Вечно голодный студент 10 (СИ), стр. 51

Самое главное инженеры уже сделали — они научились соединять металл с углеволокном, что и открыло нашей технике большие перспективы.

А до этого, выдвигались предложения об использовании углеродного волокна в сетях защиты улиц и крыш, то есть, предлагалось использовать бесценный продукт моего организма самым тупым способом из доступных.

— В остальном же, твои нити, пока что, с уверенностью отсасывают у паутины Лапши, — заключил Нарк. — Ты, кстати, знал, что наш Проф — это циничный барыга?

— Нет, не слышал о нём такого, — покачав головой, ответил я.

— Он загнал пятьдесят комплектов паутинных комбинезонов степным жителям, — сообщил мне Нарк. — Они притащили в оплату функциональный БТР-80 — с КПВТ и кустарно установленной «Тучей».

— Ну, паутинные комбезы — это же продукт производства, — сказал я на это. — А вот БТР-80 — их больше никто не производит…

— Так-то оно так, — не стал спорить он. — Но Проф — он тот ещё жучара… Проворачивает сделки, банчит продукцией — смут оперэйтор, короче… О, а вот и Игорь!

Ворон прилетел и положил найденную батарейку на стол, после чего требовательно постучал по столу клювом.

— Да-да, держи, — ответил ему Нарк и бросил кусок мяса. — Сделка есть сделка.

— А ты слышал что-нибудь о Галстуке? — поинтересовался я.

— Ну, заходит, периодически, — ответил он. — Он же аккумуляторный магнат — платит за киловатты, а потом лутает маржу где-то далеко на востоке. Видимо, это прибыльный бизнес…

— Скорее всего, этот жук демпингует, — предположил я. — Не могу представить себе, в каких местах люди вообще не могут производить электричество.

— Где-то в Африке, наверное, — произнёс Нарк.

— Так там не только электричества нет, но ещё и людей, — возразил я. — Думаю, солнечные батареи и прочий стафф можно найти много где. Значит, Галстук точно демпингует.

— Ну, он привозит просто дохуя аккумуляторов, — сказал Нарк. — На реализацию проекта «Манхэттен» не хватит, но всё равно очень серьёзно.

— Интересно было бы узнать, куда он ездит и что там видит, — произнёс я.

— Так, Игорь, — обратился Нарк к ворону. — Теперь задача посложнее. Притащи-ка мне вот такое…

Он вытащил из кармана патрон 9×18 миллиметров.

— Ну, осилишь? — спросил он. — Плачу по повышенному тарифу — два кусочка мяса вместо одного!

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 2 февраля 2029 года*

— Итак, Проф… — произнёс я. — Что насчёт Новокузнецка?

Проф отвлёкся от чтения какой-то новостной статьи с экрана монитора и перевёл взгляд на меня.

— Завтра ярмарка, — произнёс он. — Приедут гости из соседних городов.

— Ага, вообще насрать, — ответил я. — Что с Новокузнецком, Проф?

— По твоему вопросу — да, — произнёс он. — Больше тянуть нельзя — отправитесь туда всем составом. Ты, Щека, Лапша, Фура, Фазан и Ронин. Разведаете там всё и, самое важное — оцените состояние города. Если там никого нет, то больше он нас не интересует, а если там кто-то есть, то нужно наладить контакт. Новокузнецк — это очень перспективное место для освоения…

— Из-за угля? — спросил я.

— Не только из-за угля, — покачав головой, ответил Проф. — Там металлургия — это промышленное сердце Кузбасса. В конце концов, мы придём к тому, что потребуется сталь. Там был полный цикл производства. Пусть домны и коксовые батареи мы уже не восстановим, но там есть электросталь, пригодная для реанимации, а также огромный парк станков. Если где-то и возрождать металлургию, то только там. Поэтому Новокузнецк очень важен для далёкого будущего, которое, неизбежно, наступит. Лучше начинать думать об этом пораньше, потому что без металлургии у нас будущего точно не будет. Вот вы и отправитесь туда, чтобы оценить состояние города и промышленности.

— Ага, понял… — произнёс я. — А почему домны и коксовые батареи не восстановить?

