Моя по волчьим законам, стр. 3

Все началось с Шарлин Экрот, она написала книгу о своем опыте. Как обычная женщина смогла зачать и родить от сильнейшего вервольфа. Книга быстро стала мировой сенсацией и бестселлером, и правительства всех стран обязали всех женщин сдавать кровь на ген «И». Найденных имани обязали рожать новых верфольфов. Дело в том, что у оборотней до этого были большие проблемы с рождаемостью: мальчиков появлялось на свет больше, чем девочек, неудивительно, что в имани альфы вцепились мертвой хваткой.

Сейчас это вроде как романтизируется: родилась с геном «И», будешь жить как у Владыки за пазухой. Богатой, счастливой… производительницей волчат! Если, конечно, анализ подтвердит у тебя наличие гена «И». Например, мой показал результат «отрицательный» еще в восемнадцать. Спасибо Венсу!

Впрочем, мое мнение об эксплуатации имани было непопулярным. Кому надо жить с человеком, если есть красивые, богатые и агрессивные альфы? Поэтому я не стала спорить с Сиенной. Я по-прежнему хотела в клуб. Мне туда нужно было!

— Наверное, — бросила я. — До встречи.

Она убежала: очевидно, чтобы рассказать девочкам, куда мы идем, а я направилась в общежитие. Пульс вновь зашумел в ушах, словно я нырнула глубоко под воду. Каждый шаг будто отсчитывал время до моей цели.

«Шангрила» находился в южной части Крайтона. Элитный популярный клуб: как среди людей, так и среди вервольфов. Здесь можно было замечательно отдохнуть, потанцевать и повеселиться. По крайней мере, так было написано на огромном баннере-афише, который я успела изучить вдоль и поперек, пока мы с девчонками стояли в длинной очереди к дверям, украшенным экзотичными колоннами с восточными драконами. В отличие от меня, соседки по общежитию для похода в клуб принарядились: высокие каблуки, мини-юбки и макияж смоки-айз. В моем гардеробе отродясь не было юбок, поэтому я надела темно-синие джинсы, блестящий топ и черную косуху. Чтобы совсем не выделяться, нарисовала черные стрелки, отчего взгляд стал томным. То что нужно, чтобы невзначай задать пару невинных вопросов. Девочки шли веселиться, я — искать информацию.

Потому что этот клуб принадлежал мафиозной организации, называющей себя шакалами. Никто в здравом уме и светлой памяти к ним бы не сунулся, но я искала очень важного для меня человека, и след привел меня сначала в Крайтон, а затем в «Шангрилу».

В клуб нас впустили ближе к двенадцати, вервольф на фейсконтроле смерил меня оценивающим взглядом, а затем объявил очереди:

— Пока все. Клуб переполнен.

Очередь неодобрительно загудела, но мы уже нырнули в распахнутые двери.

В клубе было громко. Не просто громко, а ГРОМКО. Кажется, я не слышала даже собственных мыслей. Техно било по ушам, в беспорядочно двигающихся кислотных лучах люди и вервольфы на танцполе превращались в единое существо. Остальной клуб, словно зверь, притаился в полутьме. Бобби и Джасти сразу же убежали танцевать: играл известный в Крайтоне трек, а мы с Сиенной сразу направились к бару, островку света в этом царстве тьмы. Мое соседка тут же заказала себя шот и скривилась, когда я взяла пиво.

— Ты что, Нина? На детском утреннике? — поддразнила она меня.

— В Крайтоне очень вкусное пиво, — ответила я заготовленную ложь, — ничего не могу с собой поделать!

На самом деле я не собиралась пить даже его. Сейчас как никогда мне требовались трезвые мозги.

Пока Сиенна флиртовала с барменом, я осмотрелась. На первый взгляд «Шангрила» был клуб как клуб, но я знала, что здесь проворачиваются самые темные дела и заключаются самые противозаконные сделки. Правда, не здесь-здесь, возле бара и на танцполе. Я подняла взгляд и посмотрела в темноту VIP-лож. Туда, где наслаждались вечером вервольфы.

Мне нужно туда.

Поднимаясь по лестнице с прозрачными ступеньками, я проигрывала план в голове. Подобраться ближе к кому-то из шакалов и обратиться в слух. Внедриться в их стаю и слушать-слушать-слушать. Я знала, что у меня яркая привлекательная для мужчин внешность. Поэтому я собиралась воспользоваться старым как мир способом: понравиться кому-то из шакалов, втереться в доверие. Это было меньшее, что я могла сделать ради нее. Ради нее я готова была на все.

