Жажда бессмертия. Том 12 (СИ), стр. 40

Еще и эта постоянная вражда и соперничество среди трех великих кланов, которых объединила лишь общая вражда против страшного врага. Из-за которой их группы формировали по три человек… Существа. Ведь если Цканира еще и походила на человека, в чем-то была даже привлекательна, несмотря на свою чернющую кожу и пропитые мозги, то вот Уйхтара Шаават назвать человеком не мог. Хитинчатый гуманоид с шестью руками и пятью глазами, два из которых располагались по бокам, почти на затылке, а один сиял прямо посередине черепа, вызывал подсознательное желание прибить тварь. Хоть и был куда опытнее двух остальных членов информационного ядра. Он изначально уже специализировался на подобной работе.

— Я отослал информацию. И о цели. И об оплошности Цканиры. — Холодным, чуть напряжённым, взволнованным голосом ответил арахн. На что женщина лишь зашипела. На мгновение Шаават подумал, что она сейчас, обезумев, бросится на паука. Но та лишь затянулась чаем, словно теряя любой интерес к происходящему.

— Передай мне прямой канал! Нам. — Приказал Уйхтар. И через сотню вдохов адепт клана мечников получил прямую картинку. Смазывающуюся. Рваную. Вороны больше не наседали на цель. Лишь сохраняя видимость интереса. А тот продолжал сидеть, словно ожидая их. Потянулись долгие вдохи ожидания. Прежде чем к ним не пришло сухое, ментальное приказание.

— Цель благословлена великим даром кузнеца. Продолжайте делать вид, что свора не заинтересована в цели. Судьбу Цканиры мы решим позже. — Вся тройка дернулась от приказа. И от той информации, которой с ними поделились.

— Великий дар… — Прошептал Шаават. — Как? Он же осененный небом из молодого мира? — Шепот сменился на восклицание. А ворох мыслей затопил затуманенное сознание. Старшие, кто-то с таким же великим даром, осколком кузнеца, через канал связи смог рассмотреть в этой фигуре собрата. Но это никак не вязалось с теми кристаллами, к которым любой из увидевших те в действии начинал испытывать подспудную зависть. Небесный механизм в своей глупости давал силу избранным слишком легко и даром. Взращивая дутых исполинов из полных никчемышей.

— Такое может быть, если внутри сидит осколок кузнеца. А вот внешний дух, покрывающий его как доспех… Из молодого мира. Такая модель это объясняет. — Отозвался Уйхтар. — Это может быть даже выгодно. Ибо если дух вошел в синергию, в парную культивацию с адептом бездны, то может перегонять ему уже материализованную силу небесных даров. — Объяснение выглядело логичным и вместе с тем невероятным. Уж слишком редким должно было быть такое стечение обстоятельств. Шаават даже успел пожалеть, что их клан был все это время занят войной с чертовыми ублюдками, говорящими. Чтоб они все сдохли. Хотя они и так сдохли все. Кроме последнего беглеца, который прихватил с собой кучу даров кузнеца. Не будь этой войны, может они бы отправили экспедиции вверх, может он бы сейчас сражался с врагами из молодых миров, испивая их души.

— Но не объясняет, где он взял даже не раба из молодого мира, а духа. И не объясняет, почему он просто сидит, а не бежит от нас. — Дополнил мечник, успокаиваясь.

— Скорее всего, это ловушка. Отвлечение внимания от основной цели. Одним даром можно и пожертвовать, хоть нам неизвестно, сколько их вообще у цели. В любом случае это уже не наши проблемы. — Отозвался арахн. И все снова погрузились в молчание. Дым поднимался и копился у потолка пагоды, конденсировался, падал вниз эфирными каплями, что, вдыхаемые, давали сознанию силы и расширяли горизонты мыслей. Старшие, почему-то, не торопились к цели. Лишь продолжали требовать прямой канал информации. Так прошли сначала часы. Потом сутки. По истечении которых За Цканирой явились темные маски. Та попыталась сбежать. Но не смогла. Обессиленно упала на кресло. Видимо, слуги подмешали в ее чай чего-то более крепкого. Облезлую ворону утащили, наверняка навечно. Но это и было ожидаемо. На ее месте Шаават бы попытался сбежать сразу, когда бы осознал, как напортачил. Уйти в верхние миры и там поискать своей судьбы. Вместо провинившейся к ним присоединился матерый ворон, молчаливый, что сразу же перехватил управление над стаей, по пути уничтожив какой-то сброд из сорока тысяч слабаков во главе с дракнидкой-владыкой. И вот тогда вот, из допросов, и стало ясно, что они подобрались вплотную к молодому миру!

