Системный Рыбак 17 (СИ), стр. 20

Оставалось пламя. Его питала душа, а не скудный резерв.

Я сжал Хлыст. Серебристый жгут рассыпался, а над пальцами поднялось Пламя Фиолетовой Бездны. Фиолетовый огонь охватил ладонь, потянулся к локтю и залил площадь светом.

Левый перестал улыбаться.

— Фиолетовое?

Второй каратель перестал морщиться. Его зрачки вспыхнули оранжевым, когда он всмотрелся в мои каналы.

— Родовая основа срослась с чужим огнём, — проговорил он. — А очагом стала душа.

Второй подался вперёд. Теперь его интересовали только мои каналы и огонь.

— Нет, не убивать. Берём живым.

— Но Совет велел доставить тело, — напомнил левый.

— Совету нужна кровь — он её получит. Старейшина вытащит пламя и передаст Валериану. С такой прибавкой наследник поднимет родословную ещё на ступень.

Старший спокойно обсуждал мою участь, раскладывая её по пунктам. Он уже распределял то, что вытащат из моего тела. Как в том грёбаном обрывке воспоминания. Каменный стол. Я — младенец в тугих браслетах. Над руками алхимиков горят индикаторы, а тысяча моих звёзд уходит в чужие каналы. Тогда они тоже называли это решением семьи.

Ну уж нет. В Цитадель я точно не поеду.

— Предложение, конечно, у вас заманчивое, — сказал я. — А отказаться можно?

— Свяжите его.

Двое шагнули вперёд.

— Эй вы! А ну стоять! — раздалось справа.

На крышу закрытой лавки взлетел белоснежный кот с золотистыми ушами. Он встал у самого края, обернул хвост вокруг лап и поднял подбородок. За ним на черепицу шагнула женщина с пепельной косой. На соседнюю крышу забрался бородатый здоровяк, и под его сапогами хрустнула черепица.

Хурт ткнул лапой в мою сторону.

— Шесть месяцев мы вас искали! Семнадцать раз шли по ложному следу! Две тысячи триста воздушных миль без нормальной подушки! И теперь, когда Команда Хэ наконец настигла цель, какие-то безымянные прохожие смеют тянуть к ней руки?

Команда Хэ. Такие неприятности не забудешь, особенно если город потом присылает счёт за разбитую площадь.

Хельга откинула косу за плечо и развернула духовный хлыст.

— Не трогать его. Ив Винтерскай — добыча Секты Чёрного Хлыста.

Хуберт спрыгнул на площадь. Плиты под ним хрустнули второй раз за утро.

— Да отойдите уже, — добавил он. — Я есть хочу.

Старший каратель окинул троицу взглядом.

— Местная секта?

— Секта Чёрного Хлыста! — Хурт возмущённо вздыбил шерсть. — Запомни название, невежда. Сейчас будет официальное представление.

— Потом, — оборвала его Хельга.

Хурт дёрнул головой и уставился на неё. Да как так-то⁈ Почему она сорвала их официальное представление!

Двери постоялого двора хлопнули, и на площадь вышли восемь человек в одежде зерноторговцев. Впереди шёл мужчина с впалыми щеками. Костяную пластину с серпом, висящую на груди, он теперь не прятал. Рядом держалась высокая женщина с белой прядью в тёмных волосах.

Ха, да это же Мирель! Только вот она годов на двадцать стала старше и обзавелась сединой.

Она повернула голову ко мне и сбилась с шага. Улыбка дёрнулась и сразу погасла. Видимо, на Райском острове эта женщина сожгла свои годы жизни, чтобы сбежать. Теперь Секта Алых Жнецов прислала её обратно. Видимо, у них там сурово относились к отпуску по болезни.

— Корвус, это он, — сказала Мирель. — Берём живым, но к ладоням не лезьте.

— Ну да, ещё вас здесь не хватало, — пробормотал я.

Сухой мужчина остановился напротив Команды Хэ.

— Этот носитель наследия нужен Секте Алых Жнецов. Отойдите — и уйдёте живыми.

— В очередь, — посоветовал Хурт. — Мы полгода его ловили.

Левый каратель рассмеялся и двинулся ко мне.

— Старший, дай я уберу этих оборванцев. От них кровью воняет.

— Живо!

Он вскинул руку. Оранжевые нити вырвались из пальцев и сомкнулись вокруг меня клеткой.

