Идеальный мир для оценщика 4 (СИ), стр. 51
Причем карабины, защелки — все целое, нет такого, что оружие срезало с них, отсекло невидимым ножом. И как работает — непонятно. Может, сидят там в междумирье какие-то гоблины-контролеры, которые быстро-быстро снимают все, что не подлежит переносу. Помощники Санты переквалифицировались в таможенников. Чтоб их…
Ладно, с этим разберусь, когда вернусь. Я бы сейчас рванул в башню, но, боюсь, от голода помру. В доме, где дверь расположена, никакой еды я не обнаружил, хотя надеялся… Лия ведь не ожидала, что я нагряну.
— Легче? — спрашиваю девушку, которая выпила все зелья, что я ей дал.
— Не знаю, — еле слышно отвечает Лия, она все так же бледна, но хотя бы не шатается.
— Потом поймешь, — усмехаюсь я, — давай спрашивай…
— Откуда вы знаете, что я хочу что-то спросить? — Лия смущенно опускает глаза.
— По тебе видно… не стоит меня обманывать. Да и себя саму тоже.
— Да я переживаю… — мнется Лия.
— Что за переживания? Поделись. — Надоели эти недомолвки.
Она какое-то время молчит, теребя рукав.
— А вам не опасно здесь находиться? — наконец спрашивает Лия.
— Опасно, конечно, — подтверждаю я, — я далеко от тех мест, где моя сила больше, где я могу призвать армию…
— Вы… будете тут всех убивать? — По улице как раз проходит толпа гуляк, все навеселе, что-то поют, кричат…
Так вот оно что! Лия переживает, что я сейчас тут зомби-апокалипсис устрою. Начну направо и налево поднимать мертвяков, а у нее тут знакомые, друзья, может, возлюбленный (хотя оценка такого и не показала). Впрочем, насколько я помню, она в этом городе недавно.
— Есть за кого переживать? — пристально глядя на девушку, спрашиваю я.
— Нет, — качает она головой и останавливается, — но если вы так поступите, то из столицы сюда направят инквизиторов, для зачистки. Слухи о некроманте разлетятся по округе как пожар. А у инквизиции правило: лучше убить всех, включая невинных, чем случайно пощадить некроманта. Они разбираться не станут, просто уничтожат город вместе с жителями. А там боги разберутся, где невинная душа, а где нет. Поэтому если у вас такой план, то сообщите заранее, чтобы я переехать смогла подальше…
Жестом я указываю продолжать движение. А сам размышляю.
Оказывается, тут есть инквизиция. Или еще кто-то, кого оценка так перевела или адаптировала. Может, они на самом деле тут по-другому называются. Но как их ни именуй, а эта организация во все времена была достаточно жесткой. Огнем и мечом выжигала скверну и несогласие с учением церкви. Тут вроде как политеизм, но всё-таки инквизиторы тоже появились. И, судя по выражению лица Лии, действуют они довольно эффективно, да, жестоко, но эффективно.
— Вы-то спасетесь, — продолжает Лия, неспешно шагая по улице, — а меня схватят, станут пытать, а потом сожгут… Я про вас рассказывать не хочу, но боль… она всем развязывает язык.
Понимаю, о чем она говорит. Это только в книжках бесстрашный герой выдерживает любые пытки, на самом деле все эти писатели не знают, что такое иголка под ногтем…
И она права — плоть человеческая слаба. Все ломаются, кто помереть не успел, а в инквизиции работают мастера, помереть не дадут. Так что если попался в лапы инквизиции, молчать и смысла нет…
Жду, что же еще скажет Лия. А ее шепот становится жарче и отчаянней:
— Они узнают про вас и про башню. Некромантов не бывало очень давно, новость о вас всколыхнет все королевство. Я не удивлюсь, если в пустошь будет отправлен карательный отряд во главе с каким-нибудь отцом-экзекутором высшего ранга в окружении паладинов… Я бы не хотела быть той, кто выдаст ваше местоположение, кто вам… навредит.
Я-то думал, она за людей переживает, а она, стало быть, за свою жизнь и немножко за совесть… Хотя это логично, переживать за людей, за человечество удобно и красиво, если дело не касается лично тебя. Вот тут-то обычно весь альтруизм идет быстро и далеко…
— Так если тебя схватят и ты расскажешь обо мне все, как думаешь, что дальше? Ты кого больше боишься? Меня или инквизицию?
