Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 355

— Нет, но намешано там прилично, та клыкастая самка точно бы оценила. Проблема в погружении. Новая способность активируется каждый раз в пассивном режиме, что сильно ударило по нашим возможностям. Если бы не погружение, с ядом бы расправились за пару минут.

— Понятно, резистентность к новой смеси выработал?

— Да, протоколы внесены в базы.

— Я так понимаю, пока ты был занят, я поймал несколько кусков обрывочного кода с этого слоя.

— Секунду. Сканирую воспоминания. Ага… Да, похоже на обрывочный аудио-визуальный код с последующей доработкой подсознанием.

— Хочешь сказать, что мне это всё привиделось?

— Босс… Тебя накачали всякой гадостью под завязку, после чего ты говорил с божественными сущностями, которые рассказывали тебе тайны прошлого и мироздания. Сам как думаешь, какой вывод можно из этого сделать? Либо ты избранный, с которым говорят боги, либо просто обдолбался? Что выберешь?

— Выбираем между логикой и эго? Сложно…

Выдохнул, прикрыл глаза и прижался затылком к холодному камню. Да, версия глюков звучит более реально, чем бред, что восьмой старший бог просил меня найти могилу Первобога, а потом его прогнала какая-то ещё более мощная сущность. Нет, было бы прикольно, если бы всё это было правдой.

Как минимум, это плюс сотня очков к чувству собственной важности, десяточка к самооценке и плюс кило к весу яиц. Но мы всё же тут за логику топим. К тому же он о Форсайте говорил как о чем-то серьезном. Как вообще после такого верить кому-то?

Поэтому какой мы делаем вывод?

— Надо будет вернуться и спалить гнездо наг дотла, — подытожил Четверг.

— Да. Вернёмся и спалим.

— И ту четырёхрукую трахнем.

— Фу…

— Традиции, босс. Нельзя нарушать традиции. Сначала секас, потом фейерверки. Заметь, не я это начал.

— Мутнись, а? — скопировал я манеру Бездушного.

Я спокойно оценил своё состояние и счёл его удовлетворительным. Физическая рана уже затянулась, от повреждений не осталось и следа. Причём дротик пробил мне сердце, оказывается.

Токсин был органическим с мощным эйб-компонентом, но это была смесь минимум трёх видов яда, так что неудивительно, что Четверг не сумел с ходу нейтрализовать такой набор.

В общем, главной причиной отключки опять оказался процесс перехода на глубину. Ладно, с этим со временем разберёмся. Пока что ставим зарубку: не нырять с незнакомыми дайверами.

— Какой у нас теперь план? — спросил я. — Как будем меня убивать?

— Это зависит от того, насколько быстро ты учишься, Рейн.

Четверг задумчиво хмыкнул.

— Представим, что с феноменальной скоростью, — ответил я.

После завтрака мы обсудили наши дальнейшие шаги. Теперь время играло против нас, потому что Курама не мог долго сопротивляться Шёпоту. Он говорил про две недели, но объективно у нас было дней десять. К тому же я и сам хотел вернуться как можно быстрее, потому что переживал за людей в особняке.

Филактерия не подавала признаков активности, значит, Борроуз был ещё жив и новое вместилище для души он пока не создал. Скорее всего и не может.

Задача номер раз: найти прокол. Чтобы в случае чрезвычайной ситуации мы могли быстро забросить Кураму на второй слой. Там его маска работала более-менее стабильно, там он мог находиться месяцами.

Задача два: найти безопасное убежище на третьем слое. Даже звучит смешно.

Ну и в процессе желательно получить помощь от Курамы и Ихи. Тёмная богиня сообщила, что мы не только на нужном слое, но и в нужном месте. Вернее, таких мест тут были тысячи, а ближайшее находилось всего в трёх днях пути.

Иха безошибочно могла определить направление к любому из своих храмов. Честно, я думал, что она какая-то мелкая локальная богиня, давно забытая и ослабевшая. А тут оказывается тысячи храмов у неё были. Мне кажется, даже у Эбола их меньше.

