"Отель "Перекресток" Том 2 (СИ), стр. 21

— Ну да. Может, и мы с тобой вот так же тут оказались. Не за свои дела, а за чужие случаи. По крайней мере, иногда мне именно так думается.

— Может. Иди мойся, а? А то я спать хочу.

— Иду, иду… Да! Захочешь потереть мне спинку… Хотя нет, мне даже шутить неохота, так устала. Завтра позлословлю, пожалуй.

И тут я был с ней солидарен. Настолько, что просто-напросто заснул, не дожидаясь того, когда она наконец наплескается вволю.

Глава 7

— Это капец какой-то, а не дед! — услышал я измученный голос Владимира, когда утром вошел в столовую. — До такой степени, что хочется подойти к Лаврентьичу и попросить его отправить запрос наверх.

— Какой? — заинтересовалась Регина, уплетавшая помидоры с сыром.

— Хочу знать, где именно я на том свете так нагрешил, — охотно ответил ей парень.

— Мы! — подняла вверх вилку с насаженным на нее колечком поджаренной колбасы Зоя. — Не забывай, родной, что мы с тобой в каком-то смысле одно целое. Рыжий, если ты сейчас скажешь что-то вроде: «И я даже знаю в каком», то я тебе напомню старинное правило, гласящее: «не бойся ножа, бойся вилки, один удар — четыре дырки».

— Даже и не думал! — выпучил глаза Серега. — Ну, до того, пока ты сама мне не подсказала.

— Ну, в принципе возможно и такое, — вступила в беседу Инна, усаживаясь за столик. — Может, не ты, Володька, там накосорезил, а Зойка. Почему нет?

— Мне интереснее другое, — задумчиво произнесла Кира, не прекращая намазывать хлеб маслом. — Вот это «наверх», которое Вовка упомянул, оно в принципе существует? В виде головного офиса или просто каких-то представителей высшего руководства?

— Насчет офиса не скажу, а представителей мы даже видели, — удивилась ее словам Лиза. — В первый день. Помните, два мужчины тогда еще были? Один такой импозантный, а второй шутник вроде нашего Сереги. Как их? Анатолий Анатольевич и Сергей Анатольевич. Вот! Верное сравнение, даже имена совпали!

— Случайно ли? — прищурила левый глаз Алиса, ставя передо мной и Инной тарелки с едой. — И совпадение ли это? А ну, Рыжий, отвечай — ты к нам засланный? Не тайное ли ты око двуликого Саурона?

— Я тебя иногда боюсь, — опешил Сергей. — Нет, серьезно. Вроде ты нормальная, все путем, а потом — хлобысь, и такое можешь выдать, что ни сидеть, ни лежать, ни бежать, ни помереть.

— С помереть ты и без меня отлично справился, — успокоила его официантка. — А так да, я девочка-загадка.

— Сама себя не похвалишь — никто не похвалит, — фыркнула Алена, вошедшая в столовую с чайником в руках. — Скромнее будь! И двуликий не Саурон, а Янус.

— Янус, — хохотнул Серега. — Ну и имечко!

— А ты завидуй тише, — тем временем посоветовала Алене напарница Пашки.

— Ой-ой-ой! Так, кому чаю? По авторскому рецепту маэстро Антонио, он лично заваривал. Столько этого, столько этого и поменьше сахара.

— Чую, пронесет нас с этого чайку, — опасливо глянул на напарницу Вадим. — Ален, кофейку бы. Может, есть в запасах? Для своих?

— Есть в носу шерсть, — невозмутимо ответила официантка. — Стриги не стриги, всё не переводится. А у нас на завтрак или чай, или вода.

— Тогда воду, — решил не рисковать парень.

— Это сколько угодно.

— А если о тех двоих говорить, что Лизон вспомнила, то они не руководство, — не сошла с магистральной линии беседы Кира, за что я лично ей был крайне признателен. — Они собственники, тогда это нам четко обозначили.

— Ну и? — фыркнула Женька.

— Вот сразу видно, что учиться ты училась, и, может, даже неплохо, но реальной жизни не нюхала. Руководство делает то, что должно, просто у него полномочий и возможностей больше, чем у других, но при этом поле деятельности любого руководителя все равно чем-то да ограничено. Он, Женечка, такой же наемный работник, как и все остальные, и потому живет в заданных координатах. По сути своей, скажем, уборщица и генеральный директор есть одно и то же, разница только в том, что в случае позднего прихода на работу одна опаздывает, а другой задерживается.

