Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 397

Сам огонь был светом в навершии посоха. Странного посоха. Изогнутая узловатая ветка из черного дерева, с которой свисала пузатая банка. Именно внутри неё и светилось нечто гнилостно-зеленое.

На груди символ в виде трёх переплетающихся комет. Снова пришлось напрягать Четверга, чтобы вспомнить, кто передо мной. У меня было много свободного времени, а у Реборнов большая библиотека, так что я много чего успел полистать, почитать и благополучно забыть.

Дом Шисайд. Мда, ну и компания. Я считал Грей-Грост отщепенцами Семьи, которых приглашают лишь по особым случаям? Если так, то Шисайд были изгоями, которых не приглашают вовсе. Самые тёмные и мерзкие твари среди всех домов. Ритуалы, жертвоприношения, тёмные сущности, культы Бездны, тёмные боги, любая мерзость — всё это Шисайды. О них в книгах было меньше всего информации.

Мрачные колдуны, готовые продать что и кого угодно ради силы. Как там говорила Смотрящая Дозоров? Ядра, закалённые в огне сгораемых душ? Мерзкие и опасные. Теперь понятно, откуда ноги растут.

Колдун, которого звали то ли Рдеп, то ли Р-р-рдеп, из-за картавости Агатоша не разобрать, прошёл мимо меня, остановился по другую сторону стола. Там был небольшой чугунный котелок на треноге, Рдеп повёл над ним рукой. О дно застучали брошенные руны, вырезанные на чёрных костяшках. Вспыхнул зелёный огонь, но тут же опал. Жрец долго вглядывался в котелок, после чего посмотрел мне в глаза.

Взгляд слепого я выдержал, но признаюсь, с трудом. Было в этих зелёных отблесках что-то жуткое. Я всякого дерьма в Логосе насмотрелся, но этот взгляд… Бр-р… Мурашки по коже, словно в пасть голодного Левиафана вглядываешься.

И чем дольше я смотрел на него, тем сильнее было паранормальное ощущение, будто кто-то подкрался сзади и схватил меня за горло ледяной хваткой. Колдун отвернулся первым, и странное наваждение спало. Я с трудом сглотнул вставший в горле ком.

И теперь, рядом с этим колдуном и с полудохлым недочеловеком-недопризраком, я внезапно почувствовал некую симпатию к Агатошу. Гипертрофированный, массивный, со следами трансформаций, он сейчас казался мне самым нормальным из троицы.

— Что говор-рят р-руны? — спросил Агатош у Рдепа. — Это он или не он?

Колдун вновь заглянул в котелок, затем посмотрел на меня. Я снова поёжился. Не понимаю, что тут происходит, но мне это всё очень не нравится.

Смотрящая Дозоров не любила подолгу ходить, всё-таки возраст брал своё, а тело, несмотря на все укрепления, начинало подводить. Но кости разминать всё равно надо, чтобы окончательно не заржаветь, а тут и повод весомый.

Стоило мальчику с драконом улететь, как совет кланов на этом завершился. Девчушку быстро пристроили к Путям, они организуют ей безопасный проход в Башню, как только появится такая возможность.

А вот сама Смотрящая направилась в сердце Дренда. Большой Перекрёсток.

Хоть городом и управляли три совершенно разных клана, объединял их один Путь. Дорога, на которой встретились их предки, что легла в основу нынешнего миропорядка. Кланы верили в Путь как в религию.

Но вера их была не слепой. Да, Путь не был богом, как Семеро или молодые. Не был сущностью или человеком. Путь был принципом жизни. Кодексом. Сводом. И у Пути была важная особенность. Если следовать ему, если тебе предначертано, если набраться опыта и сил, то можно заглянуть вперёд и узнать, что там за поворотом.

Такое могли лишь единицы. Редкий дар, редкое благословение и проклятие. Сейчас в Дренде был лишь один человек, способный заглянуть за поворот. Путеводная Звезда.

И говорить с ней могли лишь Смотрящие кланов. Потому что Звезда обладала опасными знаниями, с которыми нужно обращаться весьма осторожно.

— Мирного нам времени, Путеводная.

— Пусть будут милостивы к нам перекрёстки, Смотрящая Дозора, — прокряхтела старушка.

Сухая, почти угасшая, она цеплялась за жизнь изо всех сил, хотя уже давно прошла отмерянное ей расстояние. Возможно, она пыталась дотянуть именно до этого момента.

