Комдив (СИ), стр. 31

— И ведь запишут с моим-то везением и моими «друзьями», — почему-то весело подумал он. — Единственный шанс отбиться, это если принесу домой в клювике кучу всего действительно полезного. Тут, главное, чтобы раньше времени не отозвали. Надеюсь, вероятный сват прикроет, сам же говорил в неформальной беседе, вертись, Алекси, как ужик, в лепешку разбейся, но сделай так, как у тебя получилось в Китае. Хотя, мало ли, что он говорил…

Дома уже ждал Мезенцев, опять в обличье сантехника.

— Так я устроился в управляющую компанию, — буднично пояснил он. — Теперь на законных основаниях, тут все починяю. Рано или поздно пендосы, как вы мериканцев обзываете, спохватятся и обложат вас топтунами. Теперь о деле…

Он начал выкладывать на барную стойку пухлые пачки долларов в пятерках, десятках и двадцатках.

— Это сертификаты на алмазы, — он подвинул к Алексею лист бумаги. — Алмазы оценили в два и один карата, два и два, а третий, соответственно, в два и пять карата. Рубин тоже два и пять карата. За него дали по две шестьсот за карат. Алмазы сильно дешевле, но все камни оказались исключительной чистоты. Общая сумма — семь тысяч девятьсот тридцать два доллара. Увы, реализовать удалось примерно за шестьдесят — шестьдесят пять процентов реальной стоимости. Компания Де Бирс жестко регулирует цены, камни ушли на черный рынок, плюс сняли за то, что камни только первично огранены. Словом, разули, скоты, но…

Мезенцев прервался.

— Есть и хорошая новость — возьмут все, что есть. Насколько я понимаю, у вас есть еще, Алексей Алексеевич?

Лешка повертел пачку денег в руках. Реальность значительно превысила ожидания. Он рассчитывал от силы на пару тысяч с копейками. Исходя из вырученной суммы остальные камни могли вместе, как минимум, около полумиллиона. Воистину гигантские деньги по нынешним временам. То есть, мечты о заводиках для Родины уже становились реальными.

— Вам повезло, мне удалось почти случайно выйти на одного деятеля, к слову, нашего соотечественника, очень известного в узких кругах ювелира, — продолжил рассказывать ротмистр. — Несколько странного человека, но надежного партнера. Судя по всему, он как раз собрался провернуть какую-то комбинацию на рынке камней. Возможно подвинуть на время Де Бирс с рынка. Увы, деталей его замысла, я не знаю.

— Есть… — коротко ответил Лешка. — Еще есть и много. Но не знаю, стоит ли…

— Все правильно, — договорил за него Мезенцев. — Если соберетесь реализовывать, лучше несколькими партиями от греха подальше. Большие деньги даже умным людям голову кружат.

Алексей кивнул и отдал ротмистру мешочек с оставшимися рубинами.

— Осторожней, Алексей Павлович.

— Я всегда осторожен, — очень серьезно ответил ротмистр. — Теперь о ваших счетах. Вас примут завтра в восемнадцать часов. В Соединенных Штатах пока нет закона, который обязывает иностранные банковские организации раскрывать данные клиентов. Таким образом ваше инкогнито будет полностью сохранено. Учитывая вашу популярность, визит обставлен с максимальной секретностью, чтобы никто не пронюхал из прессы. Организационные моменты займут около двух суток, если все подтвердится, вы получите полный доступ к своему счету…

Потом ротмистр получил полторы тысячи долларов на обеспечение операций, после чего ушел. А дальше произошла почти семейная сцена.

— Мне очень стыдно… — заныла Дуня с сокрушенным видом. — Вот очень-очень…

— Что случилось? — насторожился Лешка.

— Ты не будешь ругаться? — осторожно поинтересовалась товарищ Раскольникова.

— Какого черта? — вспылил Алексей.

— Прошлась с утра по магазинам… — буркнула, потупившись Дуня. — Надо же было приготовится к сегодняшнему мероприятию. Ну… очнулась, когда… в общем, я потратила почти все наши деньги из командировочных… прости пожалуйста…

— Что? Где твоя революционная сознательность? — Алексей сурово нахмурился, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. — Дома дети голодают, страна экономит на всем, а ты предаешься роскоши?

— Я готова искупить! — товарищ Раскольникова бухнулась на колени и потянулась руками к поясу Лешки. — Прямо здесь и сейчас…

— Сгинь, нечистая! — Алексей шарахнулся от нее. — Тьфу ты, буржуазная перерожденка!