— Потому что они были остановлены и остыли, — ответил Проф. — Сейчас в каждой домне лежат тысячетонные слитки металла — я точно знаю, что выдувку не делали, поэтому такую печь уже не восстановить и проще распилить или оставить, как есть, а вместо неё строить новую. С коксовыми батареями ситуация немного иная — когда кладка батареи остывает, происходит тепловое сжатие и… тебе не нужны все эти подробности, поэтому скажу коротко — восстановить не получится и придётся строить заново. Но с электросталью всё чуть проще, хотя тоже придётся помучиться — в будущем. Есть узкое место — электроды, которые мы сможем производить ещё очень нескоро.

— А в чём проблема с электродами? — поинтересовался я.

— Графитированные электроды производятся в специальных печах из нефтяного кокса при 3000 градусов Цельсия, — ответил Проф. — Я не знаю, сможем ли мы вообще их производить, хоть когда-нибудь. Из этого следует, что опираться мы сможем только на складские запасы — не только новокузнецких заводов, но и остальных. Это поможет выиграть время, а там мы построим новые домны и коксовые батареи…

— Похоже, что это всё займёт дохрена времени, — произнёс я.

— Ты даже не представляешь себе, насколько дохрена, — подтвердил Проф. — Но это нужно будет сделать — иначе мы не выживем. Можно, конечно, рассмотреть Донбасс, но там всё слишком сложно… Он рядом, но мы не потянем восстановление производства после всего, что там было. В конце концов, проблему расстояния можно решить восстановлением железнодорожного сообщения — для этого нужно будет проделать ещё больше работы, чем с реанимацией Кузбасса.

— Ага, понятно, — сказал я. — Ладно, тогда мы посмотрим, какая атмосфера в Кузне.

— Нам нужно начинать колонизацию, — убеждённо произнёс Проф. — Медленно, но непрерывно. Это займёт многие десятилетия, но иных путей я не вижу.

— На самом деле, в Новокузнецк нам сейчас реально не нужно? — спросил я.

— Врать тебе не буду — это далеко не самая актуальная задача, — признался он. — Но я не могу запрещать вам, поэтому летите.

Автодороги, железные дороги — всё встало к хренам, поэтому адекватное сообщение возможно только по воздуху.

— Но полетите на Ан-2, — предупредил Проф. — Остальные самолёты заняты в логистике с Ираном, поэтому выделить их не могу.

— Да ладно, долетим как-нибудь на Ан-2, — ответил я, махнув рукой.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, площадь Ленина, 3 февраля 2029 года*

Захожу на площадь и вижу, что тут собралось не менее пары-тройки тысяч человек, которые сейчас ходят между ларьками и выбирают привезённые издалека товары.

Поднимаю взгляд к небу и рассматриваю, сквозь паутину стальных проводов, украшенных новогодними гирляндами, птиц, кружащих над ярмаркой.

Они привлечены запахом еды, потому что тут торгуют, в том числе, и едой — по оверпрайсу, конечно же, ведь это ярмарка.

Подхожу к ближайшему прилавку с едой и вижу ассортимент: консервированные фрукты, сушёные яблоки, патроны 7,62×54 миллиметра, охотничьи ножи, несколько СШ-68, а также куча фейерверков разных типов.

— При покупке пяти банок консервированных абрикосов, шестая в подарок, — дружелюбно заулыбавшись, сообщил мне торговец.

— Я ещё похожу… — ответил я ему и пошёл дальше.

Бабки у меня есть — целых двести золотых монет, отягощающих карманы моих брюк, но не хочется покупать то, что мне не нужно.

Вообще, есть мощный вайбик купить себе одежду, потому что с переходом на Е-10 набор массы стал серьёзным вызовом.

Оружием тут тоже торгуют: у нас каждый совершеннолетний гражданин вооружён, но не потому, что мы дохуя любители свободы, а потому что иначе никак — оружие даёт хоть какой-то шанс на выживание, в случае нападения.

Но, пока что, люди гораздо чаще простреливают себе головы от тревожных мыслей и случайно убивают друг друга, поэтому польза от всеобщего вооружения весьма сомнительна.

Я сам, как пользователь оружия, убеждён, что если на Земле когда-нибудь установится мир, в котором мне не будет нужды применять его, я в тот же миг избавлюсь от любого огнестрела и больше пальцем к нему не прикоснусь — не из-за приступа пацифизма, а потому что заебало.