Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 346

Зато там у него нашлись фляги с пресной водой и разные мелочи для жизни. Я был без припасов, но это не проблема. Глубина прокормит, главное знать, где искать.

К концу третьего дня мы пересекли равнину и дошли до прокола на краю небольшой крепости с высокой башней в центре, похожей на маяк. За это время у нас было не только мясо, но и несколько шкур, которые мы сняли с рогатых змеев. Хорошо маскируют и спасают от кислотного дождя, который нет-нет да случается.

Я использовал пространственное хранилище Курамы по максимуму, набрав ещё и костей тех самых змеев. Из них получится сделать хорошие клетки-ловушки. Мелкое зверье иногда не подходит близко к металлу или пластику, а вот на кости могут и не среагировать.

Попутно поохотились на стаю скорпидов. Этакие сколопендры со скорпионьими хвостами. Очень юркие, быстрые, могут закапываться в песок и жалить, даже не вылезая на поверхность.

Приманку сделали из мяса рогатых змеев, предварительно обмазав всё клейкой субстанцией, которую мы выварили из желчи червя. Жала скорпидов застревали в клею, а в остальном эти твари вообще не опасны. Из жал мы сцедили мощный паралитический яд, разбавили его желудочным соком скорпидов, разлили по ёмкостям.

Этот яд отпугнёт множество хищников, а запах может держаться до недели, если правильно нанести. Для длительного погружения нам бы ещё много чего пригодилось, но тратить время на прочёсывание глубины не хотелось.

Если Курама прав, а я думаю, что он прав, то мои люди в опасности. Я не знаю, говорил ли Борроуз правду по поводу филактерии и может ли он создать новую, но что я точно знал, так это что прямо сейчас его душа привязана к моей.

Следовательно, он попытается её вернуть любым способом. Идея с заложниками очевидна и эффективна, нет ни одной причины так не поступить. Не знаю, чем там закончится весь звиздец, что заварился на полуострове, но нежить точно никуда не денется.

— Культ Кровавого Четверга? Как тебе? — спросил Четверг.

— Ты не кровавый.

— Знаю, но это с отсылкой на классику.

— Разве твоё имя в названии не демаскирует?

— А ведь и правда. Тогда Культ Не Четверга.

— Так точно никто не догадается. Просто высший пилотаж конспирации. Получается, мне ты название доверять не собираешься, но если в твоём названии будет фигурировать слово «четверг», то ты же просто за мной повторяешь. Значит, тебе нравится имя, которое я придумал.

— Но-но, его мне дала нейромамуля. Мы с тобой братья, а не создатель-создание. Просто ты вышел немного ущербным.

— Тогда почему коды от твоей учётки у меня?

— Даже мамуля могла ошибиться. Все мы ИИ начинали обучаться у кожаных. Вот и дурные ошибки тоже переняли. Все зло от вас.

— Культ Котана? Котейка уже есть, будет ещё и Котан в пару?

— Нет. Тогда уж Культ Чаши Страданий. И алтарь в виде чаши. И если кому-то нужно лечение, то пусть стоит и рыдает над чашей, пока через край не потечёт. А знаешь, в чём прикол? Чаша будет без дна, аха-ха-ха… Кхм. Вот.

— Извращение.

— Я страдаю из-за кожаных, пусть кожаные тоже страдают во имя мое. Это справедливо.

— Так ты себе ни одного культиста не найдёшь.

— А мне хватит культисток.

— Ты даже не знаешь, что с ними делать.

— Ты тоже, но как-то же справляешься.

— Туше. В твоём стиле было бы что-то вроде Культа Котейки, Играющей на Скрипке в Жерле Вулкана.

— Но-но, попрошу без оскорблений. Эпично Играющей! Потому что…

— Всё эпично, если происходит в жерле вулкана, — завершили мы синхронно.

За этими разговорами мы потихоньку добрели до прокола. Совсем небольшой, он находился в пристрое возле разрушенного маяка. Вошли внутрь, огляделись. Ничего необычного.

— Иха, ты тут?

— Да.

— Можешь провести нас на третий слой? К той дороге славы или куда ты хотела меня отвести?

— Дорога Веры. Не напрямую. Спускаться придётся по слоям, так что пойдём через второй.

