Materia Prima 1-8. Компиляция (СИ), стр. 341

Сейчас битва была между умелыми бойцами, привыкшими к более страшному противнику. И между дохляками, которые рассыпались от нескольких хороших ударов. Спроси кто Филиса, старый караульный в этот момент сказал бы, что они еще до самого некрополя дохляков пинками погонят.

Проблему представляли твари, похожие на ящеров или динозавров, эти были крупнее и крепче. А ещё среди нападающих встречалось множество ранее невиданных тварей, в которых опытные дайверы легко бы узнали различных монстров с глубины. Эти были зачастую быстрые и в какой-то мере хитрее. Но даже так с угрозой можно было справиться.

Были орудия, были тяжёлые арбалеты, была магия, рунные ловушки, магические барьеры, переплетения живых лиан, баррикады, стены, рвы, пылающие от разлитой смолы, оставались еще вторая и третья линия обороны.

Да, для окончательной победы нужно было чудо, но люди этого не знали, а потому просто продолжали бороться изо всех сил.

— Шева, ёп твою налево, ты чего, устал, что ли? — заорал Филис на подчинённого.

Тот отпустил свой край, отчего здоровенный камень чуть было не рухнул. Благо остальные вовремя опустили носилки на землю.

— Рука, — прокряхтел Шева. — Холодно.

— Святой Апол, — выдохнул Филис.

В одно мгновение до него дошло, насколько катастрофична была ситуация. Шева, молодой боец из его дюжины, пару дней назад получил ранение, когда ходил добивать нежить. Всего лишь царапина, даже зелья пить не пришлось. Медики обработали рану да наложили тугой бинт.

Только вот помимо медиков с ним работали ещё и священники Апола, потому что рана, нанесённая когтями нежити, несла в себе некротическую составляющую. И до сегодняшнего дня это не было большой проблемой, священник стабилизировал рану и сказал, что организм скорее всего сам победит болезнь за год-другой.

Но теперь божественного эйба больше не было, и некротизация пошла вверх по руке.

Филис подскочил к бойцу, сорвал с него кожаную куртку, вспорол рубаху, вытащил палаш и замахнулся, готовый отсечь руку. Надо было только понять, где рубить — по локоть или по плечо. По локоть или по плечо.

В голове Филиса даже мысли не возникло, что рубить надо будет голову. Поэтому он просто смотрел на то, как голубоватые прожилки вен уже расползались по груди и через шею тянулись выше.

Он посмотрел бойцу прямо в глаза, и палаш в руке дрогнул. Взгляд Шевы на мгновение поплыл, а затем глаза его начали сиять мертвенной синевой. Бывший боец медленно раскрыл пасть, вцепился в доспехи дюжинника, а затем его голова отделилась от шеи и полетела вниз со скалы.

Другой боец из отряда сделал то, на что у старого командира не хватило духу. Снёс голову одним ударом артефактного топора. Сделал это молча. Сделал то, что должно.

Филис лишь благодарно кивнул ему, после чего посмотрел на тело Шевы. Оно осело на землю и начало моментально иссыхать. Алая кровь, фонтаном бьющая из шеи, не заливала всё вокруг, как должна была. Вместо этого она тугой струёй убегала по камням в еле заметные стыки в горе, где и исчезала. Через мгновение перед ними лежало иссушённое безжизненное тело.

Филис даже не успел понять, что произошло, лишь посмотрел вниз. И там разверзся настоящий ад. Если до этого у бойцов ещё был хоть какой-то шанс, то теперь растаял и он. Раньше враг был лишь впереди, но теперь он пробрался и ударил в спину самым неожиданным образом.

В лагере было всего лишь две с небольшим сотни раненых, большинство из них лёгкие. Примерно половина сейчас билась в первых рядах, не обращая внимания на старые царапины. Но сейчас они прямо на глазах превращались в нежить прямо в сердце лагеря. И тут же нападали на своих недавних союзников.

В одно мгновение оборона дала трещину, поддержка перестала работать, а фронт посыпался и оказался прорван. Надежда рухнула.

— Носилки, — скомандовал Филис. — Грузи снаряд, готовь залп, быстро! Мы не уйдём, не отомстив. За Шеву.