— Что творит инквизиция, я видела, — задумчиво отвечает девушка, — а про то, что делают некроманты с предателями, только читала в книжках. И судя по тому, что там написано — вас я боюсь больше…
Вот это ни фига себе. После всего, что я для нее сделал, она до сих пор меня боится, да настолько, что перспектива оказаться в застенках инквизиции меньше пугает. Это чего ж творили некроманты, что такой ужас остался в сердцах людей, даже спустя столько лет? А Зул еще задвигал, что некромантия — это вообще не про это, что они тихие философы и исследователи… Я сам с инквизицией встречаться не планирую, по крайней мере, в обозримом будущем…
— Но если вы не собираетесь ничем таким заниматься, то, полагаю, опасаться нечего… — В голосе девушки явно слышится облегчение.
— А ничего, что у меня тут недавно несколько мертвяков по улицам шарахались?
— Ничего страшного, — отвечает девушка.
— Это еще почему? — обхожу я лужу.
— Потому что в городе есть защита от нежити, — шепотом сообщает мне Лия, подойдя вплотную. — Когда кто-то из умерших восстает, то в башне городской ратуши звонит колокол. Древний и очень дорогой, кстати. Раз уж мы его не слышали, значит, ваше заклинание нежити очень древнее и на него эта защита не распространяется. Ваша магия сильнее здешнего обнаружения. Об этом можно не переживать…
Куча полезных сведений, хотя, конечно, про колокол Лии стоило бы упомянуть раньше. Наверное, для нее это было что-то привычное, вот она и не подумала, что надо сказать.
Но если б я знал, я б тогда сюда не совался и уж тем более не стал бы поднимать мертвяков. Хотя, с другой стороны, а куда я их тогда? В палате бросить? Вариант ненамного лучше. Светский суд тоже умеет всю подноготную выяснять путем иголок под ногти.
Получается, повезло, что колокол их не засек… Интересно, а в других городах тоже сигнализация? Сто процентов столица защищена гораздо лучше, там бы меня повязали прямо на выходе из портала. Ну ладно, хорошо, что Лия сама все это рассказывает и мне не придется выглядеть идиотом, задавая кучу вопросов.
Информацию укладываю в голове. Сведения интересные, так что я даже позабыл о голоде, но потом настойчивое бурчание желудка возвращает меня к действительности.
— Скоро придем. — Лия явно услышала этот голодный рык моего организма. — Тут рядом как раз одна из лучших таверн в городе. Не самая дорогая при этом и не самая людная. Стража туда почти не захаживает, опасаться нечего. Зато запеченная кабанина и стейк из вархора — объеденье.
— Хорошо, — киваю я, — веди.
Однако одно из лучших заведений в городе сейчас закрыто.
Эх, не попробовать мне стейк из вархора.
Лия задумчиво смотрит на запертую дверь.
— Ладно, пойдем в таверну попроще, — бормочет она.
Таверна попроще тоже закрыта.
— Лия, если я в ближайшие пятнадцать минут не поем, то начну на людей бросаться, — предупреждаю я девушку, дергающую ручку входной двери очередного заведения.
Таверна «Сахарные зубки» расположена в небольшом проулке, справа от той улицы, где мы шли.
Стоило лишь свернуть с центральной улицы, как мы словно в другом мире оказались. Сразу чувствуется то самое средневековье с грязью, вонью и крысами.
Здание трехэтажное, причем помещения для приема пищи занимают два нижних этажа. На третьем — жилые комнаты для постояльцев. У дверей таверны коновязь. Время сейчас позднее, лошадей нет, но из самой таверны доносится человеческое ржание…
Самое же прекрасное — это ароматы, что витают в воздухе… Рот мгновенно наполняется слюной. Все, я теперь слова сказать не могу. И не есть я хочу, хочу я жрать…
— Ты уверена, что мы пришли куда надо?
— Ну, из тех, что открыты, это заведение самое лучшее. — Лия начинает подниматься по ступенькам.
Людей внутри немного — столики свободные есть, так что располагаемся в дальнем конце зала. Чуть справа позади окно, выходящее в проулок, за спиной стена, отсюда отличный обзор на вход в таверну. Позиция отличная, если вдруг кто-то припрется по наши души. Столик я выбрал чисто интуитивно, потому что голодный мозг сейчас не работал, работал желудок, он, мне кажется, и думал сейчас…