Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 70

Грохочут выстрелы, мне навстречу бежит бородатый детина с топором наголо. Во время очередного рывка что-то бьет в плечо, отчего тело закручивает, но я все равно продолжаю нестись вперед по инерции.

Рука немеет, чуть не роняю оружие, но вовремя стискиваю цепь.

Делаю сальто и приземляюсь на ноги, рывок вперед — мужик с топором двигается слишком медленно, чтобы перехватить меня.

Пролетаю мимо, подныривая под лезвие топора, одновременно набрасываю цепь на горло самоуверенного бойца. Когда выстрелы начинают раздаваться в опасной близости, прыгаю и с двух ног бью в платформу.

Скрежет и грохот. Моих силы и разгона хватило, чтобы пошатнуть хлипкую конструкцию. Один из бойцов переваливается через борт прямо на меня. Двое других валятся на спины.

Я сбрасываю с себя рухнувшее тело и вскакиваю. Он — уже не сможет. За спиной хрипит мужик с топором, но уже без топора. От моего рывка его повалило на землю, и теперь он пытается сменить роль с дровосека на помидор. Если судить по цвету лица, то вполне успешно, даже немного переигрывает, фиолетовый оттенок уже лишний.

Одним прыжком взлетаю на платформу, ударом ноги выбиваю винтовку из рук главаря и наступаю ему на горло. Над головой веером смерти свистит цепь, рассекая лезвием кинжала воздух. Главарь хрипит, пытаясь сдвинуть мою ногу хоть чуть-чуть, но куда обычному человеку против прокаченного спирита?

Последний — тот самый дедуля, что дергал рычаг тормоза. При виде меня он сам отбрасывает винтовку и прикрывает голову руками.

— Пощади, — хрипит он. — Меня заставили, я даже не стрелял. Я просто машинист.

Под ногами слышится хруст, а тело главаря внезапно обмякает. Не то чтобы я хотел так сделать, просто в один момент меня повело в сторону, а в глазах помутнело.

— Кровопотеря, — сообщил Четверг. — Критически низкий запас энергии в ядре, эйб-регенеративные возможности ограничены.

Тут же где-то на периферии появилось окно дополненной реальности с изображением моего тела. Судя по беглому осмотру, правое плечо пробито насквозь, в левом бедре пуля застряла в тканях, левый бок задело по касательной.

Глянул через борт — мужик с топором без топора больше не шевелился. Значит все, старик последний. Поднял его винтовку, сам медленно осел, прислонившись спиной к борту, и направил ствол на мужичка.

— Пять ублюдков и ни одного единорога, — пробурчал я. — Как обычно. Айна! Вылезай давай, нужна твоя помощь.

Вскоре показалось бледное лицо девушки. Каждый раз, когда она боится или удивляется, ее глаза становятся настолько круглыми, что кажется, ну куда уже больше-то? Но нет, в очередной раз побила собственный рекорд.

— Подлечи, пока я тут кровью не истек, — я кое-как стянул свитер и посмотрел на плечо.

Выглядело скверно, но не смертельно, главное — быстро остановить хлещущий из меня поток.

— У меня… У меня нет с собой лечебных семян, — прошептала девушка.

— Приплыли, — вздохнул я обреченно. — Поищи тут аптечку какую-нибудь. Эй, старик, есть здесь медицина какая?

— Мы же в ничейных землях, господин. Тут люди либо живые, либо уже нет. Не берем в такие поездки медицину.

— Да что ж за невезение, — почти простонал я, откинув голову на бортик. — Айна, сделай хоть что-нибудь наконец.

— Попроси ее, — пробурчал Четверг, — пусть на кофейной гуще погадает. Хотя я и без форсайта могу предсказать наше будущее. Хочешь в картинках? Смотри, вот это две булки, а вот точка посередине…

Глава 8

Что зверю смерть от удушья, то человеку «зато свое и без ипотеки»

— Здесь прижми. Сильнее дави, да вот так. Теперь перематывай. Туже.

Буквально приходилось объяснять Айне каждое действие. И с чего я решил, что раз цветочница, то обязательно медик?

Пока она пыталась разной ветошью перевязать мне плечо, я сосредоточился на применении… Да простит меня прогресс… Магии Крови. Было трудно, требовалась максимальная концентрация. Это не иглу из капли сделать.

