Сердце отваги измеряется численностью. Книга 6 (СИ), стр. 16

Фезор принялся перезаряжать, работая без спешки и паники. Он знал — времени хватит.

Выстрелили его товарищи. Упало ещё десяток человек. До ворот добежала куцая кучка. Но, к их чести, они умудрились сохранить лестницы. Целых три. И даже один крюк, который тут же бросили вверх.

— Сбросить лестницы! — завопил Ратмир.

— Нет, сука, оставим, — ворчал Фезор, хватая специально подготовленную жердь. Толкнул лестницу, как и остальные его товарищи, сбрасывая врага. Успевшие начать карабкаться люди закричали, падая вниз. Высота, конечно, была смешная. Мало кто успел далеко забраться.

Одному бедолаге не повезло приземлиться на ноги — кости голеней сложились гармошкой, торчащими наружу обломками. Он завыл так, что перекрыл даже песнопения жрецов.

Внезапно за бойницей показались чьи-то пальцы. Какой-то бродяга умудрился пролезть по отвесному камню! Ошеломлённый Фезор выказал ему своё уважение, рубанув спешно вытащенным мечом.

Безрукий циркач полетел вниз. Вслед за ним свалилась и отрубленная конечность.

Григ рядом утирал пот со лба, будто бы именно он рубил, толкал и стрелял, хотя по факту — ничего этого не делал.

— Эй, чего замер? — Фезор схватил его за плечо, пододвинул к себе, ощущая запах сала и лука — их завтрака. — Приди в себя, дурак! Стреляй давай!

— Д-да, — будто очнулся Григ, тут же развернулся к бойнице и выстрелил. Болт ушёл далеко, в небо. И был единственным.

— Кто стрелял⁈ — тут же рявкнул Ратмир. — Кто этот безголовый осёл⁈ Подать его мне!

— Это я, командир! — крикнул Фезор. — Рука соскользнула! Виноват!

— В следующий раз соскользнёт моя! Прямо тебе по морде! Понял, придурок⁈

— Так точно! Больше не повторится! — бодро ответил Фезор и мрачно уставился на Грига.

— Я… чёрт, прости. Не в своей тарелке. Эта бойня… Это… да это же наши горожане!

— Какая, сука, разница? — встряхнул его Фезор. — Они решили напасть на нас. Похер на Оствана, похер на госпожу Беатрис. Они на нас руку подняли, Григ! Хочешь отдать им свою жопу? Чтобы жрецы сожгли тебя или забили палками во имя, тьфу, какой-то долбаной срани⁈ Хочешь этого, чтоб тебя или нет⁈

— Нет! Конечно нет!

«Что-то в нём сломалось, — прикинул Фезор. — Что-то важное…»

— Тогда ноги в руки и… Нет, это из другой истории, м-да… В общем, арбалет в руки и делай своё грёбаное дело. Иначе я скину тебя вниз, даже если потом придётся пережить неудовольствие Ратмира. Понял, мать твою⁈

— Да!

— Очень, сука, на это надеюсь!

Несколько человек, между тем, пытались выбить ворота. Попытка была заранее обречена на провал, но кто бы сказал это фанатикам, услышавшим через жрецов божье слово? Топоры рубили обитые сталью ворота, дубинки колотили в них, ножи царапали.

Бессмысленно, но стрелять в них было… неудобно. Пришлось бы сильно высунуться, что грозило риском словить ответный подарок из огромной массы народа, вставшей подле стены.

— Масло на них, — приказал Ратмир. — Быстро-быстро-быстро!

Двое гвардейцев выкатили бочку. Встали возле специальных желобков, специально созданных, чтобы поливать разной раскалённой дрянью тех, кто отирается внизу — возле ворот.

Густое вонючее масло широкими тёмными языками потекло вниз, шипя и дымясь. Казалось, оно жгло даже на расстоянии в десять шагов, что говорить о тех, кто вот-вот станет его целью?

Внизу раздался полный боли вопль, от которого едва не заложило уши.

Обварившиеся фигуры метались, падали, катались по земле. Недолго, конечно, всего с десяток секунд.

Григ побледнел, но рука Фезора, опустившаяся на его плечо, немного взбодрила новичка.

А потом на ворота направилась ещё одна толпа. Ратмир тихо выругался. Он ожидал, что столь страшный урок отпугнёт народ, но видимо их мозги промыли столь основательно, что угроза жуткой смерти умудрилась отойти на задний план.

