Тени Грейфолла III (СИ), стр. 33

— Нет.

— Даже не посмотришь?

— Посмотрел. Мечи действительно хороши, но я десять лет обходился парой кинжалов, и менять привычку не хочу.

— Все истребители одинаковые, — проворчал Крамп, но кофр закрыл без обиды, будто ждал именно такого ответа. — Привыкают к одному оружию и с ним ходят до самого конца. Тогда оцени вот это.

Второй кофр был втрое меньше, и внутри лежала пара кинжалов, которые на первый взгляд ничем не отличались от прежних: та же длина, та же ширина клинка, та же простая рукоять, обмотанная темной кожей. Разница обнаружилась, когда Себастиан взял один из них и повернул к свету. Во-первых, на лезвии полностью отсутствовали руны, а во-вторых, вдоль клинка, от рукояти почти до острия, шла тонкая продольная прорезь, а в навершии рукояти под большим пальцем угадывалась крошечная подпружиненная кнопка.

— У этой борозды есть какой-то особый смысл? — поинтересовался он.

— Разумеется, есть, — подтвердил Крамп с той гордостью, с какой показывают детей. — В рукояти камера под одну капсулу. Клинок входит в тварь, нажимаешь кнопку, и все содержимое капсулы мгновенно уходит по каналу в рану. Один удар, одна капсула. Гнилостник, кислота, яд, что угодно, лишь бы влезло в стекло.

Себастиан повернул кинжал еще раз, любуясь качеством работы.

— Сталь та же, гномья?

— Лучше. Я добавил в сплав усилители, благодаря которым клинки выдержат даже столкновение с мифрилом. — Крамп помолчал. — А еще на них нет рун. Ни одной. Я знаю, как истребители любят заряжать сталь от камней душ, и знаю, чем это заканчивается: руны выгорают, а клинок ломается, ведь по-настоящему прочные металлы не проводят магию.

«Толково», — неожиданно признал Каэлар. — «Не гениально, но для коротышки неплохо».

— Ты уже второй раз хвалишь его работу.

«Если работа неплоха, то я не могу это не признать. Неплоха для гнома, разумеется».

— Беру, — произнес Себастиан вслух.

Крамп даже не произнес цену, а просто написал ее в блокноте и развернул к покупателю, и Аделаида, заглянув через плечо, на этот раз не присвистнула, а тихо охнула.

— За каждый.

Ада явно собиралась поспорить, потом посмотрела на наставника, который уже прилаживал кинжалы к поясу под плащом, и лишь пожала плечами.

— Хорошо, что ты можешь себе это позволить.

— И правда, — кивнул Себастиан. — Раз уж мы закупаемся всерьез, есть ли у вас защитные амулеты или браслеты?

— Амулеты, — подтвердил гном. — Стандартные, разовые, защищают от средних атакующих заклинаний.

— Беру пять штук.

Немного подумав, Себастиан вопросительно посмотрел на Аделаиду.

— Ученица, может и тебе подберем что-нибудь интересное. Считай это моим подарком.

— Мне ничего не нужно, — тут же отозвалась Аделаида. — Я сама себе оружие.

Крамп оглядел девушку с ног до головы, задержавшись на медной косе, потом на кончиках пальцев.

— Огонь?

— Огонь.

— Тогда у меня найдётся для тебя кое-что интересное. Подожди.

Он ушел в глубину мастерской и вернулся с маленькой плоской коробкой, какие бывают у ювелиров. Внутри на бархате лежал изящный и тонкий обруч для косы: черненое серебро шириной в мизинец во всей длине покрытое вставками из темно-красной чешуи с матовым блеском, которую Себастиан узнал раньше, чем гном открыл рот.

— Саламандра, — произнес он.

— Хребтовая чешуя, взрослая особь, — подтвердил Крамп. — Обруч надевается на голову. Пока маг спокоен, это просто украшение. Когда маг злится, а огненные маги, как я понимаю, злятся часто, чешуя забирает то тепло, которое иначе уходит в окружающее пространство, поднимая температуру в помещении и создавая дискомфорт окружающим. Копит его. А когда нужно, отдает обратно одним толчком. Не заклинание, а чистый огонь в ту сторону, куда повернешь голову, и без всякого труда со стороны мага.

Аделаида взяла обруч и повертела его в пальцах. Чешуя под ее рукой едва заметно потемнела, будто вдохнула.