А затем на трех погонщиков навалилась целая куча проблем, требующих срочного решения. Их армии достигли сначала поселений, разнося те в клочья, затем и вооруженных подразделений верхних миров. И вот тогда пошла жара! Армии верхних миров встретили их ожесточенным сопротивлением. А воинов небесного закона там было… О… Даже старшие удивились тому, что их стаи достигли этой немыслимой цели. Молодого мира, вокруг которого сейчас пировали более старые миры, растаскивая местных на рабов и мясо. Вот только…

От чая начало тошнить и рвать. Но вся тройка продолжала работать на пределе, создавая прямые каналы к передовым отрядам, хоть расстояние уже плавило мозги. Абстрактные ядра ломались. Цепочки доставки пакетов приходилось выстраивать заново. По-хорошему им бы перебраться на сотню миров дальше, в новую пагоду. Но в такой спешке об этом не было и речи. Командование поставило цель, закрепится вокруг молодого мира. Любой ценой. Ибо если беглец достигнет того, то в этом кипящем котле сможет затеряться. Скорее всего, навечно. А о подобном было даже страшно думать. Страшно вообразить, каким будет гнев великих архонтов, когда добыча, на поиски которой они бросили все ресурсы кланов, улизнет.

Древние ядра с тысячами душ полились рекой, как и кристаллы чистейшей ци со средоточиями духа, вливаемые в духов-матерей. Тех чуть ли не рвало, заставляя порождать и порождать новых членов своры. Шаавату уже стало дурно от осознания тех объемов силы, которыми он оперировал. Впрочем, это было ничто на фоне той дурноты и кипящих мозгов, что шла от беспрерывной работы. Остальные погонщики, десятки, тоже работали. Их стаи соприкасались, объединялись. Разоряли целые города. Повергали и пленяли владык, демонстрирующих невероятные способности, называемые умениями.

То, что казалось древними легендами, о каком-то чужом, другом мире, вдруг обретало плоть в реальности. Они уже и думать забыли о том странном духе. Им уже давно занялись палачи. А вороны там умерли от эманаций битвы осколков кузнеца, обрывая картинку.

Старшие не на шутку возбудились, посылая палачей и в новый мир. Сотнями. Казалось, все ресурсы трех великих кланов, и так истощенные великой войной, были сейчас брошены сюда. Духовные скоростные корабли преодолевали миры, выводя десант владык к чуждому, странному миру. И те тут же вступали в бой, убивая противников, захватывая ценнейшие души, артефакты, и даже те самые кристаллы. Сам мечник тоже уже насмотрелся на тысячи этих кристалликов. Бесполезных. Его духи не могли их использовать. Допросы текли десятками. Одновременно. Духи пытали, вызнавали тактические сведения, паковали все в ментальные пакеты. Отправляли хозяину. Тот с плавящимися мыслями их обрабатывал, перепаковывал, отправлял выше, старшим. Те принимали тактические решения. Состояние Шаавата становилось все хуже. Так что он реально начал бояться за свое здоровье и жизнь. Но тут…

Передовой отряд пол личным управлением, наконец, преодолел портал, выплескиваясь в сам молодой мир. Мифическое место. Шарик в великой пустоте Аттона. Дух-предводитель поднял взгляд, рассматривая серое, грязное, туманное небо, сквозь которое пробилось несколько лучей солнца. Впрочем, ничего необычного. Этот мир падет, став лишь приятным дополнением к поимке беглеца.

Глава 17

Встреча с адептами бездны

Место действия: Паутина миров