Развод в 46. Любовь тут больше не живет (СИ), стр. 16

продолжает орать, иной защиты придумать не может.

А тем временем липкий страх расползается по телу. Он не может все потерять. Из-за идиотки

Регинки! Нет! Это слишком несправедливо!

- Мне расплакаться от твоей горькой судьбинушки? – усмехается.

- Мне сейчас паршиво. И вместо поддержки, я слышу только обвинения! И при этом, я еще

работаю! Пытаюсь вытянуть все, что на мне висит. Но разве хоть раз я удостоился похвалы!

Нет! Я всегда недостоин! Это невыносимо, - орет с надрывом и выбегает из своего кабинета.

Бежит, чтобы как можно быстрее покинуть офис. Ведь отец реально может его отправить в

клинику, и тогда анализы покажут…

Слава нервно облизывает губы. Запрыгивает в машину и быстро срывается с места.

Телефон противно пиликает. Именно противно. Морщится, но все же принимает вызов.

- От меня не сбежать, Слав, - насмешливый голос отца. – И концерт на двоечку вышел. Не

впечатлил.

- Это был крик души. Но разве тебе есть дело, - сбрасывает вызов.

Практически дороги не видит, страх слишком плотным кольцом окружил.

Телефон снова звонит. Слава заезжает в переулок и принимает вызов.

- Хани, приветик! – мелодичный голос проходится теплой волной по телу. – У меня сюрприз, я

вернулась в город!

Он так ждал, так скучал, а теперь радость приправлена горечью. Ведь Кисуле придется

рассказать, что скорее всего у нее болезнь, которой ее наградил Слава. А это тоже повлечет

последствия, о которых даже думать страшно.

Глава 25

Они договариваются встретиться в парке на окраине города. Славе сейчас нужно ее увидеть. Он

так истосковался. А Кисуля – это всегда положительные эмоции. Хоть они будут омрачены

правдой, которую ему придется ей рассказать.

Паркуется около парка. Выходит из машины и идет к лавочке, на которой они столько раз

целовались до умопомрачения. Ее белокурую голову замечает сразу же.

Бежит ей навстречу, она к нему. Прижимает к себе.

- Как же долго я тебя не видел, - зарывается носом в ее белокурые пахнущие жасмином волосы.

- Хани, дорогой, я так скучала! – она прижимается к нему всем телом.

И такие сладкие эти объятия, такой любовью пропитаны, что не может он сейчас все разрушить

признанием. Решает оттянуть момент, немного насладиться их встречей.

Начинает падать дождь.

- Ой, погода сегодня не на нашей стороне. Плевать! – берет в капкан своих ладоней его лицо.

Собирает губами капли воды с его лица. Слава стонет, ее ласка – это высшее наслаждение.

- Что нам дождь, если мы встретились, - говорит хрипло, борется с накатившим желанием.

В парке практически никого. Одинокие прохожие спешат спрятаться от дождя, который только

усиливается. А они стоят и не могут оторваться друг от друга. Целуются жадно. Сладость ее

губ сводит Славу с ума. Ее роскошное тело в его руках, она вся такая податливая, страстная,

дикая, его. Он чувствует ее, ощущает их любовь, которой пронизано пространство вокруг.

- Кисуль, без тебя свет не мил, - шепчет ей в губы.

Они переплетают пальцы и неспешно идут по парку, дождь так и хлещет.

- Я уже дождаться не могла, когда вернусь. Постоянно о тебе думала, тем более у тебя сейчас

такие проблемы, - сильнее сжимает его руку.

Ее пухлые губы стали еще больше от поцелуев, в глазах страсть, и он не может оторвать

взгляда от прекрасного лица. Она невероятно красива. Идеальная женщина во всем.

- Как съездила? – спрашивает хрипло, пытается усмирить разбушевавшееся желание.

Никогда и никого Слава так не хотел как Кисулю. Ни с кем ему так хорошо не было. С Регинкой

неплохо, но привычно. Она больше для уюта дома, для выполнения тех функций, для которых и

требуется жена. А вот Кисуля, она иная, она мечта, к которой он всегда будет стремиться, и

возможно, когда-то они будут вместе. Хоть пока это невозможно по многим причинам.