Баллиста выстрелила ещё два раза, собрав добрую жатву. После этого уменьшившаяся дюжина взяла арбалеты и стала прикрывать отступающих, когда те бросились по тропе.

Но ни Филис, ни другие бойцы не знали, что своими действиями лишь приближают неизбежное. Каждая павшая нежить отдавала Каменной Горе принесённый эйб. Каждый павший спирит делал то же самое. Каждый погибший защитник насыщал спящего в недрах горы своей кровью.

Пока наверху шла битва, под горой ледяные наросты окрасились алым. И кровь медленно стекала вниз до самого подземного озера. И когда концентрация жизни и смерти достигла предела, Спящий-под-Горой пробудился.

В глазницах зажглось пламя золотого цвета. Дракон не просто пробудился ото сна, он был готов и ждал этого мгновения многие годы. И в нужный момент вырвался из своих оков, сорвав все печати. Его тело выстрелило в небо, огромные камни с грохотом разлетелись в стороны, а лопнувший магический барьер разошелся ударной волной, повалив всех разом.

Я очухался не сразу. И тут же ушёл в рывок прямо из лежачего положения. Потом буду сам себе удивляться и тому, как я так извернулся. Главное, что успел, и меня не придавило огромным валуном.

Быстро глянул в сторону наёмников, но их только мелкими булыжниками зацепило, которые приняли на себя раскинувшиеся барьеры.

Тут же всё моё внимание перекинулось на Каменную Гору. Вернее, на то, что от неё осталось. Верхушку срезало начисто, остальная часть медленно осыпалась, грохоча так, что даже у меня под ногами земля дрожала.

А в небе медленно расправлял изъеденные временем крылья дохлый дракон. Из его глаз лился золотой свет, а в тех местах, где шкура и плоть успели разложиться, проглядывали потоки божественного эйба.

— Четверг. Какого Логоса эта дохлая тварь напитана Аполовским желе вместо некротики?

— Ща, погоди, посмотрю в своём справочнике по некротико-божественной квазитрансформации. Я же как раз докторскую защищал по этой теме. О, босс, представляешь, я вообще нихрена не вкуриваю, что тут происходит! Вот так неожиданность, правда?

Внезапно в голове пробудился третий голос, принадлежащий тёмной богине, чей обломок рога так и лежал у меня в кармане.

— Вы оба слепы, — произнесла Иха ровным голосом. — Он насыщен силой Апола, потому что это и есть Апол. А вы полтора идиота.

— Чур, ты целый идиот, а я половинка, — произнёс Четверг.

— Ты и так половинка, — вздохнул я.

И в этот момент произошла очередная непонятная хрень. Воспаривший в небо дракон внезапно выдохнул целую струю плазмы. Но не в защитников, не в меня и даже не в наёмников. А обратно в сердце горы. Словно бы в отместку сжигая то место, где был заточен.

Действие абсолютно бессмысленное, однако реакция оказалась мгновенной. Всего на секунду, но моё тело само бросилось к горе, после чего замерло.

— Босс. Ключ активировал вирусный протокол. В горе только что открылся портал в глубину. Прямо в центре горы. Вредоносный код блокирован.

Твою ж налево. Это не дракона замуровали камнями. Это колодец в глубину замуровали в тот момент, когда из него вылезал грёбаный дракон.

— Эй-ей, Рейн. Где святыни моего бога? — раздался голос паладина Эбола.

— Да че вы все до меня докопались, а? Че вообще происходит, и при чём тут я?

Сидел же тихо-мирно. Там же до телепортации не хватало совсем чуть-чуть. Ценник повысить, флаеры раздать, там отжать, тут прикупить, авось и наскреблось бы.

— Ты бы всё равно не стал, — произнёс Четверг. — Сам знаешь почему.

— Знаю, — проворчал я.

И бросился бежать. Но не как все к гряде, а в обратном направлении. Прямо к центру горы.

Глава 10

Ты бессмертный? Просто второй вариант уже будет оскорбительный

— Отродье Морты. Когда уже вас всех изгонят наконец? — проворчал Маркус-Кассиус, разглядывая мерзость, оставшуюся от некогда величественного создания.

Паладин вытянул руку и сделал жест, словно смахивает сор со стола. Громадную тушу дракона снесло в сторону и ударило оземь, подняв тучу пыли.