— Простишь? Иначе… — Дуня быстро провела язычком по губам.

— Держи… — Алексей отсчитал ей пятьдесят долларов. — На этом все.

— Гран мерси! — Дуня быстро спрятала деньги и очень серьезно добавила. — Правда, все это оказалось сильнее меня. Сама не ожидала. Противно даже, как наваждение. Может все-таки выпорешь меня? Как тогда, в поезде…

— Иди кобыле в трещину… — Алексей вложил себе в бумажник сотню мелкими купюрами. — Думай, куда остальное спрятать?

Подходящее место нашлось на кухне в простенке за шкафчиком. Конечно, при тщательном обыске тайник нашли бы, но воришкам пришлось бы повозиться, чтобы добраться до денег.

А дальше приехал Стендиш и события стремительно завертелись.

— На ранчо собираются разные люди: политики, актеры, чиновники, банкиры и промышленники, чтобы просто отдохнуть и развеяться, — рассказывал капитан. — Мероприятие закрытое, так просто туда не попадешь. Обстановка исключительно неформальная. Никаких смокингов и цилиндров, все только наслаждаются отдыхом и жизнью.

Алексей машинально кивнул.

— Но, порой так случается, что встречи приносят большие контракты, — продолжил Стендиш. — Увы, даже на отдыхе деловые люди думают только о деньгах. Такова жизнь. Мероприятие на своем ранчо устраивает один из соучредителей киностудии Metro-Goldwyn-Mayer Николас Шенк. Он и очень многие хотят познакомиться с тобой. К слову, один из моих родственников, большая шишка в Военном министерстве, занимается контрактами с подрядчиками. Он тоже будет присутствовать, так что не теряйся…

Джеймс расхохотался и картинно упал на колено перед появившейся Евдокией Мефодьевной.

— Мисс Дунья! Вы великолепно выглядите! А тебе, Алекс, стоит слегка обновить гардероб. Но этим мы займемся по пути. Ты еще не обзавелся машиной? Пора, пора. Если что, я тебе подскажу. Но ничего, поедем на моем Кадиллаке.

— Уже… — буркнул Алексей. — Так что поедем на моей…

Предстоящие встречи продолжали вгонять его в уныние. Богатеев он люто ненавидел еще с прошлой жизни.

Дюзенберг просто убил Стендиша.

— Алекс… — восхищенно протянул он. — Когда ты успел? Черт, ведь такие надо заказывать за полгода! Видимо кто-то отказался от заказа и машину отдали тебе. Смотрю, ты умеешь делать из воздуха денежки. Не забывай про меня дружище, когда будешь заключать сделки…

По пути заехали в мужской магазин Brooks Brothers, где Лексе, только за упоминание его в рекламе в качестве постоянного покупателя и короткую фотосессию, предоставили бесплатный доступ к ассортименту. Как позже выяснилось, все устроил хитрый Стендиш, за какие-то преференции себе.

За городом Лешка разогнал машину до сотни миль и остался ей полностью доволен. Саму машину он планировал сдать на нужды государства, пусть хоть по винтикам разбирают, а дома сам он вполне обходился без автомобиля.

Ехать пришлось пару часов. Встречал гостей сам Николас Шенк, интеллигентного вида неприметный дядька в очках. В нем вообще ничего не выдавало владельца огромной киноимперии. Даже одет он был по-домашнему, в свободные брюки, мягкие туфли, слегка помятую рубашку и вязанную кофту.

А заговорил он совершенно неожиданно по-русски, хотя и с сильным акцентом.

— Мистер Турчин, мисс Раскольникова… — Шенк вежливо склонил голову и протянул руку. — Рад вас видеть у себя. Признаюсь, я долго раздумывал над вашей популярность в Америке. Теперь секрет раскрыт — причина ваше природное славянское обаяние. Если захотите попробовать себя в киноиндустрии, только дайте знать. Но у нас еще будет возможность поговорить. Вам сейчас покажут дорогу. Джеймс, я тебе должен за то, что ты уговорил мистера Турчина и мисс Раскольникову приехать. Надеюсь, пара билетов в кино тебя устроят?

Шенк держался очень сдержано, но Лекса заметил, что он не отводил взгляда от товарища Раскольниковой. Словно его глаза приклеили к ней. Киномагнат явно сразу запал на Евдокию.