— Видимо, самое время спросить: «А собственник тогда кто?» — подала голос Инна, препарирующая помидор. — Тём, чего не ешь? Вкусно и полезно. Томаты после термообработки очень хороши для перистальтики.

— Какая же ты отвратительная иногда бываешь! — скривилась Женя. — Мы же за столом!

— Я же не сказала слово «срать», — невозмутимо ответила моя напарница. — Или что-то в этом роде. Я использовала красивый и звучный медицинский термин. Кир, так что там с вертикалью власти?

— Собственник тот, кто систему координат, в которой все вращаются, создает. Но даже не это главное, а то, что именно его слово всегда будет последним. При любых раскладах, в любых обстоятельствах.

— А если человек един в двух лицах? — вступила в беседу Ариадна. — Сам себе все сразу? Тогда как?

— Тогда речь идет о небольшом автосервисе или магазинчике «У Зураба», том, где после одиннадцать паленую водку купить можно. Тоже, конечно, бизнес, но у нас в «Перекрестке» явно корпорация побольше будет. В таких одно с другим крайне редко совпадает. Ну хотя бы в силу того, что крупный бизнес идеально чистым не бывает никогда, если вы понимаете, о чем я.

— Чего же не понять? — усмехнулся Вадим. — Никто сам сидеть не хочет. Но давай так — вряд ли у нас тут есть органы власти в их привычном понимании. Вот прямо сильно сомневаюсь, что в какой-то момент на пороге появятся люди в недорогих костюмах с предписанием от налоговой или, того хуже, с ордером на обыск. Так что где-то Ариадна права.

— Даешь эмпирический путь! — даже не подумала отступать Кира. — Володька, пиши запрос и отправляй его наверх. Поглядим, что из этого выйдет.

— Вам бы только поржать, — вздохнул юноша, — а у меня реально беда. Дело-то минусом пахнет! Этот старый хрен сам про себя ничего рассказывать не собирается, он вообще только бухает, поет, бородой трясет и пер… Кхм… Извини, Жень, и я в ту же степь! Короче, ведет наш гость конкретно антисоциальный образ жизни. А в интернете про него ничего нет! Вообще! Да и откуда там что возьмется, если этот перец старше его настолько… Даже не знаю насколько. Он, возможно, в сеть вообще не верит, потому что ее пощупать нельзя.

— А меня, наоборот, можно, — вздохнула Зоя. — За мягкое место. Два раза, зараза, вроде как случайно за задницу схватил. Жень, и меня извини.

— Ничего-ничего! — пискнула малышка, подставляя кружку под струю из чайника. — Я уже как-то и привыкла уже, что у нас сегодня завтрак проходит под знаменем проктологии во всех ее проявлениях. Так что не стесняйтесь, коллеги!

— Теперь неинтересно, — заявила Инна и сперла с моей тарелки одну помидорину с аппетитно выглядящей шапкой запеченного сыра. — Что? Не зевай, когда не надо.

— Куда в тебя лезет? — только и осталось сказать мне. — Ладно Рыжий, у него желудок восемьдесят процентов тела составляет. Но ты-то?

— Когда вкусненько, то нормально, — успокоила меня соседка, — всегда место найдется.

— Ты, Володь, к Церберу на самом деле сходил бы, — вдруг вступила в беседу Нателла. — Не с челобитной, ясное дело, в ней толку ноль.

— А с чем тогда? — вместо напарника поинтересовалась Зоя.

— Так он ведь в своей вводно-тронной речи говорил что-то вроде «если совсем затык, то есть другие методы». Раз они есть, то можно спросить, какие именно. У вас же совсем, я так понимаю, дело жопа?

Женя стоически вздохнула, но наша соседка по этажу извиняться и не подумала. Подобные мелочи не вписывались в ее видение жизни.

— Ну вот, — не дождавшись ответа на свой вопрос, который являлся риторическим, продолжила Нателла. — Вы тут в своем праве. Он обещал? Да. Значит, можно требовать.

Не скажу за всех, но мне лично было отлично понятно, что она в данном случае использует ребят как некий пробный шар. Выйдет толк? Хорошо. Нет? Тоже нормально, вариант отработан. Ну а если Зое с Вовкой по шее управляющий надает со словами «а еще вам чего нужно», так и ладно. Их не жалко.