Мы начали постепенно двигаться. Крипта, в которую нас вынесло, была не единственной. Мы оказались в каком-то древнем некрополе или огромном склепе для очень богатых людей. У каждого был свой запечатанный зал, отдельный саркофаг. Многие вскрыты или разрушены, но даже так масштаб поражал.

К моему счастью, нежити мы не встретили. Было бы очень обидно сбежать от одних дохляков в лапы других.

Склеп был многоуровневым, ярусы соединены лестничными переходами. Большая часть также не выдержала испытания временем, но печать невесомости помогала нам подниматься выше.

И тут сыграла главная слабость моей способности. Я просто не мог найти пространственные переходы, если до них не было прямой видимости. Тот случай, даже когда дешёвенькая карта спасла бы ситуацию.

Сам склеп оказался пуст. За пару дней продвижения мы не встретили ни одного врага. Что сильно напрягало. И только тут до меня дошло, что у меня есть идеальный гид для третьего слоя. Местный.

— Я уж думала, никогда не спросишь, — проворчала Иха. — Третий слой отличается от первых двух. До этого всё было просто цветочками. Здесь всё иначе.

Со слов тёмной богини, которая прожила на этом слое всю свою сознательную жизнь, первые два слоя были ещё вполне адекватным отражением поверхности. Странным, искажённым, но отражением.

Это были миры со своими правилами, своей экосистемой, где все жрали всех, потом плодились, чтобы быть сожранными ещё кем-нибудь. Ареалы обитания, жёсткая система территориальности, множество различных механизмов выживания. Эти слои были похожи на сотканное полотно, собранное из миллиарда заплаток. Каждый лоскут — отдельная зона со своим доминирующим видом.

Если уметь находить края областей, то по этому одеялу можно было двигаться бесконечно, не вступая ни в одну драку. Так делают странники.

На первом слое больше свободных территорий, слабее враги, как следствие, некоторые популяции могут размножаться в невообразимых масштабах. На втором слое всё теснее, а монстры сильнее. Любая стычка может перерасти в локальный геноцид, виды исчезают буквально каждый день. Это уже настоящая война на истребление, где о выживании никто не говорит. Лишь о продлении срока существования, не более.

Третий слой — это второй, но возведённый в абсолют. Здесь уже все всех сожрали. Пауков, змей, крыс, скорпионов и прочих хищников закатали в банку. Девяносто процентов сдохло, но остались самые сильные и матёрые. Вот это и есть третий слой глубины.

Пустоши. Бескрайние пространства, по которым можно бродить целыми днями и вообще никого не встретить. Но любое существо здесь — не просто враг. Всё, что умудрилось здесь выжить, само по себе является идеальной машиной для убийства. Потому что слабаки давно сдохли. Очень давно.

— В случае столкновения с любым обитателем третьего слоя, — подытожила Иха, — оцениваю шансы не в вашу пользу.

Вторая особенность этого места — большинство хищников были бродячими охотниками, кочевавшими по всему слою. Мало кто мог позволить себе устраивать длительные засады, слишком мало добычи, хотя есть и такие.

Ну и, разумеется, ситуация с пространственными проколами была совершенно иной. Каждый прокол кем-нибудь охранялся. Местные могли чуять подобные вещи и при обнаружении старались далеко не отходить. Проколы здесь были редкостью и единственным шансом для местных прорваться на второй слой.

И если для меня второй слой являлся смертельно опасным местом, полным монстров, владеющих эйб-способностями, для местных обитателей это огромная бесплатная кормушка. Там у них нет врагов, только жирная добыча.

Значит, как минимум, нам придётся сражаться за выход с глубины. И это полностью противоречило моей концепции погружения. Для меня идеальный ран — бескровный ран.

Пока поднимались, Курама объяснил мне свой план. Помимо феноменальной памяти и огромного опыта начертателя, у него была способность. Его личная, родная, дарованная Логосом при погружении.

Вначале это была уже знакомая мне пластичная кожа, позволявшая менять лицо вплоть до полной неузнаваемости. Но в отличие от большинства спиритов, с ростом ступеней Курама не получал новых способностей, а усиливал уже имеющуюся.