Комдив (СИ), стр. 29

На прибывших никто никак не среагировал, разве что мазнули равнодушными взглядами, после чего занялись своими делами.

Армейская душа Лексы моментально взбунтовалась, ему очень захотелось выстроить амторговцев по ранжиру и через одного занести порицание в грудную клетку. Команды «становись» и «смирно» так и вертелись на языке, а рука сама по себе скользнула в карман пальто и обхватила рукоятку кольта.

Алексей уже совсем собрался бабахнуть в потолок, но амторговцев спас Чехов.

— Я сейчас, сейчас, Алексей Алексеевич… — он спешно ломанулся в один из кабинетов и вышел из него уже с двумя мужчинами.

Первый, в бухгалтерских нарукавниках, всколоченной шевелюрой и большими залысинами, носатый и небритый, смахивал на школьного учителя, а второй, был весь такой аккуратненький, стриженный, тщательно выбритый и в очках с золотой оправой. Собственно, национальность обоих даже угадывать не пришлось. К слову, как и национальность подавляющего число остальных сотрудников в офисе — это сразу бросилось в глаза, но никак не обеспокоило Алексея. К соплеменникам Лейбы Троцкого Лешка относился совершенно не предвзято. А подавляющее число иудеев в Амторге объяснялось достаточно просто. Евреи среди всех национальностей бывшей Российской империи всегда отличались образованностью, а Советской власти грех было этим не воспользоваться. Опять же, врожденную склонность к торговле никто не отменял.

— Саул Григорьевич Брон, — патлатый вяловато поприветствовал Алексея. — Надеюсь, добрались и устроились благополучно? Позвольте вам представить мистера Арманда Хаммера, большого друга Советского Союза.

Арманд, приветливо улыбаясь, бодро тряхнул руку Лешке и заговорил на правильном русском языке, но с сильным акцентом:

— Наслышан, наслышан, Алексей Алексеевич. Рад лично пожать руку. Думаю, это не первая наша встреча. Я как раз ненадолго прибыл домой из Советского Союза. К сожалению, мне необходимо отъехать по делам, но не прощаюсь…

Саул Григорьевич (Шойл Гершкович) Брон — советский хозяйственный деятель, экономист и дипломат, революционер. Расстрелян в 1938 году, реабилитирован посмертно.

Арманд Хаммер, Гаммер — американский предприниматель и коллекционер русско-еврейского происхождения, доверенное лицо ряда высших руководителей Советского Союза, прозванный «личным капиталистом Ленина».

У Алексея при виде Хаммера в голове сразу забились тревожные колокольчики. Так уж случилось, что он еще в прошлой жизни знал достаточно много об этом человеке. Все досье на него можно было поместить в одно предложение: талантливый предприниматель, одновременно отъявленный мошенник и авантюрист, сделал очень много для Советского Союза, но при этом никогда не забывал о своем кармане.

Понятное дело, ни о какой симпатии к нему после всех этих данных даже речи не шло.

Брон, заметив недовольный взгляд Лешки, сбивчиво пробормотал.

— Не обращайте внимания, работы до черта, зашиваемся…

Алексей подавил неприязнь и сухо бросил:

— Отдельный кабинет, вся заказанная документация в полном объеме, тишина за дверью. Инженеры прибыли? Ко мне. Пока все…

Саул Григорьевич явно растерялся, а Хаммер поощрительно улыбнулся и даже изобразил пару хлопков в ладони.

Кабинет нашелся почти сразу же, из него спешно выпнули парочку ошалевших обитателей. Не успел Лешка открыть окно, чтобы проветрить помещение, как потянулись ходоки с толстыми пачками документов, коими заложили весь стол и даже свободные углы. Быстро найти интересующие материалы в этой груде бумаги можно было только случайно.

Лешка снова подавил в себе желание устроить выборочный геноцид и сухо поинтересовался у Брона.

— Надо понимать, никто выборку даже не собирался делать?

— Так вот же! — искусно сыграл удивление амторговец. — Вот все документы, собраны по интересующим вас вопросам.

— Хорошо, понимаю, — Алексей кивнул. — Не подскажете, где в этих пачках находятся материалы, связанные с производством нитроглицериновых порохов?

Брон опять смутился и возмущенно буркнул.