По дороге я стянула косуху и без ее тяжести на плечах почувствовала себя практически обнаженной. Но взгляд встретившего меня в конце секьюрити был еще более тяжеловесным.

— Вход только для VIP-клиентов и сопровождения, — произнес он.

— Так я и есть «сопровождение», — кокетливо выдохнула я и улыбнулась.

Правда, на охранника это не подействовало. Зато подействовало на другого вервольфа: меня вдруг обхватили за талию и тесно прижали к себе. Я дернулась на инстинктах, и, будь обнимавший меня мужчина человеком, он бы улетел с лестницы. Но он был вервольфом.

Забавный факт: все вервольфы выглядят как сверхлюди. Они очень красивы и развиты физически, мощные, сильные, высокие. Незнакомец, в объятиях которого я оказалась, исключением не был, и мог бы даже мне понравиться.

Если бы я не ненавидела всех оборотней.

— Испугалась? — со смешком поинтересовался брюнет с раскосыми глазами, сияющими в полутьме желтизной. — Привет.

Больше всего мне захотелось отодвинуться: все во мне буквально вопило об этом. Я и раньше сталкивалась с вервольфами, даже прикасалась к ним, но сейчас то ли разнервничалась, то ли что-то было не так, но такой близкий контакт заставил мое сердце грохотать громче музыки, а во рту пересохло.

Я заставила себя замереть в его руках. Не время паниковать, Мишель! И точно не время сдаваться.

— Привет.

— Любишь кататься на волках, птичка?

Второй забавный факт: некоторые человеческие девушки западали на вервольфов и заводили с ними кратковременные романы. Их называли волчьими наездницами. Понятно, почему.

— Очень, — выдохнула я, глядя на него из-под опущенных ресниц.

— Покатаешься сегодня на мне, — пообещал он, проведя пальцем по моей скуле.

Меня всю перетряхнуло. От омерзения и от чего-то еще. Низ живота свело болью.

— Альфа Шимлан, — кивнул охранник, убирая перед нами ограничительную ленту.

Альфа? Я готова была взять свои слова обратно. Я пересекалась с вервольфами, но впервые видела альфу так близко. Не просто видела, чувствовала, потому что он продолжал прижимать меня к своему бедру.

— Сладко пахнешь, — сообщил он на ушко, вцепившись в меня, словно в добычу. Не отпустил, даже когда мы опустились на диванчик. За соседними столиками было много вервольфов, и это совершенно меня не успокаивало. Наоборот, я будто сама почувствовала их запах. — Аромат чистоты. Ты из новеньких?

— Новеньких? — я все-таки осторожно отстранилась, когда он ткнулся мне носом в шею.

— В «Шангрила» много наездниц, но я вижу тебя впервые.

— Я переехала в Крайтон на прошлой неделе.

— Это многое объясняет. Одного не пойму, зачем такой невинной крошке искать себе вервольфа?

Внутри все не просто похолодело, замерзло. Как он вообще почувствовал?

— У меня хорошее обоняние, — расхохотался альфа и провел пальцами по моему предплечью. — Хочешь продать девственность подороже?

— Ничего я не собираюсь продавать, — оскорбилась я и только после поняла свою ошибку.

Взгляд Шимлана стал пронизывающе-подозрительным. Пришлось исправляться:

— Я хочу, чтобы мой первый раз был с альфой.

Черты его лица мгновенно заострились, выдавая хищную натуру.

— Это можно устроить, птичка.

До чего же они мерзкие! Считающие себя королями мира!

Пришлось яростно сжать зубы, чтобы не выдать своих настоящих чувств, но, когда альфа положил мне ладонь на обнаженное плечо, я почувствовала приступ тошноты. Причем самой настоящей. Низ живота снова резко запульсировал болью: если бы я не сидела, то, наверное, согнулась бы пополам. Боль была характерной, знакомой каждой взрослой женщине в мире.

— Прости, мне надо в уборную, — пробормотала я, вырываясь из объятий альфы.

Хорошо, что я увидела указатель, потому что боль накатила вновь, когда я ворвалась в туалет на втором этаже. Вбежала в крайнюю кабинку и стянула джинсы вместе с бельем, чтобы убедиться, что ощущения меня не обманывают.