С чистого листа 2029 - 2 (СИ), стр. 40

— Ей нравится же. — ничуть не смутился Жека, снова резанул кусочек, протягивая его Мише: — Передавай дальше.

Миша передал мясо Марысе, та вздохнула и набросилась на него. Но уже с ленцой, не как поначалу. Настя не унималась:

— Она же почти в два раза больше стала! И шатает её как пьяную, нельзя так над питомцем издеваться!

Марыся покосилась на хозяйку, заворчала, не выпуская из зубов кусок мяса. Проглотив остатки, завалилась на бок, следя за Мишей — когда он ей очередное подношение сделает. Настя сдалась:

— Сами её к ветеринару понесёте…

— Да нормально всё, — вслед ей бросил Жека, — в первый раз что ли, пусть и кошки праздник будет…

Варка такой здоровой кастрюли лосятины, затем раскладка по банкам и их стерилизация — затянулась до полуночи почти, Жека уже пожалел не раз, что с охоты сразу в такаю авантюру ввязался. «Лучше бы завтра с утра начал, аж пошатывает. Кто знал, что этого лося так долго варить надо, ну ничего, зато мяса много. И завтра проще будет, процесс уже знакомый и отработанный…»

Наконец на кухонном столе, на расстеленном чистом полотенце выстроилась батарея банок с лосятиной, прикрытых сверху другими полотенцами. Жека выдохнул с облегчением, прикрыл до этого открытое окно (духота от двух работающих конфорок в процессе стояла адская) и отправился в ванную. Девчонкам, сидевшим на кухне в прострации от усталости — пообещал:

— Остальным я сам займусь, пока вы на работе. До четверга сделаю, сколько успею, а остальное на выходных вместе добьём…

Те только кивнули в унисон, ничего не ответили — умотались тоже, помогая. А Жека долго не мог заснуть, прикидывая, сколько ему ещё стеклянных банок понадобится, где их взять и как грамотней сохранить сваренную тушенку. «Сильно-то паранойить не стоит, летом будем есть, чтоб не пропало, как у иных перестраховщиков. А если ничего не случится, то следующей осенью по новому наварим, главное — Андрону со Славой комп по красоте проапгрейдить и продолжать это плодотворное и взаимовыгодное общение. Надо им коробки с сухпаем прихватить в следующий раз ещё, они Галямовским вон как обрадовались, а у меня стоят пылятся…»

Настя уже давно крепко заснула, а к Жеке сон не шел. Осторожно, чтоб не разбудить — встал с дивана, оделся, накинул куртку и вышел к подъезду покурить. Полюбовался огнями не заснувшего, несмотря на комендантский час города, Покосился на темнеющую громаду Таганая на востоке, вспоминая поездку на охоту: «живем в иллюзии покоя и уюта, с центральным отоплением и электричеством, а случись чего — придется в мороз по горам с мясом корячится, в лучшем случае. И никаких природных катаклизмов не надо, сами можем, пример Москвы и крупных городов как бы намекает, как тонка грань между обычной жизнью и выживанием…»

Подмерз, пока размышлял, затушил бычок и вернулся домой, скользнув под одеяло. «Половину тушенки в подвал определю, остальное пусть дома стоит. И в натуре, права Света — Настина комната без дела стоит, пора там запустить оранжерею, своих светильников для начала хватит, а то ещё зима не началась, а уже зелени хочется и огурцов…» — Жека поворочался ещё немного и задумался: «Чего это меня так разобрало, сна ни в одном глазу и планы наполеоновские в голову лезут? Никак со струи этой штырит, надо поменьше есть…»

Жека словно бы на эффект от бобровой струи сваливал свой страх перед будущим и тревогу о том, что их ждет. А подсознание под утро выдало ему сон, где к нему в квартиру пришёл Карасёв с нарядом и ордером на обыск, посмотрел на него свои немигающим цепким взглядом и сказал:

— Делись тушенкой, Николаев, люди уже друг друга едят, а ты как куркуль на запасах сидишь… Или расстреляем…

Кошмар этот Жека постарался сразу же забыть, как страшный сон. Но вечером сам позвонил Галяму, спросил как бы между делом:

— А ты знаешь, кто у нас в серпентарии, тьфу, в бухгалтерии работает? Ага, спасибо, а сколько их? Пятеро? Отлично… Нет-нет, я так, для общего развития и налаживания контактов спросил…

Оставшуюся часть отпуска до четверга Жека провел весьма продуктивно — по две варки тушенки в день устраивал. В среду окончательно возненавидев мясопереработку, не жалея уже собрал пять пакетиков мяса по кило каждый для бухгалтерш их отдела: «Даже если и не оформят в этот раз отпуск с больничным одновременно — на будущее пригодится. Кредитная каббала эта на два года ещё, нет, с девчонками надо мосты наводить, может чего и присоветуют умного…»

Сходил и к дяде Ване, отнес ему и мяса, и рыбы. Передал банку тушенки:

— Зацените, как получилось. Не храни только, я именно что на пробу принес. Много наварю, часть в подвале складирую, у тебя-то как, движется дело с переоборудованием в бомбоубежище?

— Ударными темпами, всё уже сделали, вентиляцию поставили принудительную, протестировали. Сменных фильтров завезли, пайков армейских и воду бутилированную в пятилитровках, всё под замок и под опись. Да что там, уже две проверки были, ваши менты приходили и от администрации комиссия.

Помолчали, допивая заваренный дядей Ваней чай. «Хорошо, когда есть человек, с которым можно просто помолчать…» — Жека искоса посмотрел на старого друга: «Да и что тут обсуждать, всё уже не раз обговорено, и чем ближе к весне, тем отчетливей становится видно, как там у любимого Настей Кинга в эпиграфе стоит: „кровь застыла, пальцы в лёд, что-то страшное грядёт“. Лишь бы не зимой всё случилось, тогда точно все прозреем, из тех, кто выживет…»

Но если начистоту — Жека не один надрывался с переработкой: Света из школы приходила и подключалась, затем после шести Настя возвращалась с работы. Хватило всем, даже Миша капризничал:

— Мам, не хочу мяса, свари каши лучше…

А Настя в среду утром, уходя на работу — чмокнула его в щёку на прощанье и сказала, не скрывая довольной улыбки:

— Наконец-то у тебя сегодня последний день отпуска, задолбалась уже…

Жека и сам уже задолбался, но раз сам затеял — надо было держать марку. Да и запас банок с тушенкой — вселял уверенность в завтрашнем дне: «Теперь даже отключение электричества не критично, главное, определить в прохладное тёмное место. В погреб бы на дачу в идеале, помимо бомбоубежища, отвести часть, чтоб всё в одну корзину не складывать. Квартира не идеальный вариант, увы, но в погреб только по весне получится…» Так что, вместе с уверенностью и довольством от таких запасов — ещё и тревога о том, как всё сохранить снедала.

Только вечером в среду все заботы о тушенке из головы вылетели, после звонка Галяма:

— С утра в командировку в Челябу, на две недели, наша очередь. Бельё на сменку с собой, мыльно-рыльное, в общем, всё как обычно, набивай рюкзак, не на себе потащим…

Жека объявил эту новость домочадцам и сразу определил в рюкзак две полулитровые банки тушняка своего, одну завернув в полотенце, вторую обмотав майкой, чтоб не разбились в дороге: «казенный харч хорошо, а запас жопу не скребёт, пусть будет». Настю успокоил:

— Да не переживай ты так, нормально всё будет, это только по календарю ещё только сегодня четырнадцатое ноября и осень, по факту уже зима почти две недели. Никого там не осталось, никаких бандитов, рядовая командировка…