— Ну не я же готовил вам выборку? Делать мне больше нечего, у меня своих дел хватает. Сейчас предоставлю вам сотрудника, он все покажет. Если он свободен, конечно. Мы здесь работаем, на минуточку, а не баклуши бьем. Ах да… почти все прибывшие инженеры в отъезде, знакомятся с производством…

Алексей слегка удивился. Либо Брон гонорился, категорически не понимая, кто прибыл из Москвы, либо сознательно решил показать гостю, что тот столкнулся с орешком ему не по зубам. Что само по себе подразумевало у него очень влиятельную крышу, способную защитить от кого угодно.

После короткого раздумья Лекса понял, что, скорее всего, в поведении Саула Григорьевича прослеживались обе причины, так как любой, кто сталкивался с комдивом Турчиным или хотя бы много слышал о нем, прекрасно знал, что в случае неисполнения прямых служебных обязанностей или, не дай боженька, прямого саботажа, спасти от Турчина не сможет никто, даже самые могущественные покровители. Жизнь будет испорчена окончательно, в лучшем случае очень сильно осложнена.

Лекса сейчас видел два способа разрешения ситуации. Первый — быстрый, грубый, но эффективный и второй — отложенный по времени, но с гораздо более страшной карой.

Быстро поразмыслив, Алексей остановился на первом варианте. Рассусоливать времени особо не было.

Но не успел.

Брон что-то буркнул и неожиданно быстро свалил из кабинета. А на руке Алексея, протянутой чтобы схватить амторговца за шиворот, повис Чехов.

— Алексей Алексеевич, я все улажу, Саул Гершевич слегка не от мира сего, скорее всего, он принял вас за чинушу из Центросоюза или Совторга, прикатившего в Нью-Йорк закупиться и щеки понадувать. Знаете, сколько таких? Работе мешают, честное слово. Вряд ли он даже знает, что вы вчера обедали с президентом. Я все улажу, только не карайте с плеча…

Чехов поспешно вымелся вслед за Броном.

Алексей вздохнул, ругнулся, взял из стопки первую попавшуюся папку и сел за стол.

— Что? Разработки квартирмейстерского корпуса армии Соединенных Штатов? Проект Къю-эМ-Си? Так… создание стандартизированных капотных грузовых автомобилей пяти категорий или групп, главная идея использование унифицированных, уже производящихся комплектующих? Сраные кобылы, а ведь это интересно…

Но вчитаться не успел, так как в кабинете опять возник Саул Брон.

— Виноват, Алексей Алексеевич… — амторговец повинно тряхнул взлохмаченными волосами. — Вот честно, зашиваюсь. Боюсь, скоро прямое начальство узнавать перестану. Больше не повторится, мамой клянусь. Разрешите искупить? — он вынул из-за спины руку с большой квадратной бутылкой.

Алексей едва не улыбнулся, Брон выглядел уж очень комично и, похоже, искренне раскаивался, чем импонировал.

— Саул Гершевич… — Алексей помедлил. — Не будем отнимать друг у друга время. У меня и у вас его и так категорически не хватает. В качестве искупления, пожалуйста, создайте мне условия для работы, на этом инцидент будет полностью исчерпан. Два расторопных, понятливых помощника меня устроят. И желательно, чтобы хотя бы один из них разбирался в технике. И если за дверью не наступит тишина, ваши сотрудники у меня строем ходить начнут. Надеюсь, я доступно излагаю?

— Вопросов нет! — Брон прижал руку к сердцу и убрался, не забыв, однако, поставить бутылку на краешек стола.

Через несколько минут Алексей обзавелся двумя ассистентами: простуженным веснушчатым парнем возрастом лет двадцати пяти, а также солидным усатым и пузатым дядькой, физиономией смахивающим на Буденного. Петром Христиановичем и Аркадием Яковлевичем Белкиным, соответственно.

Лекса не стал тратить много времени на знакомства и сразу поставил задачу.

— Меня интересуют все предприятия США, выпускающие автомобильные, тракторные и авиациаонные моторы и вся линейка из их ассортимента с подробными техническими характеристиками. Начиная прямо от мотоциклетных, до авиационных. Отдельное внимание уделите компаниям Willys-Overland Motors и Coleman Motors Corporation. Про них меня интересует абсолютно все, вплоть до финансового состояния. И да, если попадутся данные о шарнирах равных угловых скоростей, сразу мне на стол. За работу, товарищи!