— Он уже тянет тепло, — заметила она.

— Он всегда тянет. Носить его придется постоянно, накопить она может много. И еще одно. — Гном постучал ногтем по серебру. — Когда тепла в чешуе слишком много, серебро начинает греться. Это знак, что пора выпускать. Дотерпишь до того, что обруч зашипит, и сожжешь себе затылок. Я предупредил.

— Красивый, — произнесла Аделаида, и это, судя по всему, было главным доводом.

Она протянула обруч Себастиану и чуть наклонила голову. Он надел обруч ученице на голову осторожно, почти нежно, и чешуя, коснувшись волос, вспыхнула изнутри тусклым угольным светом и погасла.

«Коротышка знает, что делает», — оценил Каэлар. — «Ты понимаешь, что он только что продал тебе способ выжить рядом с ней, когда она в следующий раз выйдет из себя?»

— Понимаю.

Крамп снова написал цену на бумаге, Аделаида на этот раз не охнула, только тронула обруч на голове, посмотрела в маленькое зеркало над верстаком, и довольно улыбнулась.

— Отцу понравится, — сообщила она. — Он любит, когда дорогие вещи еще и полезны.

— Твоему отцу понравится, что за них заплатил я.

— О, это ему понравится больше всего.

После завершения сделки Крамп вспомнил о договоренности и вернулся к ящику с древними артефактами. Резонатор он отдавал значительно менее охотно, чем собственное оружие, несколько раз проверив футляр, застежку и почему-то сам диск, будто за прошедшие полчаса тот мог успеть испортиться.

— Вернешь через два дня, иначе начну считать штраф.

— Обязательно, — заверил де Грейв.

— Я надеюсь, что артефакт останется цел и будет в рабочем состоянии.

— Разумеется.

Крамп перевел взгляд на поврежденный револьвер, оставшийся на полке.

Себастиан вздохнул.

— Обещаю, буду с ним очень бережен.

— Уже лучше.

На этом они расстались, причем Крамп еще долго стоял в дверях мастерской и смотрел вслед так, будто уже сожалел о собственной щедрости.

К зданию Ордена Себастиан и Аделаида вернулись значительно позже, чем рассчитывали. У бокового входа стояла телега строительной бригады, вокруг которой лежали свежие балки, мешки с раствором и несколько толстых деревянных подпорок. Рабочие под руководством невысокого мага земли спорили с Мейзом о том, какую часть перекрытий придется разбирать полностью, а какую еще можно спасти.

— О, вы вернулись! — управляющий махнул им рукой. — Себастиан, Ирен ждет тебя в главном зале, очень хочет поговорить о случившемся. У тебя же есть защитные артефакты?

Себастиан потрогал защитный амулет на шее, один из только что купленных у Крампа.

— Думаешь, он понадобится?

— Есть такое подозрение, — уклончиво ответил Мейз. — В любом случае, удачи.

— На меня не рассчитывай, — тут же предупредила Аделаида, довольно потерев ладони в ожидании предстоящего зрелища. — Считай это женской солидарностью.

Себастиан тяжело вздохнул и зашел в управление. Ирен обнаружилась в главном зале рядом с Джоэлом. Перед ней на столе лежал длинный список, который доктор дополняла собственными пометками.

Увидев Себастиана, она отложила карандаш и медленно встала.

— Я оставила вас в лаборатории всего на одну ночь.

По рукам Ирен побежали голубые искры, и Джоэл с совершенно спокойным выражением лица отсел чуть в сторону, пригладив начавшие подниматься от статического электричества волосы.

— Ирен, мне очень жаль, что я не смог защитить вашу лабораторию, — поспешно заговорил Себастиан. — Видимо, наш противник каким-то образом узнал, что вы помогаете мне в расследовании, и прислал одного из гибридов. Приношу свои извинения, но быстро расправиться с тварью не получилось.

— Мейз мне все рассказал. Но неужели нельзя было убить эту тварь до того, как она разнесла всю мою лабораторию⁈

— Увы, я был безоружен, поэтому потребовалось время.

— Ты же истребитель «А»-ранга, — вполне искренне удивился Джоэл. — Я думал, ты и без оружия с любой тварью справишься.

Себастиан почувствовал, как волосы на голове становятся дыбом, а кожу начинают покусывать мелкие искорки. Бросив острый взгляд на офицера секуритате, он продолжил: