Оставайся мальчик с нами (СИ), стр. 18

— Королевский указ, ваше сиятельство, прибыл неделю назад, — кивнул его собеседник, — и мы с нетерпением ждали приезда самого маркиза.

Сергио хмуро посмотрел на дворянина.

— Это оскорбление?

— Нет, нет, ваше сиятельство! — залепетал тот, — просто мы столько необыкновенного слышали о маркизе, что хотели познакомиться с ним лично.

— Если вы слышали о нём, то же, что и я, — граф Латаса внимательно пробежался по напряжённым лицам дворян города, — то вы должны быть бесконечно счастливы и признательны мне, что приехал я, а не он.

— О маркизе говорят, насколько много, ваше сиятельство, что мы запутались, что из этого правда, а что ложь, — вздохнул ещё один дворянин, — но не будем стоять у ворот, прошу вас ваше сиятельство, Эстелья — приветствует вас!

С этими словами ему протянули большую деревянную коробку, в которой лежал покрытый патиной бронзовый ключ.

— Благодарю, — граф взял всё себе и поехал вперёд, а сопровождающие последовали за ним.

— Развейте наши сомнения, ваше сиятельство, — обратился к нему новый человек, — какие планы маркиза насчёт нас? К чему нам готовиться?

Сергио улыбнулся, поскольку ответа на этот вопрос, явно ждали все, кто его окружал.

— Вам не о чём переживать сеньор, — улыбнулся он, — маркиз сейчас занят другими делами, так что ничего не будет менять в Эстелье или лезть в ваши дела, если…

Сергио сделал паузу и обвёл взглядами всех.

— Если вы не будете бунтовать и исправно платить ему налоги.

По рядам всадников прокатились вздохи облегчения.

— В королевском указе ещё что-то говорилось про чеканку монет? — заикнулся ещё один дворянин.

— Сама чеканка будет происходить в Аликанте, но герб на монетах будет ставиться Эстельи, — ответил Сергио, — я повторюсь, для города ничего не изменится, если вы не будете доставлять сеньору Иньиго проблем.

— Мы, конечно, обговорим все нюансы позже, когда вы отдохнёте ваше сиятельство, — облегчённо выдохнул глава города, — но благодарим вас, вы сняли тяжкий камень с наших плеч, ответив на главные вопросы.

— Сеньоры, — Сергио с улыбкой обвёл взглядами дворян, — главное правило работы с сеньором Иньиго — это не приносить ему проблем. Так что, если налоги поступают вовремя, народ в городе счастлив и доволен, а жалобы королю на него не поступает, то поверьте мне, у него к вам будет очень мало вопросов.

«По крайней мере до того момента, пока он не вернётся из паломничества, — это уже Сергио подумал про себя, чтобы не волновать заранее такими сведениями местных».

— Мы все сильно постараемся, ваше сиятельство, чтобы всё это соблюдалось, — кивнул глава города, — никому не нужна лишняя суета и проблемы. Так что Кортесы уже собрались, завтра все сословия сеньории услышат вас и ваши слова о нашем новом сеньоре.

— Я рад, сеньоры, что мы сразу поняли друг друга, — улыбнулся граф Латаса, склонив голову, и показывая тем самым, что рад, что они даже сейчас, ещё даже не въехав в город обо всём сразу договорились.

9 июня 1463 A . D ., Генуя, Генуэзская республика

В Геную мы гнали так, чтобы Сергио не опередил нас на пути в Эстелью, поскольку на обратном пути хотелось попасть в Аликанте раньше него. Ведь пока я находился в отъезде, я приказал Хансу, перевезти из дома Иосифа Колоны в Сеговии, все сундуки с тирскими шекелями в Аликанте, поскольку перед отплытием нужно было обязательно их все разобрать. И так из-за своей постоянной занятости я откладывал эту необходимую процедуру, так что закончить разбор было нужно, ведь на мне ещё висел долг перед Лидером №10 и Станцией.

— А вот и они, — заметил Бернард, когда мы поехали мимо гавани, специально, чтобы посмотреть, есть ли там наши корабли.

Я повернул голову и улыбнулся, на воде и правда покачивались двенадцать новеньких вивальди. Узнать их было легко даже не по синим флагам со строенным белым крестом, а по высоким надстройкам на корме и баке, которых тут ни у кого больше не было.

— Отлично, — обрадовался я, — назад тогда поедем в относительном комфорте.

