Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 50

Потом, когда начал работать с доком и делать действительно хорошие ИИ, деньги потекли, жилье сменилось на комфортное в пятнадцать квадратов, в котором можно было жить всей семьей. Да только семьи не было.

До женитьбы дело не дошло, а родители в свое время от меня отказались, отдав на соцобеспечение. Ведь иначе им пришлось бы платить конские налоги, а так просто сумасшедший штраф в рассрочку всего на тридцать лет. Из-за гипернаселенности дети стали либо роскошью, либо неприятным инцидентом. Я был из второй категории, но не жалуюсь.

И даже когда я уверенно встал на ноги, клонированное мясо я мог позволить себе лишь по праздникам раз в год, когда на него делали скидки, продавая остатки. Овощи — никогда не видел. Сыр только в гамбургерах и пицце, но судя по вкусу, это было что угодно, но не сыр.

А тут… Целая комната, как моя квартира, заставленная едой. Натуральной, настоящей едой. Где мы вообще?

Я развалился на табурете, с трудом переводя дыхание. Я молился только о том, чтобы усиленный эйбом желудок справился с нахлынувшим на него счастьем. С каждой секундой я чувствовал, как тело наливается энергией и силой. Одновременно с этим накатила некая сонливость, шевелиться не хотелось.

Нила выглядела примерно также, как я себя чувствовал. В своих мыслях она была где угодно, но явно не здесь.

И именно в этот момент дверь с грохотом отворилась, а в помещение вошел человек. Увидел нас, с ужасом посмотрел на остатки провианта, разбросанного по столу, на заляпанный пол, снова на нас.

Лицо побагровело, глаза налились кровью.

— Воры! Тревога!

Глава 22

Пир во время чумы и любовь во время холеры

Клинок со свистом рассек воздух и с глухим стуком вошел в дверь. Я дернул цепь и створка с грохотом захлопнулась, толкнув в спину орущего мужика. Тот с воплем распластался на кафеле, а я лениво выдернул оружие.

Кинжал упал и с тихим скрежетом пополз ко мне, оставляя за собой некрасивые царапины на кафеле. Я внимательно наблюдал за лицом мужика, когда кинжал «проползал» мимо его лица, пока наконец оружие не оказалось у меня в ладони.

Шевелиться было настолько лень, что даже эти незамысловатые действия дались мне с огромным трудом.

— Уважаемый, — произнес я. — Ну зачем так орать, не разобравшись в ситуации. Это, между прочим, серьезное оскорбление двух уважаемых горожан.

Я внимательно смотрел за человеком. Одутловатый, лет за сорок, одет в белый фартук. Вид имел человека, живущего простую и сытую жизнь. Оттого было интересно смотреть за его реакцией. К моему удивлению, мои слова вызвали в нем гораздо больший ужас, нежели кинжал, пущенный мимо его головы.

Хотел бы, мог легко метнуть прямо в горло и не было бы проблем. Но то, что я убил человека, спасая свою жизнь, не значит, что я теперь готов превратиться в мясника-психопата. Наоборот, я все еще оставался приверженцем идеи, что добрым словом и кинжалом можно добиться гораздо большего, чем просто кинжалом.

— Уважаемый, прошу вас, встаньте и давайте спокойно все обсудим. Да, мы немного подъели ваши запасы, но и вы нас поймите, четверо суток мы защищали ваше спокойствие в глубине, дабы те чудовища не потревожили ваш сон.

— Вы… Вы городские дайверы? — повар, как я его про себя прозвал, наконец поднялся на ноги и посмотрел на нас.

— Совершенно верно, — кивнул спокойно. Я и не такие переговоры проводил, лапшу на уши вешать, это не крит баги вылавливать. — Меня зовут господин Лимпопо, это госпожа Франциска. Оба спириты пятого ранга. Мы из отряда глубокоуважаемого господина Горация Люмена. — Я решил, что это оптимальная легенда. Старшего дайвера могли и знать, а вот рядовых — вряд ли. — К сожалению, наше последнее погружение пошло не по плану, мы отбились от отряда и последние дни блуждали в глубине без еды и воды. И вот прокол вывел нас прямо в вашу кладовку.

— В кладовку? — ошалело посмотрел он на дверцу, ведущую в подсобное помещение.

— А как иначе мы бы могли тут появиться? Не могли же мы в таком виде пройти через весь дом незамеченными?