И снова арбалетные болты сняли свою жатку, усеивая дворцовую площадь десятками, — уже даже сотнями! — окровавленных трупов.

— Мученики! Боги примут вас! Смерть за правое дело — путь в рай! — слышалось от жрецов.

— Хуй им, а не рай, — пробормотал Фезор, снова перезаряжаясь.

Минуты складывались в часы. Ситуация почти не менялась. Площадь уже была засыпана трупами. Новые люди вынуждены были шагать по телам своих товарищей, что, несомненно, отрицательно влияло на боевой дух.

Ратмир слышал о попытках пробиться через другие проходы, но там стояли воители западников, отчего пока что пути удавалось удержать. Надолго ли — другой вопрос, который командир не спешил задавать. Ни себе, ни, тем более, Оствану, нарезающему круги возле дальних столов.

— Безумие, — бурчал Остван. — Убивать своих же…

— Не мы, там они нас, — проворчал Ратмир.

— Всё держится на Каргате. Если бы мы его…

— Пока что только он нас, — криво усмехнулся командир. — Я бы порекомендовал вам отдохнуть, господин советник. Толку здесь от вас нет, так может чем-то другим займётесь? Придумаете с госпожой Беатрис на пару какой-нибудь способ спастись? Или может посольство сумеет пробить нам дорогу до стен, а оттуда — прочь от Диргоса?

— Сбежать надумал? — сжал Остван зубы.

— Надумал бы — свалил бы ещё вместе с Ульрихом. Нет, господин, я хочу вас вывести. И госпожу. Обороняться от всего Диргоса у нас долго не выйдет. Усталость накапливается. Еда сама собой в желудках тоже не появится. Мы тут заперты, если что-то не изменить.

Остван отвернулся, застыл, всем видом демонстрируя нежелание продолжать диалог.

А толпа внизу успела поумнеть. Вот уже несколько раз в бой шли не просто горожане, а горожане со щитами! Наскоро сделанными из подручных средств, они, тем не менее, давали какую-никакую защиту, позволяя иной раз пережить даже два залпа!

И это здорово мешало защитникам. Как и то, что в толпе появились лучники, пытающиеся попасть в бойницы.

Это было плохо. Либо среди жрецов появился кто-то думающий не только священным писанием, либо нашлись профессиональные военные. Фезор не знал, что хуже.

Стреляли те, конечно, невпопад, по одному, но делали это постоянно. Попасть в бойницы, конечно, дело нетривиальное, больно они узкие. Но это дело времени и удачи. Увы, двух гвардейцев всё-таки умудрились ранить «золотым» выстрелом. Пришлось бинтовать и спаивать ценную лечебную алхимию, которой было не так чтобы сильно много.

Приходилось приспосабливаться. Делать залп по команде и тут же прятаться. Сбивать лестницы уже получалось не всегда. Изредка во дворец проникали посторонние, отчего небольшая группа стражи бегала с мечами наголо, успевая перехватывать вторженцев, забирающихся в соседние помещения.

Часть слуг, под командованием Оствана, притащила «метательные снаряды» в виде мебели и набранных во дворе камней. Их складировали выше, возле широких панорамных окон, — ныне выбитых, — чтобы своевременно сбрасывать на головы атакующих.

Пока получалось неплохо. Шкафы, равно как и булыжники, ломали кости и черепа, как яичную скорлупу.

Даже Григ сумел преодолеть себя, более не испытывая трудностей с убийством. Мужчина нашёл в себе волю убить даже женщину, которая сумела добраться до их узкой бойницы, попытавшись в неё залезть!

Волны захлёбывались одна за другой. Гвардейцы рассматривали трупы. Шутили, что скоро по этим горам можно будет забраться наверх не используя лестницы. И это были довольно мрачные шутки, частично отображающие реальное положение дел.

— Пересчитать болты! — отдал Ратмир неожиданный приказ.

— Сука, — проворчал Фезор. — Похоже скоро придётся экономить.

На следующей волне почти все поняли: что-то изменилось.

Наверное то, — решил Фезор, — что начали использовать клятую алхимию.

Флаконы полетели на стены и ворота, подожгли камень, железо и дерево, словно сухую солому.

— И года не прошло, как догадались, — пробурчал Ратмир.

Тушить алхимическую мочу не было никакого смысла. Скорее устанешь, чем добьёшься успеха.

— Отойти от края! Не дышать дымом!

Однако в дыму бежали люди.