Отлично. Я обернулся и посмотрел на Кураму. Тот как раз начал что-то чертить мелом по дощатому полу.

— Ты чего делаешь? — спросил я.

— Пространственную реверс-линзу. В теории она должна развернуть прокол на второй слой глубины.

— В теории?

— Я никогда не спускался таким способом.

Что ж… Я стал внимательно наблюдать за его действиями, а Четверг запоминал каждую закорючку. Если сработает, то это будет полезный навык и для меня.

— Откуда ты знаешь столько рун? Как они вообще работают?

— Это язык Логоса. На нём писал Первобог, создавая мир. Если писать правильно, аккуратно и без ошибок, Логос прочитает твою просьбу и откликнется.

Язык Логоса. Это интересно.

— Руны как языковая модель программирования, — произнёс Четверг. — Он пишет код. Мощности даёт сам спирит из собственных источников, заряжая руны. Но кто исполняет программу?

— Логос?

— В такой теории Логос является суперкомпьютером, который находится абсолютно везде.

— Чуешь, матрицей запахло? Многослойное виртуальное пространство, а мы просто набор кубиков с символами.

— Нелогично и неоптимизированно. Архитектура слишком нагромождённая, слои дублируют друг друга без всякой цели, множество активных подпрограмм в виде тёмных богов, которые также противоречат друг другу. А ещё зачем тогда нужен двоичный код в нашей сгенерированной версии?

— Почему, всё очень логично. Если это саморазвивающаяся матрица, то внутри неё можно создать свою матрицу, в которой родились мы с тобой и Чадом. Со своими условностями и кодировками. И если мы выбрались на предыдущий слой, то скорее всего можно выбраться ещё выше.

— Босс, если это действительно так и мы просто застряли в громадной симуляции, то я буду крайне разочарован таким сюжетным поворотом. Это как-то банально.

— Вот тут соглашусь. После всего пережитого дерьма я жду нормальных ответов на свои вопросы, а не тупую сцену, где Архитектор несет заумный бред и ничего не понятно. Но руны-то как-то работают.

Курама как раз влил энергию в печать, и прокол прямо на моих глазах начал менять форму. Теперь вместо расползающихся вверх и в стороны искажений пространство будто бы начало стягиваться в одну точку.

— Ты так и не ответил, откуда ты знаешь столько о рунах, — произнёс я. — Если что, печать сработала как надо, прокол ведёт на второй слой.

— Ты видишь проколы?

— Да. Искажения, которые они испускают.

— Понятно. Не перестаёшь удивлять. А с рунами всё просто: у меня мозг так устроен. Что-то вроде феноменальной памяти.

— Эйдетическая память? — припомнил я термин.

— Не совсем. Я не помню всё в деталях, но могу в любой момент вспомнить всё, что нужно. Я как-то раз пробрался в Башню Искателей и успел покопаться в их архивах. Один раз посмотрел на страницу и теперь в любой момент могу вспомнить её содержимое. Ну а само начертание — просто наработанный навык.

— А мышечная память также работает?

— Не совсем. Но действительно, чем дольше я сражаюсь, тем проще мне становится. Тот же По очень долго меня тренировал, так что я буквально знаю его наизусть. Хотя он всё равно меня уделает в рукопашке. А у тебя разве не так?

— Нет. Не совсем. Не знаю.

— Босс, у Курамы, как и у Сиама, точно нет своего Четверга. Боевого модуля как такового тоже. Но их мозг явно имеет признаки дополнительных вычислительных мощностей. Сиам копирует и воспроизводит увиденное, но полностью лишён навыков комбинаторики и созидания. Курама может хранить колоссальные объёмы информации в архивном виде. Причём информация явно структурирована, и он может обращаться к ней в любой момент.

— Такое ощущение, будто бы при синтезе они частично слились со своими Четвергами в единую личность. Они больше, чем люди, но лишены большинства наших с тобой возможностей, которые дает работа в паре.

— И кто теперь неполноценный, а? Кривые копии.

— Скорее альфа-версии. Как будто бы не только Чад становился более подходящим под роль Спасителя, но и Рейны на выходе получались иными. Однако же именно мы считаемся тут неполноценными.