— Да, но кладовка… Впервые подобное слышу. — С подозрением оглядел он нашу одежду, которая никак не вязалась с моей речью.

— Позвольте поинтересоваться, — вежливо добавил я. — Вы много знаете о механиках погружения? О работе стабилизации прохода? Эйб-аномалиях? Принципах работы пространственных проколов? Да, чаще всего мы возвращаемся близ воронки в паре часов от города, но ситуации случаются разные. Глубина непредсказуема.

Я сыпал всеми обрывками умных слов, которые слышал от дайверов. Просто свалил все в кучу для пущего эффекта. Если я сам не понимаю, что несу, то он тем более не поймет. Беспроигрышная тактика.

— Конечно, конечно, уважаемые спириты пятого ранга, — закивал человек. — Прошу прощения за мои поспешные выводы. Просто вы выглядите как… Ну…

— Прошу вас, — поднял я руку и сделав суровое выражение лица. — Не забывайте, что говорите с дайверами при исполнении. Мы вышли из тяжелого погружения, проявите уважение и постарайтесь не оскорбить нас неуместным сравнением с сами знаете кем.

— Еще раз прошу прощения, — чуть ли не поклонился он. — Я управляющий дома госпожи Бланшт, разумеется хозяйка будет рада визиту столь уважаемых гостей, несмотря на обстоятельства. Уверен, она даже не будет требовать компенсации за провиант, который готовился для сегодняшнего торжественного вечера. Но прошу вас отнестись с пониманием к моей скромной просьбе. Могу я просканировать ваши браслеты, чтобы подтвердить ваши личности? У меня есть доступ к спискам жителей верхнего города, все-таки мне часто приходится встречать гостей по долгу службы.

Он вытянул вперед левую руку, где из-под рукава показался аккуратный браслет на кожаном ремешке. Уверен, стоит ему увидеть наши стальные оковы, он сразу обо всем догадается. И даже не придется проверять наши затылки. С минами в головах тут ходит лишь один сорт людей.

— Простите, но я считаю это оскорблением, — поиграл я кинжалом. — Это уже ни в какие ворота не лезет.

— Тем не менее, вынужден настаивать. Таков протокол безопасности. Вы же не станете нарушать законы нашего города?

— Справедливое замечание, — кивнул я, вставая со стула. — Но передайте госпоже, что я выражаю свое глубокое негодование…

— Да, да, разуме-е-х-р-р…

Простой фокус. Вытянуть вперед левую руку для сканирования, правой набросить на шею цепь. Рывок за спину и надавить. Да, в этот раз доброе слово оказалось лишним, но я хотя бы попытался.

Разумеется, у вялого управляющего не было и шанса выстоять против напитанного эйбом тела. Буквально несколько секунд и подозрительный мужик мешком оседает на кафель. Примерно с третьей попытки я наконец нашел место, где нужно щупать пульс и убедился, что мужик в глубокой отключке.

— Жить будет, — вынес я вердикт.

Оттащил тело в подсобку и закрыл там. Пусть отдыхает. Но теперь перед нами встала другая проблема. Что дальше-то делать? Как будем выбираться?

— Капец они жируют, — с грустью произнесла Нила, разглядывая остатки еды, разбросанные по столу. В нас уже ни кусочка не лезло, но по карманам мы все равно распихали, что смогли.

— Кто они? — уточнил я.

— Верхние. На браслет его посмотри. На одежду. В нижнем городе так не одеваются. У нас там пузо было только у администратора. Я его один раз видела, когда он мне эту мину в затылок втыкал. А тут какой-то работник, а с жирком.

— Так, если мы в верхнем городе, то что нам делать дальше?

— А что делать? Раз мы вернулись, значит наши браслеты уже доложили, что мы живы. И вечером нас оштрафуют за то, что кредит не выплатили.

Я открыл собственный статус и убедился в правдивости ее слов. В прошлый раз я решил, что часть долга списалась сама собой, но скорей всего Гораций сдал какой-то отчет или что-то в этом роде. Потому что в этот раз, судя по сумме, нас с Нилой признали мертвыми, перераспределили наш долг на остальной жилмодуль. Потом мы «ожили», появившись в системе и часть перераспределенного долга навесили на нас самих. То есть мы на ровном месте стали должны на полтысячи кредитов больше.