Тени Грейфолла III (СИ), стр. 54
Амулет лежал поверх ткани, в которую гном сам его заворачивал, и ткань была развернута. Черный металл с синеватым отливом, три загнутых выступа внизу и серебряные линии по краям, а в центре, в круглом отверстии, темная капля, которая раньше висела неподвижно, а теперь медленно вращалась, и фиолетовый свет шел именно от нее. Крамп стоял над ящиком и смотрел на артефакт, пытаясь понять, что же случилось. Артефакты не включаются сами. Им нужна энергия, рука, кровь, слово, хоть какое-то воздействие извне. А этот лежал в закрытом ящике на нижней полке, светился, и капля в нем вращалась все быстрее.
Истребитель велел не трогать этот амулет, и Крамп отлично помнил об этом. Но это было до того, как он неожиданно активировался. Поэтому гном достал из кармана фартука стальную иглу на длинной ручке и осторожно, не касаясь металла, поднес ее к капле.
Капля дернулась ей навстречу.
Он отдернул иглу, и темное ядро вернулось на место. Крамп перевел дыхание, вытер лоб тыльной стороной перчатки и сходил за термометром. Гном просто хотел понять, теплый металл или холодный, поскольку от этого зависело, какой тип энергии в нем циркулирует. Он осторожно коснулся амулета градусником, и ртутный указатель температуры быстро пошел вниз, пока полностью не исчез.
— Какого дхарна⁈ — возмутился Крамп.
Рассмотрев градусник, он с удивлением увидел, что стальной кончик прохудился, и через него благополучно вышла вся ртуть, хотя на амулете ее следов не осталось. Он словно втянул ее в себя.
— Странно, — пробормотал гном, которого все сильнее захватывал азарт.
Он сходил за артефактом для измерения магической энергии, но тот сразу вырубился, едва коснувшись амулета. В этот момент любопытство взяло верх над осторожностью, и Крамп взял амулет рукой в перчатке. В первый момент ничего не произошло, и гном успел подумать, что истребитель, пожалуй, преувеличил. А потом капля перестала вращаться, вытянулась из отверстия тонкой черной нитью, и нить ушла ему в палец прямо сквозь перчатку. Крамп почувствовал, как по телу от пальца поднимается онемение, и увидел, что чернота идет вверх по его предплечью прямо под кожей. Выбросить амулет не получилось, потому что рука перестала ему подчиняться, а следом и все тело. Он стоял над открытым ящиком с амулетом в руках и чувствовал, как холод доходит до плеча и расходится по груди.
Он хотел закричать, но не смог. Кожа на лице стянулась к костям, борода повисла на черепе сухой паклей, и то, что секунду назад было мастером-артефактором Крампом, осело на пол сухой безжизненной мумией.
Лампа на полке горела ровно, и амулет лежал на прежнем месте, но теперь он превратился в обычную железку с серебряными линиями, уже без таинственной черной капли внутри.
Чернота вышла изо рта гнома большой и тяжелой каплей. Полежала. Потом вытянулась, подобралась и медленно поползла, не оставляя за собой следа, между ножками верстака, мимо стеллажей с артефактами к двери. Она была заперта на засов, но внизу была щель, и темная капля прошла в нее с удивительной легкостью. На улице Лудильщиков в этот час не было никого, кроме фонарщика, который как раз зажигал последний фонарь у поворота и не заметил, как от порога мастерской, где всегда по вечерам горел свет, по мостовой, в тени домов, что-то черное двинулось в сторону Верхнего Города.