Нужно было остановить кровотечение, закупорить рану и держать так, пока кровь не свернется. Из неожиданных открытий, применение этой способности, связанной с кровью, не требовало эйба из ядра. Это оказалось очень кстати, так как ядро уже опустело.

Что не сожрал Взрыв Энергии, то доела регенерация. Из неприятных открытий — во внешнем мире ядро восстанавливалось значительно медленнее, чем в глубине.

В итоге Айне удалось кое-как перевязать мои раны. Пришлось распороть штанину, чтобы добраться до дырки в ноге, и пожертвовать собственным свитером. Моя одежда напитана эйбом, я носил вещи тех, кто погружался в глубину. Они прочнее, что очень важно в моей ситуации.

Еще я рассчитывал, что эйб-ткань лучше остановит кровь. Не знаю, почему я так решил, но в моей ситуации готов был хвататься за любую соломинку.

Параллельно впитал эйб из всей остальной одежды, чтобы хоть немного заполнить ядро.

— Отслеживаю возможные заражения, сепсис, сифилис, кариес и прочую гадость, что можно подхватить через рану, — сообщил Четверг. — Несмотря на предпринятые действия, мы все еще в зоне риска, босс.

— Айна, сходи за тот камень, принеси мой рюкзак и плащ. Поторопись, пожалуйста.

Несмотря на состояние и обилие всего, что хотелось высказать девушке по поводу ее «да все будет нормально», я оставался спокоен и рассудителен. Сначала выживаем, потом раздаем звезды по заслугам. В такой последовательности.

Из рюкзака я вытряхнул все свои пожитки. Все, в чем был эйб — в ядро. Ключевым моментом были несколько артефактов, которые я взял с собой на продажу. В основном безделушки, которые почти ничего не весят и не занимают много места. Наручные часы, игральные кости, коллекционные карточки с покетмонстрами, серебряная ложка, песочные часы, блокнот, несколько пустых листов из плотной бумаги, набор карандашей.

Все первого-второго ранга. Как эти артефакты должны работать, я так и не разобрался, так что без зазрения совести впитал все, что было. Теперь это обычный хлам.

— Каковы наши шансы? — спросил я Четверга.

— Понятия не имею. Я не медицинский ИИ, у меня только базовые функции контроля за здоровьем носителя. Причем сильно устаревшие относительно наших новых реалий. Но могу сделать расклад таро, погадать на костях, составить астрологический прогноз — мы же теперь это за факты принимаем.

— Раз ты принялся разглагольствовать, значит, не все так плохо, как кажется. Шансы приличные.

— Палюсь, да?

— Немного есть, — я позволил себе легкую улыбку и обратился к забившемуся в угол старику. — В каком направлении Прайм?

— Господин, я не знаю, о чем вы, — клацая зубами, ответил тот.

— Рельсы. Откуда и куда ведут?

— Мы возвращались из угольных шахт в Бета-Три, господин. Только доставили большую партию рабов.

Я внимательно посмотрел на Айну, которая усердно хмурила бровки.

— Точно, тройка, — задумчиво произнесла она. — Третий дистрикт. И как я сразу не догадалась? Удивительно, Рейн.

— Что именно?

— Рельсовых Путей оказывается два.

— Да ладно? Может, даже и три?

— А то и больше, — закивала она. — Потрясающе, подружки в оранжерее ахнут, когда расскажу им.

В этот момент все встало на свои места. Ее поведение, безалаберность, наивность и прочее. Как выражался док, когда не хотел никого обидеть, что бывало практически никогда, Айна у нас интеллектуально дрейфующая. Именно в плане общей образованности, а не способности логически мыслить.

Это многое объясняет.

— То есть, если девушка не знает, что железных дорог может быть несколько, она тупая? — вставил Четверг. — Я правильно понял, что это вывод человека, который думает, что помидоры растут строго по ГОСТу?

— Это разные вещи.

— Да я так, просто пополняю базы обучения. Сексизм — это нормально. Записал.

— Ладно, ладно, — признал я. — Мы оба по-своему тупые. Один ты у нас умный.

— Мои алгоритмы распознают в этом заявлении сарказм и уничижительное отношение к представителю иного вида. Это потому, что я ИИ?