- Могло быть и лучше. Очень тяжело контракт дался, тугие они такие. Пришлось давить,

уговаривать. Хитрить. В общем изрядно нервы измотали, - морщит курносый миленький носик.

Слава не выдерживает и целует его.

- Я в тебе и не сомневался. С тобой у них не было никаких шансов, - проводит рукой по ее

талии.

Дождь продолжает лить, и ветер усиливается, а ему плевать, рядом с ней кровь так бурлит,

что все равно жарко.

- Нервы изрядно измотали. И без тебя, ты сам знаешь, я долго не могу. А пришлось

задержаться. Но теперь я дома, и готова помочь. Как сейчас с Региной?

- Играет в обиженку и дальше. Я даже не знаю, где она сейчас, от Ильи сбежала, - отвечает

раздраженно. Злится на жену, что в такой сладкий момент вынужден говорить с Кисулей о ней.

- Плохо. Чем дольше это длится, тем больше она может натворить. Слав, надо с ней мириться.

Ты же, наверное, жестоко с ней говорил, я знаю, ты мог вспылить, - какой же у нее звонкий и

нежный голосок, он слушает и млеет. – Нагрубил, абортом угрожал. А надо было мягко. И сейчас

давай придумаем вместе план, как ее задобрить. Дети, кстати, как? На твоей стороне или за

нее?

- На моей. Они меня поддерживают.

- Отлично. Береги их! И они как раз могут помочь Регину немного успокоить. Надо хорошо все

продумать, в нашей ситуации нельзя пороть горячку.

Она говорит «нашей»! Она все близко к сердцу принимает. Переживает за него. Славу ведет от

эмоций. Насколько же невероятная женщина!

- Тут еще есть одна проблема, - не выдерживает и снова ее целует.

Хочет уловить момент сладости, прежде чем, признается в том, что точно омрачит их встречу.

- Какая? – тяжело дышит, глаза полны желания.

Потом резко оборачивается. Смотрит по сторонам. Хмурится.

- Кисуль, что случилось?

- Да, странное какое-то у меня ощущение, будто за нами кто-то следит.

Слава тоже смотрит по сторонам. От ее слов паршивая тревога снова в груди поднимается.

- Никого не вижу… Может, показалось.

- Скорее всего, - нервно передергивает плечами.

- Пошли тогда отсюда. В нашу кафешку, - берет ее за руку.

Дождь еще больше усиливается. Льет как из ведра, и они бегут к кафе через дорогу. Смеются,

держатся за руки, переглядываются, как подростки. Лучше. Между ними настоящее чувство,

которое никогда не померкнет.

Забегают в кафе и садятся за угловой столик у окна. Заказывают горячие напитки. И снова

целуются, не могут оторваться друг от друга, насытиться. Он дышит ею, пропитывается

сладостью, голова кругом. Как же хорошо. Никогда и ни за что он не откажется от этой

женщины.

- Хани, так что ты там про проблему говорил? – она все помнит, никогда не забывает.

- Не хотел я омрачать нашу встречу, - тяжело вздыхает, держит ее за руку. – Тут такое дело,

в общем у Регинки нашли хламидиоз. Откуда он у нее взялся, можешь догадаться.

Она склоняет голову набок, по мокрым волосам стекает вода. Глаза широко распахнуты.

- Слав, как же ты так, - прикладывает руку ко лбу. – Ты же понимаешь, что и у меня он может

быть, и кого я могла заразить? – в зеленых глазах страх плещется, губы дрожат.

Глава 26

Регина

Костя продолжает долго написывать. Я игнорирую. Даже не читаю. Нельзя мне так себя

изводить. А то реально ребенка не смогу выносить с постоянной нервотрепкой.

Завариваю себе зеленый чай. Пытаюсь посмотреть фильм и хоть немного отвлечься. Выходит не

очень. Мыли то и дело возвращаются к детям.

За что они так со мной?

Где я в воспитании свернула не туда? Ведь старалась все им дать.

С включенным фильмом ложусь в кровать и не замечаю, как засыпаю. Сон неспокойный. Какие-то

кошмары снятся. Но я помню их смутно. Пробуждаюсь в состоянии тревоги.

Дома сидеть нет смысла. Я так совсем себя изведу. Потому заставляю себя позавтракать,