Развод в 46. Любовь тут больше не живет (СИ), стр. 19

Сложно видеть, как мужчина, с которым ты провела всю жизнь, так нежен с другой, как он

одаривает ее лаской, его взгляд, полный обожания, ее грусть, которую он пытается развеять.

Они проходят несколько кварталов. Потом сворачивают назад к парку, следую за ними на

довольно большом расстоянии. Кристина несколько раз еще оборачивается. Понимаю, что она

чувствует мой взгляд, но не может ничего понять. Слава же всецело поглощен ею.

Они возвращаются к парку и садятся по разным машинам. Я же списываюсь с детективом и бегу к

нашим машинам. Детектив, оказывается, все время был где-то рядом. Следил, чтобы со мной все

было хорошо. Он в курсе всего. Влад же ждал возле машины.

Сажусь к нему. Детектив едет за Кристиной и Славой.

- Регин, на тебе лица нет, ты такая бледная. Промокла вся! Замерзла. Руки как лед, - чем-то

меня укутывает. А я практически не реагирую. - Ты ее знаешь? – спрашивает, продолжая

согревать мои руки.

- Да… - и все. Дальше не могу говорить. Сложно рассказать хоть что-то после пережитого.

Тут раздается звонок детектива. Оказывается, Слава с Кристиной едут друг за другом. Он

говорит нам направление, и Влад сразу же срывается с места.

- Мне страшно за тебя. Может, хватит? Домой? – смотрит на меня с тревогой. – Ты же

замерзла. Продрогла. Заболеешь еще.

- Нет, - мотаю головой.

Детектив говорит нам направление, но при этом мы держимся на приличном расстоянии.

- Регина Константиновна, дальше ехать смысла вам нет. Они приехали в клинику «Розамед».

Обнялись на пороге и держась за руки вошли внутрь. Иду за ними. Вам там светиться точно

нельзя.

- Поняла.

Держу телефон в руке и смотрю на него невидящим взглядом.

Клиника. Слава сказал ей про хламидиоз и Кристина пошла проверяться. Значит, болячка может

быть и у Захара. Делаю вывод.

На телефон приходит сообщение. Открываю его. Слава и Кристина стоят у стойки

администратора, пальцы рук переплетены, она бледная, испуганная, а Слава смотрит на нее с

обожанием во взгляде.

- Что там, покажи, - Влад заглядывает в мой телефон.

- Кристина? – выкрикивает так, что я вздрагиваю. – Это полный пи…

Глава 29

Святослав

После кафе они еще идут немного прогуляться.

- Хани, даже невзирая на такие новости, я очень рада тебя видеть. Очень соскучилась, -

Кисуля прижимается к нему. – Хочется еще побыть с тобой, пока быт снова не накроет.

- Я без тебя вообще жизни не мыслю, - сжимает ее тонкую талию.

Но как бы они ни старались, а разговор в кафе стоит между ними. Славу накрывает давней

болью, что его дочь называет отцом другого. Она очень славная малышка, такая веселая,

доверчивая, красивая. Когда видит ее, всегда любуется, какой у них идеальные ребенок

получился.

Когда Кисуля забеременела, они доподлинно не знали от кого ребенок, от Славы или Захара. И

это были морально сложные времена. Славе так хотелось, чтобы их с любимой связывала малышка,

чтобы любимая под сердцем носила его плод. Кисуля же страшно переживала, что если ребенок не

от Захара, то муж как-то об этом может узнать.

Но после рождения Аделаиде был сделан тест ДНК, и отцовство Славы подтвердилось. Как же он

был счастлив. Вот этого ребенка он безумно хотел, но не мог участвовать в воспитании. Только

приходить в гости и играть с малышкой. Порой, Кисуля привозила ее с собой. И Слава не

отходил от девочки, не мог ею налюбоваться.

Вот еще одного ребенка от Кисули он бы не прочь иметь. Она и моложе, и уж у нее точно не

родиться никакого урода. Гены у них с ней замечательные. А Регинка уже списанный, залежалый

товар, просрочка, одним словом. Да, и этот ребенок бы изматывал Славу, не давал спать ночами

и отвлекал от Кисули!

Зачем ему это?

