неприятие. Крауден забрал меч. Как оказалось, у его приспешников не настоящие убийцы богов, а артефакты с маяками.