— Только вы, — хмыкнул Бернард, — на кораблях каюта только одна, капитанская, так что только вы можете потеснить его, но не я.

— Что поделаешь Бернард, у нас много места уходит под припасы, и команду десанта, — я пожал плечами, — я не хочу рисковать моряками в этот раз.

— Вы всё же решили разделить солдат и матросов? — поинтересовался он, — я помню, что вы не хотели этого делать.

— Сеньор Аймоне настоял на этом, — я пожал плечами, — у моряков выше оклад, они более квалифицированные, чем солдаты, и потеря каждого из них может вылиться в большую проблему. Найти же того, кто колет копьём и машет мечом более простая задача, чем того, кто делает это же самое, и ещё при этом может работать с такелажем и парусами.

— Значит, свободного места на вивальди стало ещё меньше? — вздохнул он.

— К моему большому сожалению, да, — кивнул я, — но на моём флагмане две каюты, так что не волнуйся в обратный путь до Аликанте, ты поедешь в комфорте.

— Слава Господу, — проворчал он, — а почему только до Аликанте? Я хочу тоже плыть в паломничество с вами.

— Ты тоже собираешься плыть? — удивился я, на что Бернард сам удивлённо посмотрел на меня.

— Конечно, как я отпущу вас одного?

— Сергио тоже хочет плыть, — я задумчиво посмотрел на швейцарца, — но так не получиться, кто-то из вас двоих должен будет остаться. Я не могу оставить всё хозяйство только на сеньора Антонио Беккаделли. Он не знает всех нюансов, как вы с Сергио.

— Иньиго, я бы хотел плыть с вами, — набычился Бернард.

— Ладно, оставим пока это, решим, когда Сергио будет с нами, — я поднял руку, прерывая спор, — тем более нам есть чем здесь заняться.

Едва мы въехали в центральные городские кварталы, как я тут же понял, что город снова превратился в опасную гремучую смесь, всё было ровно так же, как я въезжал сюда впервые. Вооружённые отряды, гневно поглядывающие на другие, такие же, крики о свободе и прочие лозунги, что так любит чернь.

— Похоже, — тихо сказал Бернард, обращаясь ко мне, — ваши деньги уже начали работать.

— Посмотрим, что нам скажет архиепископ, — хмыкнул я, пока Фабио вёл наш отряд к лучшей таверне города.

— Я пошлю к нему гонца, чтобы предупредить его о вашем приезде, — качнул головой Бернард.

— Пусть также скажет, что если он не занят, я бы хотел завтра переговорить с ним, — согласился я, — и ещё направь кого-нибудь в порт, пусть предупредят сеньора Аймоне и сеньора Фелипе, чтобы они случайно не ушли без нас.

— Это я уже сделал, Иньиго, — улыбнулся мне швейцарец, — как только вы сказали, что мы вернёмся обратно на кораблях.

— Спасибо Бернард, — улыбнулся я швейцарцу.

— Ваше сиятельство! Ваше сиятельство!

Мы подъехали к таверне и пока спешивались, оттуда выбежал хозяин, став кланяться нам.

— Мы ненадолго, максимум на два-три дня, — заговорил с ним Бернард, кивнув ему кошелёк с серебром, — лучшие места, лучшая еда, и чтобы нам не мешали. Если не хватит этих денег, мы доплатим в конце проживания.

— Конечно ваше сиятельство, всё сделаю для вас в лучшем виде, — кошелёк исчез в руках трактирщика и он, бесконечно кланяясь, повёл нас внутрь помещения.

Зайдя внутрь, мы наткнулись на немую сцену, где за небольшим столом прямо у входа сидела испуганная девушка в недорогом платье и её отец, а их окружили четыре наёмника, пытающиеся познакомиться с девушкой.

— Бернард, разберись, я не люблю шум, — кивнул я в их сторону, и швейцарец с тремя солдатами молча свернули туда, и я заметил, как едва они появились, наёмники быстро сдулись и исчезли из таверны. Вернувшийся барон, сел за стол, сказав, что остальные шумные забияки всё поняли и в таверне воцарился мир, да любовь.

Я глянул по сторонам и правда, дворяне, со своей охраной, притихли и кидали в сторону нашего огромного отряда настороженные взгляды.

— Вот пожалуйста, молодой гусь и фарината с различными соусами, ваше сиятельство, — хозяин, командуя слугами, принёс ко мне на стол первое блюдо, — не переживайте, мы накормим всех ваших солдат.