А вот сама Регинка нужна в доме. Она держала уют. Тот самый быт, который так не любит

Кисуля. И в быту Регинка пусть и устаревшая, но надежная модель. Многое было на ней, и это

Славе нравилось. Раз с Кисулей они не могут быть вместе, то и менять ему ничего в жизни не

надо.

- Хани, у меня такое чувство, будто мне в спину кто-то смотрит. Злобно так. Аж жжет! –

хмурится и оглядывается.

- Тебе кажется, Кисуль. Никого я не вижу. Мы одни. Просто нервы дают о себе знать, -

успокаивает любимую женщину.

Притягивает к себе и страстно целует. Какая же она сладкая. А ведь одиннадцать лет прошло с

их первой близости, а чувства только острее. Может, она действительно права, и быт бы убил

их неземную любовь?

- Ты всегда меня успокаиваешь. С тобой обо всем забываю. Хоть у нас сейчас проблем, -

откидывает назад мокрые пряди белокурых волос. – Не знаешь, с какой стороны подступиться.

- Мы их решим. Что-то придумаем. Пока еще не очень поздно, надо бы в клинику заехать, -

снова он вернулся к болезненной теме.

- Надо, - соглашается и вздрагивает всем телом.

- Я с тобой, - Слава расцеловывает ее лицо.

Они возвращаются к своим машинам. Тягостное чувство надвигающейся черной тучи не дает

расслабиться. Оно отравляет воздух вокруг.

За что им все это?

Они расходятся по своим машинам. Едут в клинику, а Славе уже выть хочется. Не насладился он

Кисулей. В другом случае они бы сейчас поехали на квартиру, которую Слава купил специально

для наслаждения друг другом. Он бы любил свою женщину, страстно и жадно, во всех мыслимых и

немыслимых способах.

Увы, пока это им не светит. И неизвестно, когда этот вопрос решится.

А желание дает о себе знать, кровь вскипает, низ живота ноет, в голове гул. С ней же даже

близость иная, ни с кем и никогда такого не было и не будет. С ней он в облака улетает. С

ней можно реализовать его самые смелые фантазии. Кисуля всегда за любые эксперименты. И она

говорит, что только с ним так, с Захаром по старинке. Хотя даже сама мысль, что она с мужем

этим занимается, вызывает жгучую, разъедающую волну ревности.

Кисуля понравилась ему сразу, едва он ее увидел. Захар познакомил его со своей девушкой.

Слава на тот момент уже восемь лет был женат на Регинке. У них было двое детей. Дома был уют

и взаимопонимание. Не считая, что за две беременности Слава очень устал. Все же воспитание

детей – очень тяжелый процесс. Он высасывает все силы. И ведь Слава не скинул все на жену,

вставал к детям по ночам. Приезжал с работы днем, чтобы помочь жене. Он любил Илью и Аню,

хотел дать им все самое лучшее. Но для себя тоже хотело чего-то этакого. Взрыва эмоций,

новых ощущений. Он пытался найти их со случайными женщинами. Но это все было не то. Пресно.

Так сиюминутное желание, которое после близости, заканчивалось каким-то паршивым

послевкусием.

Измену он никогда не считал чем-то неправильным и запретным. Он же с женой, всегда

возвращается, заботится о семье. А вот эти все связи, это просто расслабиться, и Регинке

легче, муж всегда удовлетворен. Если бегают сочные лани по улицам, почему надо отказывать

попробовать их на вкус? Он не видел ни одной причины.

А вот на Кисулю он смотрел постоянно. Она его привлекала очень сильно, дико возбуждала. Но

она была женой его друга. Выходила замуж уже беременной. Через три года забеременела снова.

Кисуля была еще с невероятно деловой хваткой, любила работу, драйв, и во многом как раз она

направляла Захара в нужное русло.

Она не стала сидеть дома с детьми. Сразу после родов наняла няньку и вернулась на работу. И

он уважал это стремление, понимал ее. И сам думал, что его Регинка никогда бы так не

поступила, она слишком домашняя, она свою ненужную и никудышнюю работу всегда задвигала на

десятый план. Впрочем, тут Слава был только рад, профессия жены вызывала у него только смех.