Хельга ударила раньше, чем прутья закрылись. Чёрный хлыст обвил ближайшую нить, дёрнул и раскрыл проход. Корвус одновременно рассёк ладонь. Кровь брызнула из разреза, превратилась в четыре жгута и ударила карателя под колени.

— Я же сказала: он наш! — рявкнула Хельга.

Ну всё, началось. И на этот раз мне это было на руку.

Повернув кисть, каратель распустил оранжевую клетку веером и смёл Хельгу с крыши. Хуберт поймал её одной рукой, второй закрылся от огненной волны. Щит Хлыста принял удар и лопнул, но оба остались на ногах.

Раскрыв техники разом, Алые Жнецы пустили по площади багровые жгуты. Те сплелись вокруг троих Винтерскаев и закрепились в камне. Под подошвами Корвуса загорелся серп. Мирель держалась позади и следила только за моими руками.

Рид прислал мне короткий образ дороги за спиной.

Согласен. Пора освобождать место для серьёзных людей.

Я попятился.

Старший каратель шагнул ко мне, волоча за собой багровые путы. Хурт прыгнул ему на лицо. Отмахнувшись, мужчина швырнул белого кота через площадь прямо в навес лавки. Этого хватило: у меня появилась ещё секунда.

Хельга встала рядом с Хубертом, и они одновременно сложили руки.

— Беглецов хлыст настигает! — выкрикнула она.

— Удар заканчивает, — мрачно закончил Хуберт.

Чёрный хлыст свернулся вокруг старшего спиралью. В ладони Хуберта выросла сфера, воздух загудел, а черепица на ближайших крышах поползла вниз.

— Схождение Чёрного Хлыста: Бездна!

Хуберт вогнал сферу в спираль, и та схлопнулась внутри.

Ударив ладонью по серпу, Корвус натянул восемь кровавых жгутов. Троих Винтерскаев накрыло багровым куполом, площадь залило мутным светом.

Я развернулся и побежал что есть мочи.

За спиной грохнуло. По улице прокатилась волна жара, затем кто-то проломил стену. Хурт успел крикнуть, что представление всё-таки состоялось. Дальше его заглушил рёв родового пламени.

Они задержат карателей. На полминуты, если Небеса вдруг полюбили дурные шутки.

К Визирю я уже не успевал. Подъём на скалу занял бы несколько минут. Орёл спал где-то наверху и вряд ли ждал гостя, который приведёт следом карательный отряд. Да и увидев их в реальной жизни, что-то я сомневаюсь, что он окажется быстрее…

Я свернул с подъёмной дороги к южному краю верхнего городского холма.

Оставался один выход. Я бы с радостью назвал его запасным, но запасной путь обычно предполагает, что по нему можно вернуться.

Промчавшись мимо закрытой чайной, я перепрыгнул через скамью. Впереди уже торчала тяжёлая решётка.

Служитель уже отпирал её. Тот самый сухой старик, которому Освальд когда-то отдал серебряную монету.

Это была звёздная терраса.

Тогда мы пришли сюда вместе с Элизой понаблюдать за пейзажем. Сейчас она бежала к докам с мешком кристаллов, а я тащил за собой трёх убийц. За полгода в городе бывало всякое, но это утро уже перебило все прежние неприятности.

— Эй! — Старик поднял ладонь. — За вход платить положено!

Выхватив из перстня духовный кристалл, я бросил его служителю. Старик поймал его обеими руками, охнул и отскочил от решётки.

— Сдачу оставьте себе!

— Какую ещё сдачу? Молодой человек!

Я уже проскочил внутрь.

Звёздная терраса была пуста. На смотровых тумбах лежала пыль, по плитам катался огарок. В каменных держателях возле парапета белел воск, за спиной скрипела тяжёлая решётка. В прошлый раз здесь толпились семьи и парочки. Элиза зажигала свечу для матери, потом попросила взять её на работу. Хотела сама распоряжаться своей жизнью.

Сегодня мне нужно было сохранить свою.

Я добежал до дальней части парапета и схватился за камень. За ним кончался городской холм.

За парапетом начинался Звёздный Провал. Огромную впадину заполняла сине-серебряная дымка, дна не было видно. В глубине пульсировали размытые точки света. Ветер дул сверху, но край рубахи тянуло вниз, в дымку.

В прошлый раз я дошёл почти сюда и отступил: звёздная сила сдавливала мне грудь. Сейчас давление стиснуло всё тело. Оба моря заволновались. Дворец Монарха отозвался гулом, Дина перестала плескаться, а Вульфрам оборвал ругань на полуслове.