Смотрящая взглянула на Звезду — та хоть и была слепой, но бельма на глазах отнюдь не из-за возраста. Человеческое зрение позволяет смотреть вперёд, но никогда за угол. Это то, от чего Путеводные отказываются в первую очередь.

— Он тут? — спросила Звезда.

— Кажется, да, — не очень уверенно ответила ей Смотрящая Дозоров. — Я не уверена, но похоже, всё как вы говорили. В час нужды, с множеством пройденных перекрёстков за плечами, включая те, которые обычно становятся последними, но не для него. Кажется, он пришёл делать свой главный выбор.

— Его выбор уже был сделан. Вопрос лишь в том, что это означает для всех нас. Скажи, он пришёл или прилетел?

— Прилетел.

— Сам или на мёртвом звере?

— На драконе. Странном.

— Один?

— С ним была леди из Башни. Тоже странная.

— После него в городе появилось семь незнакомцев в масках зверей?

— Нет.

— Что ж… Могло быть и хуже, — выдохнула Путеводная, как будто бы с облегчением. — Перекрёстки нам благоволят. Он выбрал свой поворот, и у Дренда есть шанс выжить.

— Отличные новости, — обрадовалась Смотрящая.

— Для нас. Да, для нас отличные. Но не для него. Это лишь очередной перекрёсток. Готовь людей, поднимай город. Он будет биться за Дренд, но проиграет. И тогда Дренд будет биться за него. Тогда шанс ещё есть.

— Это невозможно. Дренд никогда раньше не вступал в войны, — нахмурилась Смотрящая.

— В Дренд никогда раньше не входил Истинный Странник. Собери город, иначе… Города не будет. Я это видела своими глазами.

Глава 10

Грация бегемота-балерины третьей ступени

Колдун Рдеп как-то странно смотрел в мою сторону, а зелёное пламя в банке начало пульсировать.

— Скажи, юноша, — произнёс Рдеп шипящим голосом, — зачем ты здесь?

— Мне в Башню надо, — честно ответил я. — Хочу немного покопаться в их архивах.

— Это он, — произнёс Рдеп, уходя обратно в тень.

— Отлично, — кивнул Агатош. — Я в эту руническую галиматью не верю, но зато верю в честную сделку, пацан. Нам тоже кое-что конкретное нужно в Башне. Поможешь нам сломать купол, найдём местных Хранителей и побеседуем. Ты что-то конкретное ищешь?

— Информацию.

— Вообще прекрасно. Нам это дерьмо даром не надо. Тогда нам склады, тебе… всё остальное.

— Звучит как план. И когда вы готовы начать?

— Да хоть сейчас, — усмехнулся Агатош. — Моим пар-рням уже осточертело тут.

Я прикинул в голове. Ну, купол подпитывается от энергии центрального генератора. Можно создать внешнее давление через Пентаграмму Душеловов, а сам пузырь я смогу перегрузить разрядом зелёной молнии.

— Пятивекторную пентаграмму можно использовать, — произнёс я. — Это создаст нужный резонирующий контур. Ты же владеешь магией душ.

— Да, — кивнул Рдеп. — Но это сложная и рискованная печать, ошибёмся на градус — и всё пойдёт прахом. К тому же нужны жертвы.

— А город за спиной тебе на что? — усмехнулся я. — Сходи, набери сброда пару тысяч. Расставь по векторам. Черти пентаграмму, я помогу с технической частью, у меня глаз намётан. Как только совершите жертвоприношения, я перегружу купол.

Дел на сутки максимум, нет у меня времени тут болтаться. Да и желания тоже. Быстро вскроем эту консервную банку, соберу сведения, потом…

Вспышка боли пронзила разум. Я тряхнул головой и попытался проморгаться.

— Скажи, юноша, — произнёс Рдеп шипящим голосом, — зачем ты здесь?

— Босс, — вмешался Четверг. — Что это было?

Я не понимал, что происходит. Какая ещё пентаграмма и жертвоприношения? Что за чушь я тут нёс? Посмотрел на колдуна, который всё ещё ждал ответа, а у меня в голове всё смешалось.

— А можно повторить вопрос? Не расслышал.

— Это он и не он одновременно, — произнёс Рдеп, отходя ближе к стене.

— Выр-ражайся конкр-ретно, — начал выходить из себя Агатош. — Что это значит?

— Это он. Но что-то в нём изменилось. Или вокруг, — сделал вид, что пояснил, колдун, хотя тут явно никто ничего не понял. — Он больше не может нам помочь. Или не хочет. Скорее всего, в Башне есть свои Плетущие, и они переплели нити судьбы новым узлом.